Гипнотизер в МВД: тотальный контроль (СИ) - Тыналин Алим (библиотека электронных книг .TXT, .FB2) 📗
В крайнем случае, введу ее в глубокий транс. И заставлю рассказать правду.
А сейчас я кивнул на кебабную лавку.
— Может, перекусите вместе со мной? А там и поговорим. Я приглашаю.
Брюнетка кивнула. Я протянул руку.
— Климов. Ян Климов.
Она расцвела в улыбке.
— Анджела.
Пожала мою руку. Ладошка мягкая и теплая. Я задержал ее ладонь в своей. Другой рукой нащупал пульс на запястье. Проверил.
Бьется быстро, но не слишком. Она взволнована. Но не сильно. Неужто и вправду хочет лишь познакомиться?
Мы пошли в кафешку, позавтракали. Слопали по две порции чевапчичи. Запили кофе и пирожными.
К концу трапезы я успокоился. Проверил Анджелу и так и эдак. Девяносто процентов, что она просто девушка. Не подослана моими врагами из Союза.
По ходу дела закинул тесты на внушаемость. Девушка прошла их положительно. Хорошо.
Она не так внушаема, как ее подруга. Но при должной обработке легко впадет в транс. Что я и собирался сделать в ближайшем будущем.
Остаток дня мы провели вместе. Гуляли, веселились, дурачились. Но я не терял зря времени. Закидывал команды на внушение.
Когда ходили по берегу Савы, я использовал момент любования красотами, чтобы ввести ее в транс. Потом постепенно углублял его.
К вечеру она уже легко поддавалась моим внушениям. Я повел ее домой. Предвкушал легкую победу.
Небольшой допрос. А потом, если все хорошо, выведу из транса. И займусь с ней любовью.
Впрочем, я не сомневался. Анджела и так осталась бы со мной. Я ей понравился. Влюбленность — тоже транс. Своего рода.
Во дворе двухэтажного домика, где я снимал квартирку, полно деревьев. Возле подъезда кто-то сидел.
Я насторожился. Как выяснилось, не напрасно.
Когда мы приблизились, мужчина встал со скамейки. Подошел к нам. Несмотря на полумрак, я сразу узнал его.
Офицер госбезопасности Рокотов. Как же, помню.
— Михаил Николаевич, — сказал я, держась настороже. — Какими судьбами?
Глава 2. Возвращение из темного омута
Рокотов почти не изменился. Все также пристально глядел в глаза. Проницательным взором чекиста. И рукопожатие такое же крепкое.
— Поговорить надо, — ответил он вместо приветствия. Глянул на Анджелу. — С глазу на глаз.
Вот проклятье. Я знал, что так будет. Рано или поздно они найдут меня. Явятся по мою душу.
Но почему именно сегодня? В тот самый момент, когда я возвращаюсь с симпатичной девушкой. Это они специально так подстроили?
По привычке я просканировал нежданного гостя. Так, что тут у нас?
Само собой, Рокотов казался непроницаемым. Работник спецслужб, все-таки. Должен оставаться закупоренным. И полным загадок.
Но я его раскусил.
Он пришел не для того, чтобы арестовать меня. Для этого он просто договорился бы с местной милицией. Нет, тут другое.
Он хочет поговорить о преступлении. О Пиковом короле. О том, что кто-то совершил преступление, связанное с ним. С группировкой этого проклятого маньяка.
Я посмотрел на Анджелу. Наше рандеву нарушено. Все пропало. Сегодня рассчитывать не на что.
— Тут очень важный разговор, — сказал я. — По работе. Пойдем. Я тебя посажу на такси.
Девушка не возражала, умничка. Поглядела на Рокотова. Тонким женским чутьем поняла, что он опасен. Кивнула.
Я отвел ее обратно на проспект. Отправил домой на такси. Вернулся к Рокотову.
— Ну что же, пойдем, — сказал я ему. — Раздавим бутылочку ракии? Не пропадать же добру.
Мы поднялись в мою скорлупку. Дом старинный. Расположен в пригороде, общине Вождовац. Построен еще в начале двадцатого века. Массивные каменные стены, высокие потолки. Вечные двери из толстого дерева. Большие широкие окна, выходящие в благоухающий сад во дворике.
После нескольких ремонтов и перепланировок дом разделили. На множество тесных скрипящих, но уютных комнат. И сдавали таким квартирантам, как я.
Хозяин, старик Никола Джорджевич, ворчал и ругался, если утром я пропускал омлет и кружку кофе. Он выделил мне мансарду. Маленькую комнатку с покатым потолком под крышей. Перед сном я слышал, как рядом курлычат голуби.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})— Отличная квартирка, — одобрил Рокотов. — Обитель холостяка.
Он широко улыбнулся мне. Все правильно. Действует по методичке. Обаяние — лучшее оружие разведчика. Но я-то виду, что его улыбка задействует не все лицевые мышцы. Только нижние. «Лучики» вокруг глаз почти не собрались. Это неискренне.
— Что там с Пиковым королем? — спросил я, выкладывая на стол сыр, колбасу и хлеб. — Появился последователь? Убил сына секретаря ЦК?
Рокотов перестал улыбаться. Лицо стало каменным. Подозрительным и настороженным. Значит, я почти угадал.
— Откуда ты знаешь? — спросил он. — В газетах не было. Неужто догадался?
Я продолжал наблюдать за ним. Хорошо, что они пришли сами. А не вызвали к себе. Дело тайное и постыдное. Которое никому нельзя раскрывать. Спорим, о его приезде не знает даже разведка Генерального штаба Югославской народной армии.
— Что там? — повторил я. — Дело привез?
Рокотов кивнул. Уселся за стол, достал бумаги из сумки. Желтые листы, аккуратно напечатанные на пишущей машинке. Фотографии. Разные люди, вернее, их тела. Искромсанные в знакомой манере.
Точно. Почерк Пикового короля. Хотя есть и отличия.
— Последователь? — спросил я, рассматривая фотографии.
Рокотов пожал плечами.
— Мы не знаем. Есть разные версии. Он орудует в Москве. Обнаружено пять трупов. Хотя мы уверены, что их еще больше. Последняя жертва — Макарова Ольга, продавщица универмага. Впрочем, иногда он работает и в других регионах.
Ого. Я увидел возле трупа игральную карту. Пиковый туз. Это что-то новенькое.
— Нет, это не последователь, — сказал я уверенно. — Это человек, знакомый с Пиковым королем. Нечто вроде собрата. Единомышленника. И он ставит себя выше. Он туз.
Я задумался. Вот проклятье. Значит, я не добил эту мерзость до конца. Сорняки остались. Не выполол сад полностью. Нехорошо.
— Да мне похер, пусть он хоть шестерка, хоть валет, — ответил Рокотов. — Но недавно он отправил пикового туза по почте. Второму секретарю Московского обкома. Пашутину Владимиру Григорьевичу. Вот почему я приехал за тобой. Надо поймать этого мерзавца. В самые кратчайшие сроки. Дело на контроле у первого секретаря.
Я поглядел на гэбэшника. Чуточку насмешливо.
— У первого секретаря обкома?
Рокотов поднял палец вверх.
— Выше, намного выше. У самого первого секретаря. У генерального.
А, тогда понятно. Уважительная причина, чтобы Рокотов бросил все и помчался сюда.
— Значит, когда погибли пять человек до этого, вы особо не чесались, — заметил я и зажевал бутерброд. — А стоило только чиновнику обкома получить черную метку и вы забегали, как ошпаренные.
Рокотов сидел с каменным лицом.
— Почему же? — спросил он в ответ. — Дело Пикового туза на контроле у министра. Министра МВД. Там в составе следственной группы и твоя Белокрылова участвует, кстати. Правда, до сих пор ничего не раскопала. Мы до этого не совались. Но угроза жизни ответственному чиновнику обкома столицы — это не хухры-мухры. Мы обязаны подключиться.
Он пристально поглядел на меня. Ткнул указательным пальцем.
— И подключить всех тех, кто связан с этим делом. У нас мало времени. Генеральный постоянно спрашивает, как мы продвигаемся.
Ага, вот оно что. Теперь понятно.
— А подозрения в отношении меня? — спросил я. — Я слышал, меня хотели допросить в прокуратуре. Очень сильно. По поводу насильственной смерти некоего гражданина. Его вроде бы убил Кнопов. Заколол ножом из зонтика. Но в прокуратуре сомневались. Особенно они удивились, когда нашли игральную карту с пиковым королем на трупе. И они думали, что я почему-то связан с этим делом. Если я приеду, они же опять ко мне пристанут.
Рокотов усмехнулся.
— Дело закрыто. Кнопов признан судом виновным. Ты слишком много о себе возомнил. Прокуратуре не до тебя. Пока ты не поможешь поймать Пикового туза, тебя никто не тронет. А потом уже будет поздно.