Река моя Ангара - Мошковский Анатолий Иванович (читать книги онлайн полностью txt) 📗
![Река моя Ангара - Мошковский Анатолий Иванович (читать книги онлайн полностью txt) 📗](/uploads/posts/books/42468/42468.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Река моя Ангара - Мошковский Анатолий Иванович (читать книги онлайн полностью txt) 📗 краткое содержание
В повести «Река моя Ангара» рассказывается, как мальчишка из маленького городка на Смоленщине, внезапно очутившийся в палаточном городке строителей на берегу Ангары, постепенно, шаг за шагом, учится пользоваться «нравственным компасом», открывает для себя много неожиданных и важных истин.
Журнальный вариант повести Анатолия Мошковского (журнал «Пионер» №№ 3–6, 1962 год).
Река моя Ангара читать онлайн бесплатно
Анатолий Иванович Мошковский
Река моя Ангара
Дорогие ребята, в Сибири, на Ангаре, на Байкале, на Братской ГЭС, я встречал много замечательных людей, мужественных и сильных, тех, кто создает новую Сибирь. Встречал я и ваших сверстников, мальчишек и девчонок. И, когда я вернулся домой, мне очень захотелось как можно правдивее рассказать вам о них. Вот я и написал эту книгу.
Я посвящаю ее вам, ребята, в день вашего славного пионерского праздника.
Анатолий МОШКОВСКИЙ
1
![Река моя Ангара - i_001.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/8/1/5/2/2/181522/1385207612/i_001.png)
Если я сразу начну про Ангару, вы ничего не поймете, поэтому вначале я должен хоть немного рассказать про нашу жизнь до отъезда.
Вообще-то во всем были виноваты только два человека: Колька Дугин и я (а мне в те незапамятные времена было десять с хвостиком).
Все началось в тот день, когда Колька втравил меня в строительство своего космического корабля. Десять лет жил я в нашем городке и даже не подозревал, что на окраине в деревянном домишке под зеленой крышей проживает человек, строящий космический корабль…
Помню, Варя — это жена старшего брата, Степана, — утром всучила мне большой вонючий бидон и погнала в лавку за керосином. Керосина в ближней лавке не оказалось, и я потащился на другой конец города.
Покрепче заткнув деревянную пробку в бидоне, я двинулся назад и, как назло, наступив на доску, вогнал в пятку занозу.
Я присел на траву, подогнул ногу, уцепил ногтями кончик занозы и выдернул.
На землю передо мной упала тень.
— Привет! — сказала тень.
Надо мной стоял Колька Дугин, тот самый Колька, котором я говорил вначале и который, можно сказать, перевернул всю мою жизнь.
— Здорово! — ответил я и приложил к ранке от занозы холодный листок подорожника. — Чего нового?
— У меня есть к тебе предложение, — сказал Колька. — Не хочешь строить ракету?
— Что-о-о?
— Космический корабль, экспериментальный экземпляр, — спокойно сказал Колька.
Я внимательно посмотрел на него. Все ли у него дома? Он был не босиком, мак я, а в ботинках, в коричневом вельветовом костюмчике, вытертом на коленях, локтях и на том месте, на котором сидят. Лицо у него было очень серьезное. Загорело оно мало. Не то что у меня. У меня оно все сожжено солнцем, шкура на носу облезла, покраснела, а на плечах слезала уже раза три и висит клочьями. И все потому, что я редко торчу дома и хожу без всяких рубах, даже без майки.
— Ну, так как? — спросил Колька.
Я понимал, что он, конечно, врет, но смеха ради не отказался. К тому же, как я слыхал от ребят, у Кольки в огороде было полно всего, а я, говоря по совести, просто обожаю горох в стручках, особенно сахарный, неплохо отношусь к огурцам, даже морковку и ту не очень презираю.
— Можно, — сказал я, — только вначале мне нужно бидон домой дотащить. Ух, и тяжелина! Донесу ли…
— А я на что? Только палку найдем.
Я выломал из заборчика сквера дощечку, просунул ее под ручку бидона, и мы за каких-нибудь двадцать минут добрались до моего дома. Потом налегке пошли назад, и всю дорогу Колька посвящал меня в свою затею.
Я старался не возражать ему, больше помалкивал.
Двор у них был аккуратный: подметенный, с клумбами и лавочкой у террасы, не то что у нас. Против дома — сарай и какие-то курятники; ниже, до самой реки, тянется огромный зеленый огород. Чего в нем только нет!
Мой глаз сразу определил, где что растет. Но я понимал: сразу туда не сунешься, вначале нужно и его ракете уделить внимание.
Мы вошли на террасу, присели за столик.
Колька принес свою старую тетрадку по арифметике с несколькими чистыми листами, вырвал один. Поплевал на лист, размазал пальцем и химическим карандашом вывел: «РАКЕТОСТРОЙ».
Закинув ногу на ногу, я наблюдал, как он старательно обводил каждую букву. Я смотрел на его строгое, немного надменное лицо, деловито сжатые губы, и мне хотелось со смеху лопнуть. Но я терпеливо молчал, ожидая, что будет дальше.
Покончив с надписью, Колька принес фанерку, хлебным мякишем приклеил к ней листок и потом приколотил к двери сарая.
— Ну как? — спросил он.
— Нормально.
— Это наш завод, — сказал Колька, показывая черенком молотка на сарай.
Я кивнул головой.
— Я директор завода и главный инженер.
— А я кто?
— Ты рабочий класс.
Я хихикнул и принялся отгонять от себя пчелу.
![Река моя Ангара - i_002.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/8/1/5/2/2/181522/1385207613/i_002.png)
Далее Колька взял с меня клятву, что я никому не проболтаюсь, так как наш завод секретный. Только после этого я был впущен на секретный завод.
Ничего особенного он не представлял. Обыкновенный сарай. У стены стоят рассохшиеся бочки, треснувшее корыто, санки, ломаные стулья и еще какая-то рухлядь. Но порядок в сарае был образцовый. И еще я не сказал вот о чем.
Возле стенки стоял верстачок с тисками и небольшой наковальней, ящик с инструментами. Здесь, как я сразу понял, был главный цех ракетного завода. Снаружи светило солнце, щебетали воробьи, в клетках смешно, по-птичьи попискивали кролики.
— Приступим сегодня? — спросил Колька.
— А как же, — сказал я, — приступим немедленно.
Мой энтузиазм, видно, пришелся Кольке по душе, потому что он сказал:
— Отлично.
Он вытащил из ящика над верстаком папку с бумагами, разложил их и сказал, что это чертежи космического корабля. Их было штук десять. На одном — общий вид ракеты, на втором — устройство стартовой площадки, на остальных — части ракеты: хвост, двигатель, нос и тому подобное.
Чертежи были сделаны тушью. Меня просто поразила точность линий, аккуратных надписей и цифр. Я б, кажется, за целый год не сделал таких. Просто терпения не хватило бы!
Я боялся даже прикоснуться к этим бумагам, потому что со вчерашнего вечера забыл помыть руки, а от керосинового бидона и всего, что я брал сегодня в руки, они не стали чище.
Колька показывал чертеж за чертежом, объяснял устройство двигателя и прочего. Я скоро устал от его голоса и слушал не то, что он говорит, а щебет воробьев за сараем и писк кроликов в клетках.
![Река моя Ангара - i_003.png](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/1/8/1/5/2/2/181522/1385207613/i_003.png)
2
Колька дал мне полоску жести, а говоря точнее, консервную банку с отрезанным дном, и велел выпрямить ее на наковальне.
Я принялся изо всех сил колотить по жести, которая должна была в скором времени стать частью обшивки корпуса корабля.
— А тише нельзя? — спросил Колька. — Ведь оглохнуть можно. Я уже плохо слышу на левое ухо.
— Пожалуйста, — сказал я. — Можно и потише.
Потом он велел мне нарубить зубилом толстую проволоку на куски. При этом он добавил:
— Только осторожней. Не поранься…
Каждый кусок проволоки, отрубленный мною, он измерял железным метром. Узнав, что я в одном случае перебрал три миллиметра, а в другом срубил два лишних, Колька набросился на меня:
— Эге-е, браток, так не пойдет! Брак даешь.
— Подумаешь, каких-то два миллиметра!
— А ты что думал? Здесь особая точность нужна. Вот возьмет ракета и не взлетит.
Пока я орудовал молотком и зубилом, Колька занимался более тонкой работой: по чертежу вырезал из жести листы обшивки.
Часа через два в сарае стало невыносимо душно, и мне захотелось пить. Я сказал об этом Кольке.
— Сбегай в огород и нарви огурчиков, — разрешил он. — Только плети не помни.
Ух как я обрадовался, выскочив из этого сарая! Оглянулся на окна дома — там вроде никого. Пригнувшись по привычке, я нырнул в огородные грядки, нарвал с десяток холодных, колючих, как ежики, огурчиков, сунул в правый карман.
Потом пробрался к гороху. Он рос густой чащей, овеивая воткнутые в землю палочки. Горох не поспел; большинство стручков были плоские, и я жевал их, не раскрывая. Времени у меня было в обрез, и я очень торопился. И все-таки успел наесться до отвала и набить карманы.