"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Скибинских Екатерина Владимировна (бесплатная библиотека электронных книг .TXT, .FB2) 📗
— Госпожа будет судить тебя, выходец Инферно. — Сталь в её голосе могла бы стать прекрасным лезвием в очередном зачарованном ноже, но сейчас она была направлена на демона. — Пусть ты и не отсюда, но посмел нарушить множество законов, как моей Госпожи, так и всеобщих, и за это… Впрочем, узнаешь.
Диадема на её голове ярко вспыхнула, и во все стороны от Тёмной разбежались розово-фиолетовые полосы, ломаные и кружочки. Они бежали вперёд и вбок, складывались в круги, каждый из которых вращался в свою сторону, а те, в свою очередь, формировали на земле плетение. Наконец круги с щелчком остановились, сформировав необходимый узор. В его центре стояла над Пруфласом Ниакра, а по краям круга встали безмолвными стражами оставшиеся Тёмные.
— На суд Госпожи!
Голос Тёмной громыхнул отзвуками далёкого грома — гнева её Богини, — и каждый из бликов загорелся белёсым огнём. Пламя разгоралось пару секунд, затем резко поднялось, и побережье погрузилось в темноту.
— Глупцы, — со стороны Озера послышался хриплый голос, не принадлежавший никому из тех, кого Аспер знал раньше. Этот голос пугал самим фактом своего существования, пробирал до костей, заставлял Аспера, еле вставшего на ноги после атаки Отца, мелко дрожать и сильнее сжимать плечо Шианхута, чтобы не упасть снова. — Демон, глупый маленький демон… Ты правда думал, что, убив моего Жреца, всё закончишь?
По краям побережья из-под гальки вылетели светящиеся шары, разогнавшие колдовскую тьму. Они взлетели вверх и полетели к одной точке, над которой зависли, сконцентрировав в ней пучки ослепительно-белого света.
Прямо под ними стоял, перемазанный в своей и не только крови, Астарот. Человеческий облик слетел с него, как и нарядная одежда, уступив место его истинной сути: кровожадной покрытой желтоватым хитином твари, жаждущей сеять разрушения и боль. Его аристократичные длинные пальцы уменьшились, зато на них выросли толстенные когти, и на указательных пальцах сейчас болтались глазные яблоки того, кто недавно громко призывал Отца. Тело этого незадачливого оратора сейчас лежало под удлинившимися ступнями Астарота, вокруг которых пенилась, закипая, кровь с обломками грудной клетки.
Ноги с двумя сгибами были почти выпрямлены, придавая демону дополнительный мерт роста, а длинные по-своему красивые рога, ровно очерченными ветвями уходящие вверх, делали его ещё выше. На голове не было волос, зато более мелкие рожки формировали круг, очень похожий на корону, украшенную толстым шипом прямо над носом.
Утончённые черты лица, которые носил демон в своём человечьем обличье, в некотором виде сохранились и сейчас, пусть и были обезображены. Тонкий длинный подбородок выехал ещё сильнее вперёд, приобретя щетину из напоминающих небольшие рожки отростков, скулы были перепачканы в крови, как и некогда тонкие бледные губы, из-под которых сейчас выглядывали острые клыки. Аккуратный нос остался лишь небольшим выступом между глаз, горящих лучше магических прожекторов, направленных на демона. Два оранжево-красных огня отражали простейшие эмоции, испытываемые демоном: жажду разрушения и всепоглощающую кровавую ярость.
Астарот часто дышал, с подбородка на гальку капала кровь. Жрец под ним погиб жестокой смертью, но никого это, впрочем, не смущало: больше напрягало то, что очередной противник пока прятался в темноте, никак себя не выдавая.
— Покажись! — Демон зарычал, и рык разнёсся по побережью вместе с его эмоциями. Как будто на пару секунд даже стало теплее, словно с его словами ненадолго открылось окошко в Инферно.
— О, нет, маленькая хтоническая мразь, я не буду показывать своё лицо. Смею поспорить, что вы с ней, — огоньки, освещавшие Астарота, закружились, по спирали разлетаясь в разные стороны, — сами с собой разберётесь, узнав про твоё предательство, а я, так уж и быть, приду, когда вы будете готовы. — Полосы яркого света вновь рассекли темноту, выхватывая силуэты Тёмных, вставших в строй рядом с Ниакрой. Она была неприятно удивлена, вокруг неё в неравной битве дрались отвращение, ненависть и разочарование. Побеждала, конечно же, ненависть.
— О каком предательстве оно говорит, Астарот? — Громко спросила Ниакра, кивая своим подчинённым. Те, аккуратно прикасаясь пальцами к темноте, начали что-то колдовать. — Тебя убить сразу или сначала подождать объяснений?
— А ты сможешь, девчушка-на-побегушках? — Ядовито процедил демон, нехотя убирая ноги из вскипячённой им тушки и ставя их на гальку. Он встряхнулся и посмотрел на Ниакру, выгнув спину и чуть ли не зашипев: — Силёнок-то хватит?
— Так это правда, да? — Ниакра даже как будто обиделась, судя по встрепенувшимся за спиной эмоциям. По ним тягучим вареньем начала разливаться та самая обида, отравляя её чувства. — Это всё было игрой ради каких-то твоих целей, да?
— Ты удивительно проницательна, душенька. Только раньше тебе это не помогло, когда ты…
— Остановись, пока не поздно! — Женщина вскинула руки, будто пытаясь защититься от его слов.
— Пока я не рассказал, как тебе было со мной хорошо, моя маленькая грешница? А, точно, ты же не такая, тебе же только изысканные ухаживания и аристократов-ухолизов подавай, как я мог забыть… — Демон ещё сильнее оскалился. С каждым его словом он делал небольшой шажок к Тёмной, которая теперь уже смотрела на него с обидой, страхом и разочарованием. Ненависть схлынула, как будто её и не было, осталась только душевная боль.
— Заткни свой поганый рот, тварь! Не смей подходить ближе! — Её руки окутала Тьма, словно желающая помочь ей отомстить за раненую гордость, оттого бурлящая и то и дело срывающаяся с пальцев мелкими иголками.
— Ой, какие мы злые стали, узнав правду… А, или ты ещё не поняла? О, неужели тебя оказалось так легко поразить в самое твоё тёмное сердечко, что теперь…
— Хватит!
Стоящий перед ней Тёмный загнул указательный палец, и большое плетение, сформированное воинами, пришло в действие. В сторону Астарота полетели горящие магические снаряды, самих же Тёмных окутало Материей, залечивающей раны и складывающейся в новое оружие, а в центре строя стояла, игнорируя стекающие по щекам слёзы, Ниакра. Её взгляд не выражал никаких эмоций, но Аспер их всё равно прекрасно видел, пусть и не мог описать: разочарованная в любимом человеке, — ладно, уговорили, демоне, — женщина испытывала слишком многое, чтобы про это можно было говорить словами, и слишком сильны были её чувства, чтобы их можно было в принципе описать.
Единственное, что мог сказать Астерот — она его ненавидела и хотела прибить. Как, видимо, и сам демон хотел избавиться от ставшей ненужной игрушки.
— А ты, юный Император? Что же ты в стороне стоишь, не хочешь разве им помочь? А, и правда, чего их трогать — сами разберутся. Теперь слушай меня…
Глава XXVIV. Дело рук самих утопающих
За спиной Астарота распахнулись крылья. Нет, не те, что он наколдовал недавно, теперь уже настоящие: покрытые толстой кожей, увенчанные острыми шипами и больше него размером. Он взмахнул ими и оторвался от земли, раскидав мелкие камушки. Под ним пролетели магические снаряды, которыми в него запустили Тёмные, и демон расхохотался.
— Так просто? Ни в тебе, ни в твоих воинах нет ничего особенного, грешница моя! — Тут ему потребовалось прерваться, чтобы отлететь в сторону, пропуская устремлённый в него чёрный луч, но, заняв новое положение, чуть левее старого, демон продолжил… правда, никто его не слушал.
Тёмные по приказу Ниакры синхронным движением вскинули алебарды и глефы, которые до этого вытащили из темноты, и всё равно не достали до зависших над ними магических шаров. Но этого оказалось достаточно: кто бы ими ни управлял, он понял, что шары, мягко скажем, Тёмным мешают, и тут же убрал их, раскидав по краям огороженной барьером арены. Теперь всё пространство было почти равномерно освещено, но, тем не менее, недостаточно, так что Тёмные вполне могли что-то с тьмой колдовать. Чем, кстати, и занялись.
Демон, которому надоело просто висеть в воздухе и сыпать проклятиями и оскорблениями, пошёл на сближение с воинами, мастерски уклоняясь в полёте от полетевших в него магических атак. Лучи, иглы, плети, лезвия и Госпожа знает, что ещё, пролетали мимо его и его крыльев, не задевая Астарота и краешком. Только помогало ему не столько его мастерство, сколько заклинание, отводящее от него магию, но не суть, потому что выглядело всё равно завораживающе.
