Тройка, семёрка, туз (СИ) - Урусов Алексей (читать книги онлайн полностью без регистрации txt, fb2) 📗
— Ну, главное, что Андрею наши подарки, что называется, зашли, — удовлетворённо кивнул князь Голицын. — Быстро он взлетел. Не знаю, за что он Героя Труда получил, но знакомые морпехи рассказывали, что боевые награды и звезду Героя России заслужил честно, в боях, так что уважения заслуживает. А ты обратил внимание, что наследник ещё немного маскируется, а цесаревич Александр в открытую Андрея братом называет. Хотя даже Владимир Николаевич, вручая подарки сказал, что это от «семьи». Не от «нашей семьи», не от «императорской семьи», а просто от семьи, как бы подразумевая, что и Андрей тоже часть семьи.
— Нет, вот на этот нюанс в выступлении наследника как-то внимания не обратил, — задумался Фома Дмитриевич. — Я всю церемонию Андрея с цесаревичем сравнивал. Меньше они стали похожи, чем тогда, когда мы фото на винограднике при его первом прилёте в Крым сверяли: Андрей посуровел, и скулы стали заметнее после военной службы. Хотя с дедушкой, императором, схожесть увеличилась.
— Думаешь, признает его император? — вопросительно прищурил глаза Голицын.
Мекензи согласно кивнул: — Думаю, признает. Но тогда, когда доведёт свой замысел до конца. А вот в чём его замысел — только самодержцу и известно. Прикидывал вариант: не хочет ли император под видом магического театра ещё одну академию создать? Как там говорят: хочешь спрятать — положи на виду. Мои специалисты считают, что в этом магическом театре тренеры вполне на уровне работают и мастерство их легко и в военном деле приложить. Летом над этим подумаем — они же с цесаревичем у нас будут дроно-магические учения проводить; наша молодёжь вся туда попрёт, как рыбаки за барабулей.
Польша. Город Неборов. Дворец короля Станислава Богуслава Лещинского.
Король Польши Станислав Богуслав Лещинский проводил до выхода из дворца представителя английского правительства Эдварда Бальфура, крепко пожал ему руку и дождавшись поклона, улыбнулся: — Что ты, что ты, Эдвард. Мы же друзья, какие поклоны… Не стоит обращать внимания на всякие устаревшие условности. Рад буду снова тебя увидеть. Звони, заезжай в любое время. Теперь я почти всегда на связи, дел столько навалилось…
— Понимаю, понимаю, — согласно закивал головой англичанин. — Польша — громадное и сложное государство и управлять таким, даже при твоём недюжинном таланте требует прорву времени, кучу нервов и железную выдержку. Можешь всецело рассчитывать на мою поддержку: сделаю всё, что могу, чтобы обеспечить тебе положительный имидж на нашем туманном острове.
Ещё раз поклонившись, он уверенно зашагал к машине, и как только за ним захлопнулась дверца автомобиля, «Роллс-Ройс» мягко тронулся.
Проводив глазами англичанина, король кивнул сыну-наследнику, вместе с ним присутствовавшим на встрече и провожавшем английского эмиссара: — Всё хорошо прошло, мы добились чего хотели.
— Ты отдал ему магические три шарика, гранату и мину. Половину того, что у нас есть. Не слишком много за общие слова поддержки? Он тебя не предаст? — наследник, шедший вровень с отцом, заглянул ему в глаза.
Польский король согласно кивнул сыну: — Конечно, предаст. Он же англичанин. Англичане вообще предают всех своих союзников, как только в них минует надобность. И наша с тобой задача сделать так, чтобы необходимость предать нас возникла у Бальфура или того, кто его сменит в Польше, как можно позже. Сейчас Эдвард увидел, что мы ему нужны, он доложит в Лондон об этом, и когда туда доберётся мой брат Август, его просьбы, жалобы и мольбы никто не услышит. А Августа Бальфур предаст прямо сейчас; бывший король перестал быть ему нужен: ни влияния, ни богатства у него нет и англичанам с Августа поиметь нечего. И предав Августа, для нас Бальфур сделает хорошее дело — обезопасит наши тылы. Плюс к этому, английская партия в Сейме будет вести себя тихо и не станет мешать нам в проведении нескольких законов. А шарики — это всего лишь шарики. Если я правильно понял русских за все предыдущие годы своей жизни — они не спроста показали магическое оружие на параде, так как планируют начало его массового применения на поле боя. Если это так, то скоро у нас появятся новые образцы шариков и другого оружия в гораздо больших количествах.
Глава 30
Москва. Комплекс «Галактика». Дом Андрея Первозванова.
— Ты в последнее время как-то теплее стал относиться к императору, это на уровне слов и формулировок заметно. Я обратила внимание, что у тебя даже пару раз проскочило слово «дед», когда ты что-то пересказывал, — как и обычно, мы разговаривали с Машей «обо всём» и она озадачила меня таким выводом.
Пожимаю плечами: — Не замечал. Но если и было, то это, скорее, влияние Саши: мы же с братом много что обсуждаем, и он так государя постоянно называет. Я не то, чтобы свыкся… хотя, может быть, и свыкся. А может быть, просто его процитировал.
— Ну, Владимира Николаевича ты отцом ни разу не называл… — Маша задумчиво прикусывает верхнюю губу. Нравится мне эта её милая привычка.
— Так наследника мы в разы реже вспоминаем. Мы же в империи живём, все нити управления на первом лице сходятся и все важные решения, в конечном счёте, принимает он. Поэтому всё время на слуху и в наших разговорах с братом он постоянно фигурирует. И Саша его постоянно «дед» да «дед». А в целом — я семью императора стал как обычных людей воспринимать. Живых людей, делающих свою работу. Тяжёлую, порой неприятную. А порой и грязную.
— Ты говоришь так, как будто уже простил их… — задумчиво произносит княжна.
Пожимаю плечами: — Не знаю. Наверное, не простил, но в стадии прощения. Это как стадии принятия неизбежного. Вспомни, после суда, где Плевако одной фразой выиграл дело священника, ты мне говорила, что адвокат просто напомнил людям о милосердии и собственных грехах. И с моим отношением к Романовыми так же: кроме детей, Саши и Веры с Надей, все остальные поступили в отношении меня неправильно, по-человечески, по-родственному неправильно. И каждый из них и из ближайшего окружения виноват в большей или меньшей мере. Но если виноваты все, то выход существует только один — простить всех. Да я и сам не смогу жить, если у меня в душе будет гореть даже не злоба, а обида на стольких людей. Не зря же существует «прощёное воскресенье» — чтобы очистить себя от греха, нужно вначале избавиться от обид и претензий к другим людям.
Маша по-прежнему смотрит на меня. Не спрашивая, не уточняя. Просто смотрит в глаза, как будто хочет проникнуть в смысл сказанного, который зачастую глубже произносимых слов.
— Иииии… знаешь: побывав на войне, там, за ленточкой, я иногда стал задумываться: а какую бы цену я сам готов был отдать за то, чтобы остановить войну. У императора старший брат погиб, когда руководил боями — просто некого было послать, чтобы он остановил польское наступление. Я много боевых друзей потерял, наш взводный погиб, чтобы нас спасти. И у каждого из погибших — матери и другие родственники, и гибель в бою каждого солдата — это горе. Где та сумма общего горя, которая перевесит горе и смерть одного человека? Пусть даже этим «одним» буду я.
Москва. Комплекс «Галактика». Административный комплекс.
— Ну-ка, ну-ка, покажи расчёты? — мой заместитель по холдингу «Галактика» Анатолий Дмитриевич Губкин недоверчиво слушает выкладки, которые озвучивает главбух Станислав Шиманский. — Вы там порядок не перепутали, может, запятую на одну позицию ошибочно сместили?
— Правильно там всё, — отвечаю я Анатолию Дмитриевичу, — я тоже поначалу не поверил и настоял на повторном подсчёте. Я и собрал всех как раз по этому поводу.
— Итак, — обращаюсь я уже ко всем участникам совещания, — в связи с крупными подарками от гостей на дне рождения, которые выразились в реальных строительных материалах, у холдинга образовалась значительная экономия финансовых средств, первоначально выделенных на закупку камня для строительства театра магии. В результате мы можем без ущерба для финансовой устойчивости «Галактики», перераспределить сэкономленную часть средств на проекты, которые мы планировали делать позже.
