Граф Суворов. Книга 18 (СИ) - Шаман Иван (книги бесплатно без txt, fb2) 📗
— Разве что слух, — всё ещё с сомнением проговорил адмирал.
— Но что, если они нам не поверят? — уточнил Роман, успокоенный моим объяснением. — Может, и правда иметь что-то подобное?
— Как верно заметил ваш отец и мой приёмный дед — мы не воюем с гражданскими. Но некоторые варианты я рассматривал. Вернее, мне их подготовили в университете Ломоносова, — ответил я, достав один из отчётов. — Можете ознакомиться на досуге, но, если вкратце, есть несколько видов бомб, которые мы могли бы использовать. Кроме химических и бактериологических — это, например, боеприпасы объёмного взрыва.
— Мы же их используем в ручных гранатомётах? — не понял Мирослав.
— Нет, это немного другое. Я тоже о таких разработках слышал, — вмешался Роман. — Распыляется на большой площади, потом равномерно подрывается детонаторами. Видел недавние исследования… Ого… Тут указано гарантированное поражение на двести метров! А там было хорошо если пятьдесят.
— Масса в три раза больше, — указал я. — Сейчас это максимум, который можно стабильно производить и транспортировать.
— Жаль, против судов их не использовать. Опять против наземной техники или пехот,. — вздохнул Суворов-младший, а затем нахмурился, взглянув на отца. — Ну и против городов с гражданским населением.
— Можно ими уничтожать заводы, фабрики, нефтехранилища и прочее. Они обычно в пригородах стоят. Но да, придётся использовать их сотнями.
— Что решается одной манёвренной эскадрой без всяких бомб, — заметил Мирослав. — И придумывать ничего не надо.
— Увы, придумывать всё же придётся. И даже провести несколько наглядных испытаний, чтобы у наших противников не осталось никаких сомнений в эффективности. Другое дело, что применять их мы не станем. Но показать надо. Мол, смотрите, что у нас есть. Если понадобится — ударим.
— В принципе, если такие бомбы будут достаточно эффективны, то два-три звена корветов-перехватчиков сможет их скинуть и скрыться до появления основных сил противника, — подумав, произнёс Роман. — А если бить по заранее разведанным заводам и складам боеприпасов, то можно избежать больших человеческих жертв и одновременно сильно навредить врагам.
— То же самое может сделать один одарённый первого ранга: просто использовать площадные стихийные конструкты и улететь. Это вообще не составляет проблемы, — заметил Мирослав, отмахнувшись от нашей идеи.
К сожалению, в его словах было куда больше разумного, чем могло показаться на первый взгляд. В первую очередь это касалось принципиальной разницы между той технологической войной, что велась в моём прошлом мире, и войной в этом. Здесь танки на полях Первой мировой сталкивались с одарёнными, а поршневые истребители вдрызг проигрывали воздушным шарам с плоскостными щитами.
Вот только и логику войны отбрасывать было нельзя. Как бы то ни было, европейские армии в первую очередь опираются на военные склады, тонны боеприпасов, хранимых рядом с портами и верфями. И если мы не можем атаковать их напрямую, то несколько точечных диверсий вполне могут решить нашу проблему. Или хотя бы выиграть для нас время.
— Диверсия. Вернее, серия диверсий. Мы же можем контролировать противника не только в прямых схватках. Если лишить его боеприпасов или значительно сократить их количество, им просто не с чем будет на нас нападать, — сказал я, по-новому взглянув на карту военных объектов. — Это, конечно, и нас может напрямую коснуться, но сейчас у нас куда больше одарённых высокого ранга.
— Разрешите не согласиться, ваше величество. У нас много одарённых третьего-четвёртого ранга, а вот второго и выше — около сотни, — возразил Суворов-старший. — А у европейцев как раз с сотню первого ранга наберётся. И вне категорий тоже человек тридцать. И, как назло, после падения Англии и Ирландии они сосредоточены в Единой Монархии Людовика.
— Это уже хуже, но всё равно не критично, — отмахнулся я, пытаясь сообразить, с какой стороны подойти к проблеме и появившемуся в голове решению. — Нам нужно будет уничтожить склады, не развязав войну. В идеале одновременно уничтожить и заводы по производству боеприпасов, и самые крупные армейские склады.
— Если вы всерьёз рассматриваете такой вариант, я бы предложил использовать специалистов внешней разведки. Это их вотчина, — сказал Мирослав, не давая мне увлечься. — Маскировка, перемещение на территории противника, а затем уход от их спецов — это совершенно нетривиальная задача. Мои с таким не справятся.
— Большинство из моих тоже, — нехотя признал я, хотя мысль была соблазнительной. Лишить врага снарядов, чтобы обезоружить и без лишних жертв отсрочить начало неминуемого конфликта. — Ладно, что ещё можно сделать?
— Самое рациональное решение, на наш взгляд — продолжать восстанавливать флот и сосредоточить ударные группы на этих трёх направлениях. Это позволит нам перехватить эскадры, идущие южнее и северней, за несколько часов до столкновения… — говорил Мирослав, показывая объекты на карте, и обсуждение пошло по кругу.
Так мы ничего решить и не смогли, а может, это просто было невозможно. Физику и математику не обманешь. Из пятидесяти судов не сделать три сотни. Разве что макеты надувные за собой таскать, но это тоже входило в программу дезинформации и удерживания трёх столиц.
После совещания в Генеральном штабе, где кроме Суворовых присутствовало больше десятка генералов, которых я знал хуже, я раз за разом прокручивал в голове обсуждение и пришёл лишь к одному выводу: если удерживать себя в текущих рамках, сделать ничего не выйдет.
Полтора года назад, когда мы проводили испытание по открытию и закрытию врат, европейцы убедились в серьёзности наших намерений, что позволило свести все их поползновения к нулю. Увы, врата открыли за нас, так что теперь эта угроза была уже не актуальна. Конечно, можно уничтожить обелиски на границе Испании и Франции…
Нет, к чёрту, это ещё хуже и менее гуманно, чем газовые бомбы по густонаселённым городам. Если немёртвое море прорвётся через сеть обелисков в Европу, его опять придётся сдерживать на Рубеже. И я точно не хочу стать причиной уничтожения полумиллиарда человек, а то и больше.
Что я упускаю? Почему, куда бы ни двигался, постоянно остаюсь в тупике?
— Ты уже который месяц обещаешь, что начнёшь заниматься с нами по новой, и постоянно гоняешь одну и ту же программу, как заведённый, — вырвала меня из размышлений Ангелина. — Понимаю, забот полон рот, но мы всё равно занимаемся не меньше двух часов в день, так почему бы не начать осваивать что-то новое?
— Ты моя умничка, — сгребая любимую жену в объятия, сказал я, а затем страстно поцеловал в губы. — Надо делать то, что умеешь и хорошо получается, а то, что не получается, не надо. Это же гениально.
— Эй, ты чего?.. Отпусти меня, медведь косолапый, раздавишь! — смеясь, ударила меня кулачками Ангелина, и, ещё раз поцеловав девушку, я в самом деле отпустил её. — Так что теперь?
— Школа. Вернёмся к раскрытию чакр и формированию единого энергетического скелета, — повеселевшим голосом сказал я. — Надо в совершенстве освоить площадные конструкты, как Пётр Николаевич, чтобы можно было одним движением праны сметать с лица земли города и армейские подразделения.
— Отлично! Значит, двигаемся вперёд? — улыбнулась лисонька.
— Именно. Повторим основы, проведём прямую связку и начнём с базы. Переодевайтесь, пойдём на полигон, — махнув рукой, проговорил я, и супруги тут же подчинились. Я бы даже сказал, побежали впереди меня.
Через несколько минут мы уже сидели в большом зале для тренировок, и не одни, а в компании гостящих у нас Луизы, Фатимы и Линью. У принцесс успехи в освоении чакр были куда скромнее, они даже до нашего выпуска из Суворовского училища не дотягивали. Но тех, кто начал заниматься тогда же, когда и они, девушки сильно опережали. Возможно, дело было в учителе, а возможно, в их целеустремлённости.
Самой старательной из всех была Ли Линью. Она буквально без остановки гоняла себя по данным упражнениям, а новые зазубривала до предела. Ей не хватало понимания, но она брала усердием и старанием. И делала гигантские успехи, почти сравнявшись со своей физической формой до снятия имплантов.
