"Витязь". Провал во времени (СИ) - Чинцов Вадим Владимирович (бесплатная регистрация книга TXT, FB2) 📗
Берия покачал головой:
— Это слишком просто, я печенкой чувствую, что тут не все так просто. Так что Павел, тебе необходимо их не спугнуть и стать для них своим. С собой возьмешь ордена, торжественно наградишь девятерых, кто принимал участие в раскрытии шпионской сети, а этому подполковнику липовому как руководителю группы в независимости от результата беседы передашь подписанный мною приказ о назначении его вместо Сидорова начальником Третьего отдела наркомата республики с присвоением звания майор госбезопасности и вручишь ему это удостоверение. Остальным членам группы также выдашь удостоверения сотрудников этого отдела с переводом их званий согласно нашего наркомата. Будем легализовать этих Призраков и ты посмотришь на их реакцию на эту легализацию с нашей стороны.
Судоплатов открыл корочки и при виде подписи Берии на удостоверении, едва сдержал ухмылку:
— А если они не пойдут на откровенный разговор? Мне стоит применить жесткие меры?
— Ни в коем случае! Ты их только не вспугни. Пользу они приносят? Приносят и огромную, взяв на себя устранение того бардака в округе, который устроили предатели. А кто они, разберемся позже. У тебя около недели, пока из госпиталя не выпишут Болдина. Наблюдай за Призраками и анализируй их. Слежку устанавливать за ними не стоит — они и так практически не покидают бункер. Да и могут срисовать топтунов. Когда возжи округа перейдут от Коробкова к Болдину, эти Призраки смогут иметь право голоса именно благодаря нашей легализации. Уверен, что они оценят. И помни — до начала войны остались считанные недели.
Живописный сосново-березовый лес в нескольких километрах южнее почтовой станции Бреста ещё вначале XX века привлёк внимание военных. Российская императорская армия устраивала в этой местности летний лагерь для гарнизона крепости. Солдаты, жившие в холодный период в казармах, на лето перемещались в палаточные городки, откуда было недалеко от оборудованного полигона. Были планы построить в этом месте лёгкие бараки и телефонную станцию, но подрядчик, за которого ходатайствовал один из великих князей, скрылся вместе с ассигнованными на строительство 73 000 казенными рублями. Наступившие шесть военных лет превратили бывшую территорию летнего лагеря в достаточно загаженную местность, где периодически оборудовали временные лагеря для военнопленных то кайзеровские власти, то чекисты Красной Армии, то польская военная администрация.
Поляки, во времена Второй республики двух народов, долгое время использовали это место тоже как летние военные лагеря. В конце 1936 года польским генеральным штабом принимается решение сформировать новую кавалерийскую бригаду. В конце 30-х годов в Польше такая бригада представляла собой достаточно мощное соединение из кавалерии, танковых частей и мощной артиллерии. Для её дислокации был выбран Брест. В польском правительстве существовала смешная традиция формировать новые части в специально построенных военных городках, к строительству которых привлекалось местное население, получавшее за свою работу по неплохим расценкам. Жители Бреста — над — Бугом с радостью откликнулись на большое строительство, затеянное польской армией. Благодаря этому два военных городка: Траугуттов городок и Полигонные казармы были сданы заказчику к 1 июля 1939 года.
Но обживали их уже части 29-ой легкой танковой бригады РККА, которой командовал знаменитый комбриг Семён Кривошеин.
Ни одна механизированная бригада РККА не размещалась с таким комфортом. В городки, получившие единое название Южный военный городок, поляками были подведены электричество, вода и канализация. В квартирах офицеров и казармах было центральное отопление и горячая вода. Для детей военнослужащих существовали уже оборудованные мебелью ясли-сад и школа. Имелся построенный клуб и медицинская часть. Командование бригады проживало в трехкомнатных квартирах площадью под 100 квадратных метров, с ванной комнатой и жилым чердаком для денщика.
Но была одна особенность: вся эта жилая и казарменная красота, а также гаражи и боксы для техники, находились в четырёх километрах от новой государственной границы и накрывались даже миномётным огнём, не говоря уже об артиллерии. А склады боеприпасов бригады предприимчивые интенданты Западного особого военного округа решили разместить в пороховых погребах, расположенных в Брестской крепости на Волынском укреплении. В мирное время эта дорога занимала не более 15 минут на грузовом автомобиле.
После номинального участия в заключительном этапе советско-финской войны 29-ая танковая бригада возвратилась в комфорт родного военного городка. Любые доводы об опасности такой дислокации не перевешивали мнения интендантов и командования бригады, которые категорически не соглашались на передислокацию в район станции Жабинка. Там приходилось бы жить в палатках, одновременно обустраивая барачный военный городок.
В мае 1940 года командиром бригады становится полковник Кононов, который достаточно успешно наладил боевую подготовку, а главное ремонт танкового парка, который полностью состоял из изношенных боевых машин Т-26. Они в большинстве своём выпуска 1934–1936 года, выработавшие свой ресурс во время похода в Западную Белоруссию и военных действий в Карелии. Полковник Иван Кононов получал благодарности автобронетанкового управления округа за состояние технической части бригады и выучку экипажей.
В начале 1941 года было принято решение о развёртывании в Брестской области 14-го механизированного корпуса в составе двух танковых и одной механизированной дивизии. 22-ая танковая дивизия должна была формироваться на базе танковой бригады, расположенной в южном военном городке Бреста. Полковник Кононов был рекомендован на должность командира этой дивизии. Поэтому в марте направлен на ускоренные курсы в Академию Фрунзе.
Но за два дня до окончания курсов органы НКВД выразили опасения в его благонадежности и отказали в согласовании на должность командира дивизии. Дело в том, что Иван Кононов служил в Саратовской автобронетанковой школе под командованием комбрига Николая Матиевского, по версии НКВД одного из руководителей военного троцкистского заговора. Бывший комбриг к тому времени уже дал чистосердечные показания на всех, кого знал и был расстрелян на одном из полигонов Саратовского управления НКВД.
Казалось, что судьба полковника Ивана Кононова уже решена, но тут вмешались высшие силы, и несостоявшегося командира дивизии назначили заместителем по строевой подготовке нового командира 22-ой танковой дивизии. А им стал начальник управления БП ГАБТУ Наркомата обороны и главный редактор журнала «Автобронетанковое дело» генерал-майор Виктор Пуганов.
Батя вместе с генералами продолжал вникать в ситуацию, сложившуюся в округе и решал возникающие проблемы. И Пуганов и Кононов получили от Коробкова приказ отойти от границы к Кобрину с готовностью в случае нападения немцев устраивать засады на танкоопасном направлении, пятясь к Березе, где вовсю сейчас шли земляные работы и где можно было пополнить боеприпасы и топливо.
Пуганов с жаром говорил:
— Я предложил дивизионному комиссару Дмитрию Лестеву взять бинокль и посмотреть в сторону Западного Буга. Там особо не скрываясь, сотни немецких солдат занимались армейскими нуждами. Немного ближе рота саперного батальона танковой дивизии, вместе с бойцами инженерного полка маскировала дерном построенный дот на глазах у десятков наблюдателей. Лестев же еще раз призвал сохранять спокойствие и сообщил, что двадцать второго июня в Бресте запланированы специальные учения, на которых будет испробована новая техника с участием подразделений нашей танковой и Сорок второй стрелковой дивизий. Учения посетят высокие чины не только из штаба округа, но и наркомата обороны. Для прекращения излишних разговоров дивизионным комиссаром мне было приказано предоставить командирам и бойцам отпуска, которые были отменены с начала мая. Танкисты, прибывшие с полигона должны пройти медицинский осмотр. Потом они должны привести себя в порядок, а в субботу двадцать первого июня после обеда нам настойчиво рекомендовали массово отпустить бойцов Сорок третьего полка в увольнение. Я рассчитывал, что высшее военное политическое руководство своими глазами увидев скопление немцев напротив военного городка, примет несколько иные решения. После гибели товарища Павлова все изменилось. Спасибо, товарищ Коробков, что вы смогли разглядеть пагубность решений прежнего командующего округом!
