Ревизор: возвращение в СССР 57 (СИ) - Винтеркей Серж (читаем полную версию книг бесплатно TXT, FB2) 📗
А вот что сверх этого, это не мое дело, потому что я перед КГБ никаких обязательств, помимо обязательств обычного советского гражданина, пусть и патриотически настроенного, абсолютно не несу. Так что и хрен мне, а не дополнительная секретная информация по этой чекистской вылазке на японской территории.
Мы с Бояновым, Вишневским и Мироновым вместе собрались группой, переводчики сами по себе были, актеры «Ромэна» тоже. Все были очень разговорчивы в предвкушении полета в такую дальнюю страну, как Япония, и за разговорами время пролетело очень быстро. Вскоре уже, паспорта предъявив, и таможенный контроль пройдя, который проводили в отношении нашей группы «для галочки», сдали чемоданы и в самолет поднялись.
Вспомнив, что обычно, когда в другие страны путешествовал, таможенники гораздо с большей придирчивостью в чемоданах копались, подумал, что тут без Андропова явно не обошлось. Наверное, велел дать нашей группе зеленый свет, чтобы точно избежать разных эксцессов. А то мало ли что бы нашли в одном из чемоданов, из-за чего пришлось бы кого-то из артистов с рейса снимать. Не удивлюсь, учитывая, что цыгане люди предприимчивые, что чемоданы у них набиты за рамками всяких лимитов, чтобы побольше выручить валюты за рубежом. Запросто кого-то за спекуляцию могли бы с рейса снять, а как тогда театру играть в Токийском театре? Ясно, что наш визит в Токио должен пройти без сучка и задоринки, чтобы комитетчики могли свои задачи выполнить…
В самолете я неожиданно оказался отсечен от нашей группы. Наших в основном рассадили с двенадцатого по двадцатый ряд, а у меня в восьмом ряду место оказалось. Совсем рядом с бизнес-классом, в котором, кстати говоря, сплошь одни иностранцы летели. Ну да, логично, слабо себе представляю советскую организацию, которая своему представителю бизнес-класс оплатит в командировочных целях…
Ну а так мне место очень неплохое досталось. Летел я на месте у прохода левого ряда. Вставай и гуляй когда хочешь. И что хорошо, сейчас в самолетах места для ног гораздо больше, чем в двадцать первом веке.
Со мной рядом летел наш, советский инженер, очень общительный мужик лет пятидесяти. Тут же познакомились, и он очень удивился, что я драматург в моем возрасте. А сам он оказался главным инженером одного из предприятий из Новосибирска, который летел на выставку новых станков посмотреть по заданию от директора. В рамках разрядки с США у СССР и с Японией резко отношения улучшились, так что теперь это стало вполне обыденной командировкой.
Михаил Семенович уже успел водочки хряпнуть, признавшись, что побаивается летать. Начал мне оживленно рассказывать, как его знакомый года четыре назад летал, когда еще рейсы были совместные у Аэрофлота с японской компанией. Мол, тогда половина бортпроводников была от Аэрофлота, а половина симпатичными японочками от Japan Air Lines.
И много что еще рассказывал, в особенности, когда на взлет пошли. Похоже, лишь бы от страха хоть немного избавится. Пальцами в ручки кресла впился так, что они аж побелели. А вот когда взлетели благополучно, как-то весь обмяк, разговорчивость свою утратил, и тут же и заснул. Похоже, водочки он очень немало принял на грудь, вот она в конце концов и сработала…
Проснулся только часа через два, когда еду стали разносить. И снова стал меня всякими байками грузить. Впрочем, я не возражал. Книгу взял с собой, конечно, почитать, но в таком длинном перелете на десять часов чтение быстро приестся…
Пользуясь местом с края, часто вставал и прогуливался. Впрочем, так многие делали, так что часть времени провел около нашей группы. Мой сосед, оглянувшись как-то и приметив около меня Миронова, сказал мне, когда я на свое место вернулся:
– Как ваш друг на Миронова похож!
– А это он и есть, – сказал я.
– А что он тут делает?
– Летит в Японию выступать в театре.
Идти за автографом к знаменитому актеру он все же не стал, хотя многие пассажиры, как я видел, Миронова этой просьбой обременяли. Вот она, оборотная сторона славы. Миронову, может, вздремнуть бы хотелось, а он вынужден общаться вежливо с то и дело подходящими людьми и автографы раздавать…
Наконец, прилетели. Как обычно, после прилета посидели минут пять в самолете, с любопытством взирая в иллюминаторы на японскую действительность, которая, впрочем, оказалась точно такой же, как и в любом крупном аэропорту. Какие-то стандартного типа одно- или двухэтажные здания, или целые комплексы двух-трехэтажных минималистского стиля архитектуры зданий. Ну такой уже объект. Не принято сейчас какие-нибудь изыски в этом направлении предпринимать пока что.
Затем уже пригласили всех выходить из самолета. Заранее еще при посадке договорились, что поскольку нас отдельно встречать могут, то мы сначала прибывших по другим вопросам советских граждан и японцев выпустим из салона, а потом уже дальше выходить будем все вместе, чтобы ни в коем случае не потеряться. Видимо, стандартная практика при таких групповых путешествиях за рубеж, потому что абсолютно все совершенно нормально ее восприняли.
Ну вот, наконец, салон почти опустел, и мы тоже отправились на выход. Сразу обратил внимание на то, что неподалеку от трапа стоят автобус и лимузин. Около автобуса японец стоит с табличкой, на которой вполне себе грамотно крупными буквами выведено «Труппа театра «Ромэн»», а рядом с ним еще один японец и европеец.
А около лимузина, что тут же, конечно, все с интересом отметили, стоит другой японец, у которого в руках табличка: «П.Т. Ивлев».
Вот же, блин, подумал я, как японцы меня палят перед всеми остальными! А тут же еще у нас и Миронов, который в СССР является звездой национального уровня, а никого с табличкой ему адресованной и лимузином тут не имеется. Неудобно, блин, как-то. Ну и Боянов с Вишневским, опять же, тоже, в принципе, далеко не последние люди в Москве.
Одно только меня порадовало, что лимузин, кстати говоря, необычной для меня формы, японский, видимо, какой-то, был на вид очень большим. Однозначно туда человек пять влезет, даже несмотря на то, что около него стоял с табличкой не сам шофер, тот так и сидел за рулем, а еще один японец, видимо, специально кто-то присланный вместе с шофером меня встретить по высшему формату. Ну все как положено по-богатому.
Вспомнил, как я точно также на Кубе ездил в гости к Фиделю и Раулю Кастро. Помимо шофера был отдельный человек, чтобы со мной все переговоры необходимые вести и в целом своим присутствием подчеркнуть, насколько значим мой визит, а также насколько велико уважение тех, кто меня к главе государства и его брату приглашает.
***
Япония, Токио
Советник по культуре советского посольства в Японии Василий Иванович Дерягин находился в некоторой растерянности. Обычной практикой, когда прибывали советские делегации по линии Минкульта, было везти всех вместе, в зависимости от статуса, либо на лимузинах или на автобусе. Но сегодня ситуация вышла нестандартная. Он, заранее в аэропорт прибыв, тут же рассмотрел табличку в руках у японца. Сразу сообразив, чем это может закончиться, пошел у него выяснять, с чего вдруг драматурга Павла Ивлева решили вдруг от коллектива отсечь. Чтобы, при возможности, эту странную инициативу пресечь.
Но пресечь не вышло. Японец оказался представителем Минкульта Японии, и сослался на приказ заместителя министра везти Ивлева и размещать отдельно в очень дорогую гостиницу. И естественно, упирал на то, что этот приказ нарушить никак не может, потому что это очень расстроит заместителя министра, который и был инициатором, кстати говоря, приглашения труппы «Ромэн» в Японию. Такой совершенно прозрачный намёк на то, что советскому дипломату точно не стоит злить человека, который является виновником всего этого банкета…
А кроме этого, намекнул, что тут и похлеще силы задействованы. Сам президент корпорации «Тойота» велел Павла Ивлева по-королевски принять. А за этим человеком такие деньги стоят и такое влияние, что весь Минкульт Японии и рядом не стоял… И если президента «Тойоты» расстроить, нарушив его указание, и поселить Ивлева в простенькую гостиницу, что выделена для остальной делегации, то у него хватит влияния разрушить все культурные контакты Японии с СССР на ближайшие годы…
