Реконкиста (СИ) - Алексин Иван (книги хорошего качества txt, fb2) 📗
— Вот объявит, тогда и посмотрим, — отмахнулся я от услышанной новости. — А тебе, отец Мелетий, в Киев ехать нет нужды. Не приедет туда иерусалимский патриарх. Сразу обратно морем в Истамбул уплывёт.
— Да как же, — задрожал всем телом Иона. — А мы, что же⁈ — на глазах старика начали наворачиваться слёзы. — Погибать⁈
— Почему погибать? — решил я его успокоить. — К осени в Киев московский патриарх, владыка Феодосий приедет. Он и учредит православные метрополии. Только они в московскую епархию входить будут.
— Эка диковина! Словно в раскрытую пасть сами лезем. Даже боязно меж этих скал в бухту протискиваться, — адмирал Черноморского флота Семён Непряхин настороженно посматривал по сторонам. — Как бы подводный камень килем не зацепить.
— Нет здесь подводных камней, если к скалам, конечно, в плотную не прижиматься, — успокоил адмирала Кузьма Панорин. — Мне о том сам государь сказал, когда повелел именно здесь постоянную стоянку для флота организовать. Бухта, мол, хоть и узкая, но зело глубокая. И пристань удобную соорудить можно. А главное, ни ветров в ней не бывает, ни самые сильные штормы не страшны. Таких бухт по всем миру поискать!
Семён с уважением покосился на первого государева штурмана. Повидал тот на своём веку. Повидал. Непряхину тоже было чем гордиться. Среди первых новиков да детей боярских в Соединённых провинциях нелёгкую морскую науку постигал. Затем Архангельск, где и сам капитаном на фрегате по морю ходил, и полученным за морем знанием в государевой морской школе недорослей обучал. Там с первым государевым штурманом и познакомился. Вместе в море ходили, вместе в школе преподавали, вместе в задуманный Фёдором Борисовичем поход к берегам далёкой Африки рвались.
Вот только Панорина адмирал Литвинов с собой взял, а Непряхина на Юг, Азовской эскадрой командовать перевели. В двадцать семь лет адмиралом стал. Хотя в русской флоте на возраст не смотрят. Вон у него на всех шести фрегатах капитаны ещё моложе будут. Неоткуда пожилым командирам взяться. Не успели ещё состариться.
— На этих скалах туркам пушки бы поставить, — покосился Кузьма на нависающие с обеих сторон горы. — Мы бы здесь кровью умылись.
— Будь там турецкие батареи, я бы в эту бухту и не сунулся, — проворчал в ответ Непряхин. — Дальше бы поплыли.
— А как же государев приказ учинить в сей бухте базу, — штурман слегка запнулся, попробовав на вкус незнакомое слово, — для Черноморского флота?
— Вот именно для флота, — набычился адмирал. — А зачем мне эта база, если я все корабли в этой самой бухте и притоплю? Других у меня нет. Пара флейтов да баркасы, что я в Азовском море оставил, не в счёт. Ими против турка, случись война, много не навоюешь. А те два корабля, что на Воронежской верфи заложены, ещё не скоро на воду спустят. Да и мало этого. Для усиления эскадры сгодятся, а новой эскадры из них не соберёшь.
— Зато и турки потом сюда, когда мы тут обживёмся, не сунутся, — хмыкнул в ответ Панорин. — Насчёт пушек ты, Семён Иванович верно подметил. Нужно будет из Азова несколько привезти да созданием батарей озадачится. Муторно, конечно, будет на этакие горы их поднять, зато польза великая.
— Может ещё цепь, по турецкому обычаю промеж пролива натянуть? — почесал бороду Непряхин.
— Можно и натянуть, — с азартом подхватил идею Кузьма. — Только не здесь у самого входа в бухту, а дальше, чтобы вражины в бухту успели подальше зайти. Тут их и бей!
Фрегаты осторожно, один за другим втягивались в бухту, стараясь держатся середины фарватера вслед за баркасом с которого промеряли глубину. Всё же Непряхин, несмотря на слова самого царя и заверения пары местных рыбаков, решил проявить осторожность. Царя-батюшку и обмануть могли. Явно в Москву об этом месте кто-то из местных греков сообщил. А грекам верить, с сумой по миру пойти. Ненадёжный народец, коварный. Если выгоду увидят и брата родного продадут.
Да и куда ему спешить? Если турецкий гарнизон, вопреки ожиданиям, остался в крепости и местный паша намерен оказать сопротивление, то его уже известили о появлении русской эскадры. Тут уже спеши, не спеши, толку не будет. А если нет тут турок, то и тем более некуда спешить. Потерять один из фрегатов из-за банальной небрежности, Семён себе такого не простит. Сам за этим фрегатом в воду и кинется.
— Нет здесь турок! — раздались суматошные крики. Флагман, аккуратно завернув за скалу, вошёл в зажатую между гор бухту. По палубе забегали матросы, всматриваясь в открывшуюся перед ними гавань с рыбацкими лодочками, жмущееся в горы селение, нависшую над ним полуразрушенную крепость. — Уплыли к своему султану за море!
Непряхин покачал головой, продолжая поражаться тому, что государь смог уговорить турецкого принца отказаться от Крымского полуострова.
Нет, официально Мехмед от Крыма ещё не отказывался. Только сумасшедший, едва придя к власти, мог объявить о таком. Тут же сметут! Новый султан поступил умнее, объявив о подготовке к великому походу на Венецию. Вот и перебросили турецкие гарнизоны из Крыма на Балканы, оставив оборону крымских городов на городское ополчение. Кто же знал, что северные варвары в своём коварстве ударят в спину и начнут эти города захватывать? Ну, ничего. Вот разгромит повелитель мира венецианцев, разорит Италию, заглянув в гости к самому римскому папе и потом настанет очередь царя Московов. Непобедимый Мехмед не только Крым обратно вернёт. Он пойдёт дальше, изгнав неверных с берегов Волги и возродив под рукой султана Астраханское и Казанское ханства.
Непряхин хмыкнул. Пускай османы тешутся несбыточными мечтами. Главное, что он, последовательно идя вдоль южного побережья полуострова, без боя один за другим города под государеву руку берёт. Вот уже и до Балык-Юва дело дошло. Дальше только расположенный на западном побережье Гёзлев остался. Да и то, вполне возможно, его уже воевода Колтовский на щит взял.
И всё. Наш Крым. Калмыков государь в Буджакские степи перекочевать уговорил. Им там самое раздолье будет; и турки, и ляхи под рукой. А в том, что возведённый в крымские наместники Колтовский на пару с Сефер Гераем с остатками татарских родов без труда управятся, адмирал ни капли не сомневался. Кто под руку касимовского хана не перейдут, все в степи лежать останутся.
— Нет здесь турок, — оскалился зубы в улыбке, повторил выкрики экипажа Панорин. Да и были бы, не долго продержались. Не крепость, а руины одни.
— Ничего отстроим, — убеждённо заявил Непряхин. — Одно плохо, горы кругом. Сюда что-то только морем доставить можно будет. А если в осаду возьмут?
— Ну, какие-то тропы через горы наверняка есть, — не согласился с ним штурман. — Тут недалече, дальше к западу государь ещё один город-порт Колтовскому поставить повелел. Проложим как-то туда дорогу. Да и случись блокада бухты, здесь на одной рыбе можно годы держатся. Не зря местные это селение Балык-Юва называют. Рыбное гнездо, если по нашему называть.
Глава 9
15 июня 1620 года от рождества Христова по Юлианскому календарю.
Солнце ещё только слегка окрасило багрянцем горизонт, высунувшись самым краешком диска над верхушками леса, а лагерь уже проснулся, будоража окрестности тысячами характерных звуков. Деловитая суета у горящих костров, фырканье приведённых к реке на водопой лошадей, привычная перекличка раскинутых вдоль лагеря дозоров Всё это было не в первый раз и стало давно привычным; каждый воин знал что ему делать, каждый выполнял свою часть работы.
— Хорошее место.
— Что же в нём хорошего, государь? Сплошные буераки да овражки. Тут даже рысью скакать, запросто коня сгубить можно.
— Вот и хорошо, что на коне не разгонишься. Пусть лучше гусары с кирасирами ползком на нас в атаку скачут.
Генералы весело заржали, насмешливо поглядывая в сторону мрачного Якима. Тот нахмурился ещё больше, стиснув уздечку побелевшими пальцами. Мда. Достаётся в последнее время лихому кавалерийскому генералу, затюкали его совсем. Если бы не мой строжайший запрет и до смертоубийства могло бы дойти. Впрочем, Яким сам виноват. Я его в Могилёв посылал, город под мою руку взять, а не по городским стенам словно белка скакать. Альпинист хренов. Ещё и полусотню отборных воинов положил из-за своей дурости положил.
