"Фантастика 2026-119". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Свилет Анна (книги онлайн бесплатно серия TXT, FB2) 📗

— Посмотреть. На звезду.

Я задумался. Игнара не запрещала. Сказала только — нельзя использовать как оружие. Показать ребёнку — не оружие, не страшно.

— Можно.

Я достал Искру. Она легла на ладонь — крохотный, золотой, спокойный шарик света, не больше лесного ореха. Свет от неё просто лился. Буквально омывал лицо Элары, как тёплая вода омывает камень.

И тогда я увидел Элару — настоящую. Не девочку-сироту с кошачьими зрачками. Не ведьму, выгнанную из деревни. Я увидел тонкую, ясную линию, идущую через её сердце вверх — линию связи с чем-то. С кем-то. С существом, которое стояло где-то очень далеко и ждало, когда девочка проснётся окончательно.

Связь была спящей. Прикрытой. Кто-то очень умный спрятал её под кошачьими зрачками и худыми плечами, как прячут письмо в подкладку рубашки. Письмо ещё не вскрыли. Но оно — было.

— Что это? — тихо спросил я.

— Не знаю, — Элара смотрела на Искру, и в её зелёных глазах отражался золотой свет — ровно, не дрожа. — Я не знаю. Но мне кажется… она меня знает.

Я медленно убрал Искру обратно. Тёплая ниточка под рёбрами, в которую я уже привык — словно небольшое сердце добавили рядом с моим — успокоилась, потускнела до фонового тепла.

— Элара.

— Да?

— Если ты когда-нибудь почувствуешь, что внутри тебя что-то… просыпается. Какое-то новое чувство, которого ты раньше не знала. Что-то, что говорит на твоём языке, но не твоим голосом. Скажи мне. Сразу. Даже если будет казаться, что это пустяк.

Она кивнула. Не испугалась, не удивилась — кивнула спокойно, как ребёнок, которого попросили рассказать сон. Потом снова прикрыла глаз.

— Дункан, — сказала она через несколько секунд.

— Что?

— Спасибо за куртку.

— Пожалуйста.

— Она пахнет, — Элара чуть улыбнулась. — Это, наверно, так твой дом пахнет, я не знаю.

— Наверное, — сказал я.

И сел рядом с ней до утра.

К рассвету огонь почти погас. Угольки тлели глубоким алым, как будто костёр доживал от привычки. Звёздный Волшебник давно встал — он то ли спал стоя, то ли стоя думал, у него эти два состояния были неразличимы. Камилла дремала, опираясь на свой узел. Рикон храпел так, что валуны вибрировали; Джума спал на спине, скрестив руки на груди, как мёртвый король; Шафак свернулась, прижав к носу ладонь, словно даже во сне не доверяла ему. Заклинатель Змей лежал внутри кольца своей подопечной, и змея медленно поднимала и опускала чешую — дышала за обоих. Вин сидел на дальнем валуне и считал звёзды.

Я не спал. Тёплая Искра в инвентаре не отдавала тревогой — но и не отпускала. Я думал о том, что увидел.

Связь Элары — спящая, прикрытая, ждущая. Кто-то её спрятал. Кто-то её знал. Кто-то — может, тот самый «другой», о котором мы ещё не подумали, потому что были заняты Хранителем Знаний и тремя фигурами без крестиков. Игнара говорила: Искра рассеивает иллюзии, освещает истину. Истина, которую она мне показала, не была случайной. Искра выбирает, что осветить, как старый учитель выбирает, какую страницу открыть ученику.

«Не сейчас, — подумал я, обращаясь к Искре, к чему-то, что было больше Искры. — Не сейчас, но скоро».

Тепло под рёбрами шевельнулось — почти ласково, как кот, который трётся о ладонь, прежде чем уснуть.

Кайрос подошёл бесшумно.

— Думаешь, — сказал он, садясь рядом.

— Думаю.

— О Балгароте?

— Об Эларе.

Он помолчал. Потом — серьёзно, без всякой обычной отстранённой интонации:

— Хорошо. Это правильнее. Балгарот может подождать. Он умеет ждать. А дети — не умеют.

— Ты заметил?

— Я был ребёнком, — сказал Кайрос. — Очень давно. Но был.

Я посмотрел на него. На седину, на простую рубаху, на босые ноги, поджатые к камню. На голос, в котором — впервые за весь вечер — мелькнуло то, что Несломленный обычно прятал: усталость, переходящая в нежность. Странное сочетание. Свойственное только тем, кто очень долго был сильным.

— Кайрос, — сказал я. — У меня просьба.

— Слушаю.

— Когда мы пойдём за Балгаротом — Элару возьмём с собой. Я знаю, что это рискованно. Я знаю, что её место — в безопасности. Но я думаю… я думаю, без неё мы не дойдём.

Он не спросил, почему, а просто кивнул.

— Возьмём, — сказал он. — Я приглядывать буду. У меня большая тень. Под ней помещается ребёнок.

— Спасибо.

— Не за что, — Кайрос посмотрел на угольки. — Спасибо скажешь Балгароту, если он нас не разорвёт пополам.

— Думаешь, разорвёт?

— Думаю, попробует. Но Балгарот существо не злое. Он — просто очень старый и очень одинокий. С такими сложнее, чем со злыми. Со злыми хотя бы понятно, чего хотят. А одинокие… одиноким нужно то, что нельзя положить в руку.

— Что нельзя положить в руку, — повторил я.

— Историю, — сказал Кайрос. — Ты слышал, что говорил старик.

— Слышал.

— Думай.

— Думаю.

— Думай лучше.

Он встал. Подобрал молот — тот самый, бывший столб у Врат Заката, — и пошёл к ручью умыться. Будто это было самое обычное утро в его жизни. И, наверное, для Кайроса это и было — самым обычным утром. Все они у него были одинаковыми. Кроме тех, в которые он раскалывал двенадцать марионеток за два удара.

К полудню лагерь поднялся. Шафак умылась — белая ткань вернулась в её узел уже без розового пятна. Рикон, после третьего зевка, неожиданно подошёл к Кайросу и сказал — серьёзно, без своих обычных дурашливых интонаций:

— Учи.

— Чему? — поднял бровь Кайрос.

— Замаху. Босс сказал, ты у меня ось видел кривую. Бедро гуляет. Учи.

Кайрос посмотрел на него — долго, без улыбки, без насмешки. Потом кивнул:

— Хорошо начнем. Секиру не бери.

— А чем бить?

— Воздух. Сначала научишься бить воздух — потом дам что-нибудь твёрже.

Рикон снял куртку — пустой правый рукав привычно лёг на пояс, и в открытом виде сразу стало понятно, почему «бедро гуляет»: одна рука, одна ось, одна точка опоры — и любая ошибка в стойке ломала весь удар. И началось то, что я никогда не думал увидеть: Несломленный Кайрос, легенда Третьей Эпохи, учил однорукого рунного варвара правильному замаху, гоняя его по утоптанной площадке между валунами. Удар. Стоп. «Бедро. Не плечо. Бедро.» Удар. Стоп. «Ещё раз. Медленно. Через ось.» Рикон, который ещё ночью спал, теперь обливался потом, как кузнечный мех, и пыхтел: «Понял. Понял, мать твою, понял!» — но не уходил. Кайрос ни разу не повысил голос. Но к десятому повтору рука у Рикона перестала уходить за линию. К двадцатому — даже мне, не воину, стало видно: что-то в нём встало правильно. Что-то, что давно ждало, чтобы кто-то указал, куда.

Камилла сидела рядом со мной, грея ладони о новую кружку чая.

— Смотри, — тихо сказала она. — Старая легенда тренирует молодого хулигана. Это вообще как-то называется?

— Это называется — мир ещё держится, — ответил я.

— Хорошее название.

— Жаль, рабочее, — сказал я. — Долго не продержится.

— Сегодня — продержится.

— Сегодня — да.

Звёздный Волшебник подошёл с трубкой. Сел напротив. Долго смотрел в огонь, который уже не горел, а только дремал.

— Дункан, — сказал он наконец. — Я почти всю ночь смотрел в звёзды. И звёзды наконец сказали мне то, чего я давно ждал.

— Что?

— Они сказали где лежит путь к Балгароту.

Мы свернули лагерь. Костровище — присыпали землёй. Камни — уложили обратно в треугольник, так, чтобы со стороны нельзя было понять, что тут кто-то стоял. Камилла подняла из воздуха тонкое облачко — пар осел на следы и стёр их за минуту. Заклинатель Змей шепнул что-то своей подопечной, и змея ушла вперёд — разведчик, скользящий между камней, как тень собственной тени.

Я стоял на вершине ближайшего холма и смотрел на запад. Горизонт всё ещё мерцал — Хранитель Знаний. О чем он думал? Думал он наверное медленно — древние всегда думают медленно, и в этом наша единственная фора. Но он думал не зря: он знал, что что-то поменялось. Что у нас — Кайрос. Что у нас — Огонь.