"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" (бесплатные серии книг txt, fb2) 📗
Старые мы более-менее представляли. Из Бабилона до Джерихона шли-то не напрямик, ориентировались по вездеходным дорогам (А почему? Потому что дороги с умом проложены, так обойти можно кучу дурацких преград — но, понятное дело, не новых, а только старых).
А вот новой преградой было, к примеру, то, что по старой дороге бегут патрули экипажей-разведчиков и огнемётных танков. Из-за этих преград нам пришлось воевать со шпанками, каковые — преграда-то старая, но явилась нам как-то по-новому. Ну и лес загорелся — опять новизна (сам пожар, он, по сути — преграда новая, но зато уничтожил неслабую старую — полную непроходимость Шпанского леса).
Но уж самой серьёзной из встреченных новых преград стал барьер силовой, беспечально поставленный Сидом — и оградивший огромную область, много больше, чем надо для лагеря. Этот барьер — он преграда, так уж преграда. Мы, конечно, нашли, где под ним переправиться, даже потом осмотрели овраги и в дальнейшем, уже за барьером, продвигались благополучно (а почему? Потому, что сидяне не имеют возможности проконтролировать всю ту область, которую огородили!). Но и неделю спустя для нас оставалось загадкой, точно ли за барьером находится Джерихон, и не случится ли так, что мы за барьером, а он снаружи.
Вот досада-то будет, если не так рассчитали! И для всех нас досада, а для Гильденстерна — в особенности. Ну, потому что опять ему всякое выскажут. Есть кому высказать, уж Макконнелл-то не унимается. И добро бы один себе что-то под нос бурчал, так начинает настраивать то вороватого Хэмфри, то сексуального Кена, да и к обоим сектантам попеременно подлизывается.
Кай сознавал это всё и день ото дня мрачнел. И лишь меня похвалил:
— Фред, да ты ведь развил настоящую типологию старых и новых преград!
— Я? Типологию? — Сроду подобным не занимался. Но лишь вдумался — точно! Она, типология, как Гильденстерн и сказал.
Но, похоже, не сам я, а начальник меня надоумил…
С той-то поры я и стал замечать, что говорю иногда не совсем по-своему. То и дело вворачиваю гильденстерновы обороты.
Так не я ведь один! Взять даже крайнего ненавистника Конни. Что, он своим языком там бормочет? Да как бы не так!
Всё это можно было расценивать как надёжный критерий того, что Гильденстерн постепенно становился-таки начальником. Настоящим начальником, а не таким, как сперва мне подумалось.
3
Второй голос в истолковательной полифонии
(ожесточённый тенор от Коннелла Р. Макконнелла)
Спелись они. Главным образом Гильденстерн и Мак-Кру, но остальные тоже. Шли под стеной из силового поля, никому не мешали, никто нам ничем не мешал. Из-за этого у участников экспедиции складывалось крайне превратное впечатление, будто всё идёт именно так, как и надо. Будто начальник у нас адекватный, а не такой, как он был и есть.
А лишь подумать, что путь наш лежал за оградой сидского лагеря, а разведано нами в нём было всего ничего: только широкий входной туннель, только пара оврагов — открытых хранилищ для техники. А оценить мало-мальски надёжно численность живой силы противника? Нет, Гильденстерну такое не интересно! Всё ему демоны. Всё ему потусторонняя хрень где-то на севере, где-то за стенами Джерихона.
А поближе, к Зеону зайти, чтобы после не возвращаться? Нет, а Зона сидяне стоят, а они не демоны.
Кстати, то, что не демоны, это надо ещё доказывать. Как по мне, так сидяне и демоны — это по сути одно семейство, даже один неразличимый вид! А что некто порой утверждает, будто это не так, так его утверждения безосновательны, голословны и очень вредны для Галактического Альянса.
И такое скажу. Шли-то мы, вроде бы, к области, где за стеной Джерихона засело какое-то демоническое существо, а на деле-то что могло получиться? То и могло, что с Джерихоном бы мы разминулись.
Ведь Гильденстерн — он заранее точно не знал, что там творилось на севере. И настолько не знал, что не мог бы сказать, где Джерихон: за барьером, или снаружи. Ну а нам-то показывал, будто бы всё ему ясно…
Да откуда? Не из сидских ли тайных шифровок?
Что, не из них? Значит, высосано из пальца. Потому как о том, оккупирован ли Джерихон сидянами, ничего вразумительного не сказал нам ни Джек, ни Дик.
Впрочем, всё это — так, лишь брюзжание человека безудержно преданного Галактическому Альянсу.
А серьёзнее вот что: изменения в климате.
Шли мы шли, и как раз на второй неделе, вроде, стало слегка холодать. Или нет, не слегка. Будь слегка, так никто бы и не заметил. Так — заметили все, но я первым спросить отважился. Все другие боялись Гильденстерна расстроить или обидить. Ну а я ему прямо в глаза:
— Отчего это стало холодно?
Дурноватый водитель возьми мне да и ответь:
— Так идём мы на север!
— Спасибо тебе, мудрый Брандт! Без тебя бы никто в экспедиции не догадался!
— Ну так правда, на север, — упорствовал он.
Я ему так:
— Да, на север. Но ведь не прямо на север. Мы идём по дуге, сообразно периметру сидской охранной окружности! Не должно было так очень резко похолодать. И потом, хоть на север, хоть нет — мы намного южней Джерихона. Да и сам Джерихон, я сказал бы, посёлок тёплый. Ветренный, да, но там же и климат морской, и залив очень мелкий, за день до дна прогревается! — Вот как ответил, и Брандт не нашёл, что сказать. Потому что всё правда, ведь я в Джерихоне всё знаю. Да и Брандт это знает, он тысячу раз там бывал в бытность водителем вездехода. И ручаться могу, все разы, что он там бывал, не бывало ещё в Джерихоне так холодно.
Впрочем, всё это — путевые, так сказать, впечатления.
А серьёзнее вот что: мысли о том, а куда идём.
Шпанский лес поредел и однажды совсем закончился. Перед нами раскрылась местность уже другая.
— Ба, Седая опушка! — вскричали Мак-Кру и Моралес. Оба они там, наверное, попывали. Полагаю, одновременно, а то и вместе, так как оба зачем-то ещё и переглянулись.
И Гильденстерн вместе с ними обрадовался: дескать, точно, она! Чуть на восток — и будет охотничий лагерь заброшенный.
Мне же подумалось: что-то им слишком весело. Да, понимаю, приятные воспоминания… А слабо сразу вспомнить, что на Седой опушке надобно прямо сейчас кое-что узнать для бабилонского коменданта?
Я помолчал, подолждал, думал: припомнит ли Гильденстерн? Нет, не припомнил, а все остальные даже и с Нулбрайтом не разговаривали.
Что, подумалось мне, ты серьёзно? Так и пройдём?
Думал уже наказать его и ничего не сказать. Ну, специально, чтобы пришлось потом возвращаться.
Но передумал: ведь возвращаться придётся и мне. А какой тогда смысл?
И говорю тогда:
— Вам, вижу, радостно. Но, как сказано было ещё комендантом, где-то в районе Седой опушки героическая бригада любимого нами Альянса как-то раз оказалась в окружении орков из Сида!
— Да? — сказал Кен. — Ничего о подобном не слышал.
Хэмфри тоже не слышал. Не говорю о Моралесе. Слышали, впрочем, оба брата-сектанта. И сообщили:
— Нас, кстати, послали тогда её разыскать. Но не нашли. Не перешли барьера. Не догадались, как.
Тут и до Гильденстерна постепенно дошло.
— Да, — молвил он. — Чуть не забыл. Нас ведь тоже послал комендант поискать ту бригаду… Что-то подсказывает, что её больше нет. Долгий срок в окружении, да ещё за вот этим барьером… Но — спасибо за напоминание, мы поищем её следы. Благо, нам по дороге. Действительно, по дороге.
Мы свернули к востоку — туда, где когда-то располагался охотничий лагерь, как считали Моралес, Мак-Кру и Брандт с Гильденстерном в придачу. Все эти четверо вырвались тут же вперёд. И глаза их горели, и пар повалил изо ртов — очень сильно разгорячились. Шли они по знакомой, как будто, местности, но продолжали при этом удивляться, как похолодало.
Я прислушивался и всё сильней и сильней убеждался, что все четверо здесь мало того, что бывали, так непременно во время года одно и то же.
