Гражданская АльтерНатива (СИ) - Номен Квинтус (читать хорошую книгу .txt, .fb2) 📗
Но ведь среди этих «угнетенных» идиотов и просто продажных тварей довольно много, так что внезапно Ковровский оружейных получил очень крупный заказ на стрелковку от Управления внутренних дел Южно-Черноморской республики. Причем тамошня полиция (а в Южном Причерноморье полиция и раньше имела особый «военизированный» статус) заказала и огромное количество пистолетов ПТ (на каждого служащего полиции плюс какой-то приличный резерв), чуть меньше автоматов ППТ и почти семьдесят тысяч автоматов уже Федорова под «новый патрон». И это им потребовалось потому, что отряды этой самой военизированной полиции занимались среди всего прочего и охраной железной дороги от Батума до Константинополя. Строящейся еще дороги, но даже при строительстве ее постоянно случались стычки с какими-то бандитами — и было понятно, что на стройку нападали не какие-то вульгарные грабители, а люди изрядно мотивированные (и мотивацией, как удалось выяснить жандармам, были разнообразные хрустящие бумажки).
А местное население против дороги точно ничего не имело, ведь и на стройке людям неплохо оплачиваемую работу давали, и окрестные крестьяне получали очень неплохой рынок сбыта своей продукции. Но вот находились все же люди, которые за деньги или просто по злобе старались все изгадить — и вот тут как раз разделение на «республики» оказалось очень кстати: общее законодательство в стране было единым, а вот «мелкие детали имплементации» положений этих законов в республиках немного отличались от используемых в России. Например, смертная казнь за бандитизм в России выполнялась путем повешения преступника, а в Южно-Черноморской республике стали использовать «традиционное» отрубание головы. А так как с точки зрения мусульманина такая казнь превращала «почти святого мученика», автоматом попадающего в рай, в подобие пса смердящего, точно так же отправляемого в ад, то нападения очень быстро пошли на спад…
В Среднеазиатской республике «местная интерпретация закона» тоже заметно преступность и бандитизм сократила, хотя в гораздо меньшей степени: бандиты часто просто успевали уйти «на сопредельную территорию», и там для пограничной стражи тоже потребовалось много современного стрелкового оружия. И все это было понятно и в чем-то даже хорошо, но вот то, что Ковровский завод снова оказался загружен военными заказами и для прочих нужд почти перестал производить станки, было крайне неприятно. И ведь там можно было все станочное производство просто в отдельный завод выделить с минимальными затратами, ведь для «гражданской продукции» оружейное оборудование почти не использовалось, а нужное только для производства станков и прочих мелочей в военном производстве никому не требовалось. Но все равно этого сделать было нельзя, заводу всего лишь людей на это не хватало. Еще, конечно, не хватало и электроэнергии, но эта проблема решалась очень быстро (в Коврове на электростанции уже новый блок, на двадцать шесть мегаватт, монтировался) — а вот с рабочими было совсем не весело. Грустно было, несмотря на то, что фабричное училище при оружейном заводе (при заводе компании) каждую весну выпускало по три сотни юных станочников, а новенький трехлетний техникум (совместный, оружейного завода компании и завода уже казенного) и почти сотню техников успел выпустить и еще в ближайшие несколько лет из такими же порциями выдавать будет. Вот только на производство хотя бы гидравлики для экскаваторов рабочего можно было ставить года так через три, в течение которых он их юного токаря или фрезеровщика превратится в относительно опытного рабочего, а если рабочего к тамошним станкам ставить раньше, то проще уж заготовки сразу в лом отправлять. А в цехах, где станки разные выделывались, требования к мастерству рабочих было даже более высокими, ведь станки на заводе делались вообще главным образом уникальные, и рабочий должен был и чертежи уметь читать, и на самом деле уметь детали изготавливать на высочайшего класса как по точности, так и по… забыл, как там качество поверхности деталей называется.
Ну а самым обидным в этом деле было то, что новых рабочих вполне можно было ставить к станкам на тех же тракторных заводах: да, требования к изготовлению деталей, скажем, для моторы были очень высокими, но так как эти детали делались на потоке, инженеры разработали и внедрили разную оснастку, позволяющую их делать и не самым квалифицированным товарищам. Вот только тех, кто на такой работе уже и опыта успел набраться, снять с моторного производства и направить на выпуск тех же станков или экскаваторной гидравлики было невозможно: привыкшие к работе на серийных линиях не могли быстро освоить требующиеся для новой работы умения. Или могли, но вот заранее такого никто сказать не мог. Потому что просто никто не знал, насколько на самом деле тот или иной рабочих хорош в своем деле.
И я ведь знал, как в будущем эта проблема решалась, но вот применить эти свои знания… Сам я их применить не мог, просто потому, что не знал, как именно это проделать — не с точки зрения кадровика, а с точки зрения, допустим, инженера-технолога. Но вот как раз инженеры это знали, они просто не знали, что так нужно делать — однако эта проблема точно была решаемой. Так что я собрал всех инженеров с двух моих тракторных и задачу им поставил:
— У нас, как вы знаете, острая нехватка хороших рабочих, а наши училища выпускают много ребят, которые пока еще недостаточно хороши для возникающих работ. Но они могут заменить на заводах рабочих уже более опытных, которые в другом месте смогут более квалифицированную работу выполнить — или не смогут, но мы об этом просто не знаем. Поэтому я предлагаю всем вам в кратчайшие сроки придумать вот какую штуку: вы — и именно вы, так как я даже примерно не знаю, как это проделать — разработаете шкалу квалификации рабочих по каждой специальности. И в соответствии с этой шкалой мы присвоим рабочим соответствующие разряды, причем в зависимости от разряда и зарплата, причем за выполнение той же самой работы, будет различной. Я пример такой придумал: допустим, первый разряд присваивается рабочему, который в состоянии самостоятельно включить свой станок, не поломав его при этом и на станке изготовить простенькую деталь. Второй разряд присваивается тому, что может на станке уже деталь посложнее изготовить, третий — кто еще и станок свой способен переналадить под выделку новой детали. А шестой — этот разряд мы будем присваивать рабочему, который просто по чертежу сможет самостоятельно и техпроцесс ее производства придумать и воплотить. Ну а если у рабочего еще более высокие таланты проявятся, то можно и разряд ему более высокий придумать, но это не к спеху. Смысл этих разрядов заключается в том, что конструктора смогут в процессе придумывания очередной своей машины сразу же прикинуть, рабочие каких разрядов потребуются для изготовления отдельных деталей, и если окажется, что где-то нам просто не нужны будут рабочие высших разрядов, мы из сможем направить на другие производства, причем не обязательно даже на том же заводе. А разница в оплате простимулирует рабочих к тому, чтобы свою квалификацию повышать и…
— Федор, ты предлагаешь устроить экзамены для всех рабочих наших заводов?
— Я думаю, что экзамены как таковые только при выпуске рабочих их училищ устраивать нужно будет. Ну и потом, когда рабочий сам пожелает получить более высокий разряд, ему такой экзамен моно будет устроить. Если, конечно, мастер в цеху не будет уверен, что рабочий уже достоин более высокой оценки, а так мы вполне и без экзаменов обойдемся, ведь сейчас мастера и начальники цехов как правило уже знают, кто из рабочих на что у них способен. Но пока это знают только мастера, а отделы кадров и часто инженеры-технологи этого не знают — и, как мне кажется, половина задержек в постановке чего-либо на производство объясняется тем, что слишком уж долго конструктора с технологами договариваются о том, где что производится будет и какими силами.
— Ну, это ты, Федор, загнул. Скажешь тоже: половина… да там две трети задержек именно из-за этого и случается! Так что мне твоя идея нравится, как конструктору, а вот как эти самые разряды поделить…
