Могущество на краю империи (СИ) - Бадевский Ян (прочитать книгу .txt, .fb2) 📗
Хорвен, подобно пауку, замерла на своём островке, подождала, пока он поравняется с неподвижной платформой, перескочила на неё и уже оттуда достала ударом в голову мужика с двумя короткими мечами наизготовку.
— Очки! — заорал Уман. — Они под иллюзией!
Я выстрелил в генерала.
Пуля неожиданно остановилась, словно угодив в вязкий кисель или янтарь. Я мог видеть чёрную точку, лишь максимально усилив зрение.
Уман — грёбаный кинетик.
Льоканга и ещё несколько уцелевших бойцов поспешно натянули очки-консервы. Краем глаза я отметил, что экран, через который мёртвый каббалист перебрасывал вставки, погас. Рассеялся, словно его и не было.
— Вот они! — послышались крики.
— Работам, — бросил я.
И двумя точными выстрелами свалил Льокангу.
По мне тут же ударили холодом.
Пришлось врубить проницаемость и перемахнуть на соседнюю платформу, уплотнившись в прыжке. Мои ноги коснулись ребристого металла, и я сразу начал стрелять. Мужик, в которого я целился, исчез. Телепортировался на мою платформу и взмахнул боевым ножом, рассчитывая вспороть мне живот. Спасла проницаемость, но расход ки был чудовищным. И тут же неведомая сила подхватила прыгуна, вздёрнула в воздух и с силой швырнула к соседнему островку. Сгруппироваться или сконцентрироваться прыгун не успел. Его с хрустом приложило о край платформы. Думаю, сломало позвоночник. Прыгун рухнул вниз, сейчас он здорово напоминал тряпичную куклу.
Показав большой палец Игорю, я сделал ещё несколько выстрелов, пытаясь скосить шустрого мету. Целился на опережение, но урод размазался сразу по десятку платформ. Невероятная скорость в сочетании с запредельной ловкостью. Где-то на середине пути его остановил Мусаев. Диверсант нырнул в многомерность, прикидывая точку пересечения, вышел почти в центре сферы, полоснул клинком по расплывчатой тени и снова провалился в иные измерения. Секунда — и Мусаев на противоположном краю сферы. А тень, обретая человеческие контуры, зажимает ладонью шею, из которой хлещет кровь. Я добиваю мету выстрелом в голову и перезаряжаю пистолет.
Криокинетик, пытавшийся меня заморозить, поплыл.
Хорвен попыталась к нему подобраться поближе, но Уман подхватил биомеха силой мысли и швырнул в стену. Игорь перехватил гончую и замедлил её полёт, не дав разбиться.
Я выстрелил в Умана.
Три пули.
Все увязли в кинетическом щите.
Да что ж такое? Мне ещё не приходилось встречать кинетиков, способных перехватывать пули. Это ж какая должна быть концентрация? Я уж молчу про расход ки. А, вот оно что. На запястье генерала ровным оранжевым пламенем горел браслет. Усиливающий артефакт.
Приближалось опустошение.
Циркуляция работала на полную катушку, но восстанавливался я крайне медленно.
Хорвен зацепилась всеми своими щупальцами за стену и выпустила в генерала отравленный шип. Тот, разумеется, увяз в невидимом барьере.
Из наших противников ещё дышали Уман, криос и девушка с кривым мечом, несущаяся по радиальным островкам к Игорю Гридневу. Почему к Игорю? Да потому, что парень стоял на четвереньках и тяжело дышал, стараясь просто не упасть с платформы.
Я отдал приказ.
Гончая побежала к Уману. Прямо по изгибающейся поверхности сферы. Мусаев двумя точными прыжками сменил позицию, рассчитывая перехватить бегущую мечницу. Я начал стрелять по девке, но неведомая сила оторвала мои ноги от земли. Пришлось сделать Умана бесплотным.
Кинетик сорвался в пропасть.
Извернувшись в полёте, я приземлился на край соседней платформы. Пистолет вылетел из руки и заскользил к краю. А потом резко замедлился. Без видимых причин. Я понял, что Игорь применил последние капли своего Дара. И, обессилев, рухнул на платформу.
Хорвен застряла на стене.
Мусаев — почти в центре сферы.
Генерал парил внизу, распластавшись в сантиметрах от пола.
Криос врубил циркуляцию и начал восстанавливаться.
Я посмотрел на девку, а она бросила молниеносный взгляд на оружие, до которого мне предстояло дотянуться. Потом — на Мусаева. И одним махом перелетела на мой островок! Левитатор? Нет, я бы сказал, нечто принципиально иное. Противница могла обходить законы гравитации. Уменьшать вес собственного тела.
С кривой ухмылкой девушка пнула «глок» носком армейского ботинка.
Пистолет улетел вниз.
— Ладно, — сказал я, достав из чехла кромсатель. — Поиграем.
Мусаев исчез.
Глава 30
Мы ударили одновременно.
Мечница — наотмашь, сверху вниз. Я — прямым тычком. Вот только в запасе у меня ещё было немного ки. Я использовал эту возможность, чтобы сделать корпус бесплотным.
Клинок пролетел сквозь меня, не причинив вреда.
А вот из цилиндра выдвинулось острое лезвие, которое вошло прямо в глазницу девушке. Вот и все танцы с земным тяготением. Меч выпал из ослабевших пальцев. Конвульсивно дёргающееся тело сползло к моим ногам.
Перед глазами поплыли мутные круги.
Циркуляция помогла устоять на месте. Вот только я понимал, что на полное восстановление потрачу ещё четверть часа. Потому что…
Сфера продолжает забирать нашу энергию.
Между тем, гончая успела вскарабкаться по стене на потолок. И оттуда рухнуть на криокинетика, всё ещё аккумулирующего жалкие крохи энергии для новой атаки. Мусаев не успевал добежать и прирезать этого гада.
А Хорвен успела.
Криокинетик так и не понял, что его убило.
Гончая, раскрутив щупальца в воздухе, спикировала на голову этого господина, и я увидел маленький кровавый вихрь. Во все стороны полетели части тела, ошмётки внутренностей. Чтобы максимально сэкономить ки, гончая вырубила иллюзатор. И сейчас я видел залитого красным биомеха, широкого расставившего щупальца по краям овальной платформы. В головогруди твари что-то лязгнуло.
Мусаев застыл, глядя себе под ноги.
А я побежал.
Идея пришла в голову внезапно, как и все мои озарения. Если сфера накачивала энергией убитого нами каббалиста, то передатчиком могла служить платформа, на которой он сидел.
Надо просто добежать.
Последним выжившим в этой схватке был генерал Уман. И я видел, что он провожает меня взглядом, стоя на нижней поверхности сферы. Точнее — над этой поверхностью. Человек просто висел в воздухе. Но успеет ли он меня перехватить?
Я собрал в кулак всю свою волю.
Перед глазами плыли чёрные круги.
Мусаев открыл огонь из «вереска».
Генерал, который уже начал концентрироваться на мне, собираясь применить Дар, был вынужден выставить кинетический барьер. Пули вязли в воздухе, не долетая до цели. Мне оставалось лишь бежать, рассчитывая на слепую удачу. Пока Байт выигрывает для меня время — всё хорошо. Но когда ему потребуется перезарядить оружие…
Последний рывок.
Я перепрыгнул на платформу и чуть не поскользнулся в луже чужой крови. Мёртвый каббалист распростёрся рядом, одна его рука свешивалась в пропасть.
С трудом удержав равновесие, я застыл.
А в следующую секунду на моих губах возникла блаженная улыбка.
К исстрадавшимся каналам устремились потоки энергии.
Я никогда не испытывал ничего подобного, даже с циркуляцией! Меня словно погрузили в озеро с чистой энергией, которая била отовсюду…
Да, я кайфанул.
Знатно.
Вот только патроны у Байта Мусаева исчерпали себя.
Услышав сухие щелчки, я понял, что отдых закончился. У генерала развязаны руки — и на кого он нападёт в первую очередь? Ответ лежит на поверхности. На читера-паразита, тянущего ки из передатчика.
— Не применять Дар! — крикнул я.
И послал соответствующий приказ Хорвен.
Расчёт был простым: если использовать свою силу будет только один человек, генерал Уман, то с него система и начнёт высасывать энергию. Несмотря на хитрозаточенные артефакты.
Через Ольгу отправляю ещё один приказ Мусаеву.
А вот и давление.
Уман попытался меня скомкать, но сделать это с бесплотным человеком крайне проблематично. Я с улыбкой наблюдал за его потугами. А ещё мне показалось, что мужику поплохело. Возможно, показалось. Артефакт на запястье генерала продолжал сиять ровным оранжевым светом.
