"Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Аверьянов Евгений (читаемые книги читать онлайн бесплатно txt, fb2) 📗
Всё это не заняло у них и десяти минут. Наконец Макс снял пальцы с клавиш и выжидательно взглянул на средний экран. На нём постепенно, строчка за строчкой проявилась какая-то таблица. Макс замер, поражённо глядя на неё, а Терренс придушенно пробормотал:
— Бог ты мой…
Глава 10
Полчаса спустя Макс позвонил в высокую дубовую дверь трехэтажного узкого дома, втиснутого между такими же мрачноватыми добротными домами. Ждать пришлось недолго. Дверь беззвучно распахнулась, и мы вошли в небольшую прихожую, едва освещённую блёклым светом небольшого фонарика, стилизованного под старинные уличные фонари. Хозяин молча смотрел на нас, ожидая объяснений. Он был в сером тёплом свитере и тёмных брюках. На тонкой прядке, выбившейся на лоб из гладко зачёсанных мокрых волос, висела капля. Прямо здесь в полутёмной прихожей, на самом виду висел насквозь пропитанный дождём серый плащ.
— Где она, МакЛарен? — спросил Макс, держа руку в кармане, где лежал бластер. — Я знаю, что это вы заплатили два миллиона кредов за похищенную картину. И я знаю, что она у вас. Вам придётся её вернуть.
МакЛарен, не торопясь, взял с этажерки пачку сигарет, зажигалку и прикурил, глядя на Макса тем холодным оценивающим взглядом, каким смотрел на меня в «Чёрной розе».
— Будьте благоразумны, доктор, — проговорил Терренс. — Вы же прекрасно понимаете, что эта картина небезвредна. И она должна быть изолирована от мира.
МакЛарен вынул изо рта сигарету и покачал головой.
— Нет, Лесли, она опасна и должна быть уничтожена.
После этого спокойно развернулся и прошёл в комнату. Мы последовали за ним. В этой большой, обставленной солидной викторианской мебелью гостиной было темно, лишь из камина вырывался свет огня. Именно к камину он и подошёл.
— Как в пекле… — тихо, словно припоминая что-то, проговорил он.
Проследив за его взглядом, я увидела в камине большую тёмную доску, объятую пламенем.
— Вы с ума сошли! — крикнул Макс и бросился к камину.
Но МакЛарен вдруг резко повернулся и взмахнул рукой. Я готова была поклясться, что он не прикасался к Максу, но тот отлетел назад через всю комнату и, ударившись о стену, упал на пол. Терренс тут же выхватил бластер. Но МакЛарен спокойно поднял руки, показывая, что они пусты, и словно демонстрируя, что сдаётся. Однако при этом чуть повернул голову и пристально взглянул на картину, которая тут же вспыхнула ярче и взорвалась изнутри, рассыпавшись мелкими горящими щепками.
— Вот и всё… — он слабо улыбнулся. — Как ваша спина, Делман?
— Нормально, — проворчал тот, поднимаясь и присаживаясь на стоящий рядом диван. Потом пошевелил плечами. — Да, всё в порядке. Какого чёрта, МакЛарен? Что вам взбрело в голову делать это? И что это за фокусы?
— Это всё звенья одной цепи, — пожал плечами он, глядя, как Терренс убирает бластер. — Я просто должен был уничтожить эту доску.
— Что в ней такого? — поинтересовался Терренс, спрятав оружие. — Ключ к концу света?
— Нет, просто в ней присутствовало активное Зло. Это всего лишь одна из мрачных игрушек Дьявола.
— И что вам с того?
— У меня с ним личные счёты…
Он какое-то время задумчиво смотрел на меня, потом вздохнул. Именно тогда и прозвучали эти слова, которые повергли в шок Макса и Терренса, но не меня.
— Наверно, не имеет смысла скрывать… Рано или поздно вы всё равно узнаете. Я алхимик. Я продал душу Сатане в 1523 году и обрёл бессмертие. И при этом навеки потерял покой… Два года назад я, благодаря заступничеству нескольких чистых душ, получил прощение и свободу, но не успокоение. Проклятие всё ещё висит над моей головой, и вряд ли я когда-нибудь избавлюсь от него. Долгие века я провёл в заточении, где каждый час казался вечностью. И за это время моя душа насквозь пропиталась самой лютой, жгучей и безумной ненавистью к моему тюремщику. Даже после того, как я вырвался от него, он сыграл со мной злую шутку, которая лишь подогрела мою ненависть. Хоть сделка между нами была расторгнута, он не забрал то, что было получено мною по этому пакту, и потому Небеса навсегда закрыты для меня. Вы живёте в другие времена, но тот, кто родился в мою эпоху, понял бы, что этого вполне довольно, чтоб объявить ему войну. Это всё… Я сказал вам то, что мог. Теперь делайте, что сочтёте нужным, но учтите: убить меня вам не удастся. Я испробовал разные способы. Они приносят только боль.
Он выпрямился и, скрестив руки на груди, выжидательно взглянул на Терренса. Тот с трудом приходил в себя после такого откровения. Макс метнул на меня быстрый взгляд, и, видимо, выражение моего лица подсказало ему, что всё это не розыгрыш, и мне эта история давно и доподлинно известна.
— Но где вы, чёрт вас возьми, взяли два миллиона? — спросил он, взглянув на МакЛарена.
— Это всё, что я заработал за эти два года, — усмехнулся МакЛарен. — Каюсь, лечить я начал ещё до получения лицензии, но ведь мне нужно было на что-то жить. На Эрнане я лечил алкорского посла и его престарелую мать, на Рокнаре — нескольких миллионеров, да и здесь есть люди, понимающие, что экономить на здоровье глупо… Например, вы, Делман.
— Как говорит Джонни, у него есть деньги, пусть платит… — пробормотал Терренс.
— Мы вернём вам ваши деньги, вернее то, что от них осталось, — проговорил Макс, поднимаясь с дивана. — За вычетом десяти тысяч, в которые была оценена владельцем картина.
— Очень благородно… — чуть поклонился ему МакЛарен.
— Но помните, мы за вами наблюдаем…
— Кто б сомневался… — равнодушно проговорил он, и повернулся к камину, всем своим видом давая понять, что утратил к нам интерес.
Макс задумчиво взглянул на меня и вышел в прихожую, за ним отправился Терренс, но я не могла уйти так просто. Я подошла к нему и встала рядом, глядя в камин, где догорали кусочки дьявольской картины.
— Что в ней было? — спросила я.
— Ты видела то же, что и я… — не повернув головы, ответил МакЛарен.
— Эта собачонка, которая выползает из-под кровати? По свидетельству многих авторов тех времен, дьявол любил принимать обличие чёрной собаки. К тому же печать Соломона…. Это всё-таки подсказка, как вызвать дьявола?
— Это приманка для дураков, которые хотят это сделать и готовы ради этого губить чужие жизни… Ему на радость.
— Как тот маньяк, что убил трёх девушек? Кто свернул ему шею?
— Наверно, тот, кому это было на руку…
Я рассердилась.
— Ты знал обо всём этом с самого начала, пытался заполучить картину и морочил мне голову?
Он, наконец, взглянул на меня и раздражённо произнёс:
— Я надеялся, что ты сама уничтожишь её. Именно потому я и дал тебе необходимые подсказки. Но ты попала под обаяние его мастерства… Неужели не понятно, что он никогда не открывает своего лица полностью? Изысканность его творений — это лишь соблазн, искушение… которому ты поддалась.
— И ты разочаровался во мне? — поинтересовалась я. — И всё же остановил меня у края пропасти?
— Опять смеёшься, злой ангел, — он невольно улыбнулся, глядя мне в глаза. — Тебе простительно поддаться обаянию таланта, пусть даже тёмного… Ты помнишь небеса и ищешь их отголосок во всём, что кажется тебе совершенным. Но будь осторожна, он очень хитёр, а ты, чиста и доверчива, как всякий, кто привык действовать мечом, а не кинжалом.
— А мне казалось, что я мудра и опытна.
— Дай Бог, чтоб так и было… — шепнул он.
— Как себя чувствует та девочка, что упала с лестницы? — спросила я.
Он кивнул.
— Спасибо, ей гораздо лучше. Она пойдёт на поправку, хотя вряд ли сможет стать балериной, но вполне — вырасти, стать милой девушкой, выйти замуж и произвести на свет кучу ребятишек. Прости, что я бросил тебя одну в тот вечер.
— Это было жестоко, но у тебя есть оправдание… в виде возможного появления на свет кучи ребятишек. И потому я, пожалуй, дам тебе шанс искупить вину.
Он вздёрнул бровь, его глаза озорно блеснули. Та прядка, на которой недавно висела капля дождя, теперь завилась в изысканное колечко. Может, он и прав, я ищу отблеск потерянного рая во всём, что кажется мне совершенным?
