Я – Демон! Эльфийский отбор (СИ) - Ада-Аска Эссе (читать книги онлайн полные версии TXT) 📗
![Я – Демон! Эльфийский отбор (СИ) - Ада-Аска Эссе (читать книги онлайн полные версии TXT) 📗](/uploads/posts/books/92470/92470.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Я – Демон! Эльфийский отбор (СИ) - Ада-Аска Эссе (читать книги онлайн полные версии TXT) 📗 краткое содержание
Когда надеяться не на что, ведь приговор королевского обвинителя – измена! Приходит она, твоя королева, с предложением от которого невозможно отказаться. И невозможно согласиться! Остается подчиниться обстоятельствам. Ведь жизнь твоя тебе уже не принадлежит... Приходится принять участие в отборе невест и попутно выполнить задание, возложенное королевой. «-Я люблю тебя,– что-то подобно этому шептал я в своем безумии, она смеялась звонко, в темноте экстаза мне виделись ее глаза: клинки стали прокалывали меня насквозь, как насекомое насаживая на острие...» Продолжение книги «Я – ДЕМОН!», но можно читать как самостоятельное произведение.
Я – Демон! Эльфийский отбор (СИ) читать онлайн бесплатно
Ада-Аска Эссе
Я – Демон! Эльфийский отбор
Глава 1.
Самым худшим днем в моей жизни я считал тот, когда семя моего отца излилось в чрево моей матери.
Я ошибался.
Отказ от еды, слезы и ее фигура на уступе скалы, видеть все это и узнать: "Я беременна",– было гораздо страшнее.
–Ты уверена?
Она лишь презрительно фыркнула.
Это рассердило меня:
–Кто он?
Она думала, что не поверю, поэтому и произнесла с вызовом, прямо в глаза:
–Принц Август.
В тот момент я поддался слабости и сказал:
–Тогда тебе будет лучше прыгнуть с этой скалы.
Она спрятала свой дерзкий взгляд и, опустив плечи, ушла в сторону замка.
Больше в тот день Катрин не заговорила. И в последующие тоже.
Я радовался малости – она приняла пищу и распорядился подавать ей лучшее и свежее. Лето цвело лобелией, когда кошмаром вернулся ее ночной плач и утренний отсутствующий взгляд.
–Прости,– как-то сказала она.
–Я не сержусь на тебя.
Чистая правда. Моя злость была направлена на принца Августа-Ники Адали.
Я жаждал отомстить ему, словно свершившаяся месть сможет все исправить. Я не думал, нет, о себе я не думал, но и о том, что это ухудшит положение Катрин, не подумал тоже. Во всем я винил испорченную несдержанность королевского отпрыска. И за своим гневом не видел очевидного: я сам привел ее в королевский дворец на бал дебютанток. Она сама ему отдалась. Без поединка.
Желание отобрать жизнь у наследника короля, как отобрали у меня мою отраду, лишить корону ее драгоценности, привело в итоге к этому страшному слову: "Измена", из уст королевского обвинителя.
В ожидании воздаяния я томился в "темной" камере, вспоминая милую Катрин в кружевах розового платья, захлебывающуюся смехом от счастья.
Я готовился к смерти. Назначенный мной опекун позаботится о ней и о ребенке. Мой дом, средства для жизни – все, что я мог оставить им после себя.
Я ждал смерти, но не то, что войдет под этим именем в мою камеру.
О ней говорили и только шепотом:"Ласковая смерть".
Когда вспыхнул свет, зрение вернулось не сразу.
На ней не было регалий, но я мог бы догадаться, кто смеет подавать себя в дерзкой мужской одежде.
–Зови меня Ники, граф.
–Эрлих Коус.
–Милорд Коус,– протянула она, да, напоминая, что я старший в роду и на мне лежит вся ответственность за все происходящее.
Ники-Августа Адали, меня пронзило осознание: "Ласковая смерть". Она!
–Ваше Высочество!
–Если точнее, твое обращение некорректно. Ваше Величество, теперь так следует обращаться.
Королева? Кое-что я точно пропустил.
–Как тебе здесь?
Я пожал плечами, может и не вежливо, но она понятливо улыбнулась и сказала просто:
–Тогда пошли.
Тех, кого Ники-Августа забирала из камер, никогда обратно не возвращались. Поэтому надежда была лишь на то, что кончина от ее руки будет быстрой. Я закрыл глаза когда она приблизилась вплотную и положила голову мне на плечо.
–Глупый мальчишка!– сказала она.
Я не помню момент переноса, зато помню блеск серебра ее глаз. И то, как она прикусила нижнюю губу. И тонкий, едва уловимый цветочный запах.
Выйти из камеры, темной камеры смертников, я не чаял, но выйти из нее, почти в обнимку, с королевой, и оказаться в большом светлом холле шикарно обставленного дома – оказалось из области другой реальности. Я впал в некое подобие ступора. Возможно, это объясняет, если не оправдывает, и мой неконтролируемый аппетит. И радость оказаться в парной, купальне, а следом в мягкой постели на шелковых простынях.
Я отключился сразу, едва рухнул на подушку, и впервые за свою жизнь ни разу не вспомнил о Катрин.
Меня разбудило не солнце, тьма еще жалась по сторонам, нарочито тускло горящий светильник не давал рассмотреть мою гостью, но хриплый шепот:
–Глупый, глупый мальчишка...
Разбудил и свел меня с ума. Мои худшие наследственные родовые черты – нетерпение и вожделение, коим я поддался беспрекословно, затмили разум.
–Я люблю тебя,– что-то подобно этому шептал я в своем безумии.
Она смеялась звонко, в темноте экстаза мне виделись ее глаза: клинки стали прокалывали меня насквозь, как насекомое насаживая на острие.
–Мальчик мой,– сказала она чужим грудным голосом.
Я открыл глаза.
В моих объятьях плавилась от страсти незнакомая женщина. Горячая, страстная, красивая. Чужая.
–Меня зовут Эрлих,– представился и добавил,– граф Коус.
–Агнес,– ответила она.
Так я познал баронессу Агнес Эления Стани.
–Все будет хорошо,– повторяла она мне позже,– Верь мне, верь ей, она лучшее, что могло с тобой случиться. Пусть способ попасть под ее руку ты выбрал неординарный, но она о тебе позаботится.
Она! Королева! Ласковая смерть... "Зови меня Ники" и улыбка. Не знаю отчего, но я вдруг заплакал, беззвучно, но баронесса все поняла и спрятала мои слезы у себя на груди.
–Мой мальчик,– шептала она,– Мой мальчик.
Я был ее мальчиком в тот момент и, захлебываясь в словах, говорил, говорил... А потом замолчал, словно этот лист моей жизни перевернулся, а следующий был не исписан. Или его вовсе не было.
Ее Величество Ники-Августа Адали навестила нас, когда, уже одетые, мы чинно восседали за столом. Баронесса довольно улыбалась.
–Ваше Величество,– Агнес изобразила книксен, я чуть задержался с поклоном, манеры мои отнюдь не улучшились в связи со всеми перенесенными злоключениями.
–Баронесса, я украду ненадолго у тебя твоего... графа.
Нет, она не сказала, твоего мальчика, но улыбка была такая... Я в самом деле ощутил себя эгоистичным, несдержанным ребенком. В тот момент я понял всю глупость своего проступка.
–Граф,– начала она уже без улыбки,– Приговор: "Измена" – это смертная казнь. Без вариантов. Единственное послабление можно выбить – последнее желание, и пожелай ты быстрой смерти, казнь будет безболезненной.
В таком случае, Ласковая смерть, я желаю тебя. Нет, я не сказал этого вслух. Все на что я был способен в тот момент: слушать и смотреть на ее влажные, блестящие, словно после поцелуев, губы.
–Недавно узнала как казнят в Империи за измену. Представь: помост, два столба с перекладиной, барабан и лебедка. Дракону, в истинной ипостаси, накидывают петлю на шею и заставляют взлететь, протыкая копьем самые чувствительные места. Трос накручивают на барабан, сменить ипостась он не может, адеминовый ошейник – знаешь, что это такое? Лучше тебе это и не знать! Так вот: приземлиться дракон не может тоже. Казнь растягивается надолго.
Я вздрогнул и опустил глаза. К чему она об этом, неужели то, что говорят правда: от нее не укрыть ни одной мысли? Даже той, что еще не родилась в голове?
–Не надо бояться, граф, мы не в Империи. Встань на колени!
На колени я рухнул.
–Опусти голову!
Чью именно руку имела в виду баронесса я понял, когда она откинула с затылка волосы и приложила свои пальцы. Они были мягкими и теплыми. Нежными. Это прикосновение было лучшим, что со мной произошло за последнее время. А когда полыхнуло, пробило болью все тело и тоскливо заныло сердце, я мысленно простился с Катрин.
–Это не конец, граф, а начало. Встаньте.
Слабость от пережитого не позволила исполнить приказ тот час же.
–Страху нагнала изрядно, вижу. Поэтому скажу сразу – наказание твое откладывается. На какой срок? Возможно, до помилования. Но чтобы оно случилось, тебе нужна малость – послужить короне и доказать, что "Измена" не твой случай.
Я ничего не понимал. Поэтому продолжал внимательно слушать.
–Мое клеймо запечатало твои возможности демона, оттого и слабость, которую ты чувствуешь. Но для тебя это не залог службы. Не кара. Скорее необходимость. Печать скроет твои возможности и происхождение.