История одной буддийской статуи (СИ) - Гамаюнова Светлана Геннадиевна (читать книги онлайн бесплатно серию книг txt) 📗
Мои размышления прервало появления доктора Мейсена. Он как всегда посмотрел показания приборов, послушал сердце, помял живот и удовлетворенно похлопал меня по руке. Посмотрел на меня с улыбкой.
– Идем, значит, на поправку. Молодец, Айя. Не ожидал таких результатов за месяц. Мэгги, через неделю я собираюсь начать работу с группой девушек с нервной анорексией и парой просто глупышек, надумавших худеть. Как думаешь, если Айя посидит там в инвалидном кресле и послушает, ей будет полезно?
Мэгги удивленно посмотрела на доктора, потом оценивающе на меня и сказала:
– Док, Вам виднее, раз Вы считаете, что ее уже можно вывести в люди. А если ею заинтересуются? Айя, тебе нужно общение?
Я затрясла головой. Пока мне оно не нужно. Я чувствовала, что мое сознание далеко от стабильного и не хотела излишних контактов.
– А что? Пусть на других девушек посмотрит. Вид чужой беды и чужой глупости иногда помогает осознать свою и способствует исцелению.
Я покачала головой.
Мэгги и Мейсен внимательно посмотрели на меня, и доктор сказал спокойно:
– Нет – так нет. Надо, чтобы ты и Лиз учили ее говорить. Ей необходимо будет как-то реагировать на разговор, пусть односложно, но надо. Я скажу доктору Познер.
Доктор посмотрел на меня с улыбкой, подмигнул и сказал:
– А теперь порадуй меня, Айя, и скажи: Ма-ма.
У меня получилось, и Мейсен засмеялся.
– Поздравляю. Ты скоро сможешь разговаривать. Удивительно.
Он опять похлопал меня по руке, посмотрел показания приборов и продолжил:
– Умничка, Айя. Ты выкарабкиваешься. Показатели твоего организма начинают приближаться к показаниям больных анорексией в тяжелой форме. Это невероятный прогресс. Но приборы не врут, в отличие от моих глаз и разума. Я не верю до сих пор, что такое возможно. И как мне хочется, чтобы ты заговорила и рассказала мне о себе.
Он вдруг замолчал и посмотрел на меня задумчиво.
– Слушай, а писать ты умеешь?
Я покачала головой. Писать я умела только по-китайски, а об этом не стоило пока говорить.
– Жаль, – скривился док. – Откуда же ты, Айя, что не умеешь писать? Как странно. Скажу Лиз, чтобы она начала с тобой заниматься письмом. Руки у тебя уже работают лучше. Ты хочешь научиться писать и читать?
– Может, сразу показать ей буквы на планшете, так будет легче учиться. Мои дети так сначала научились писать и читать, – сказала Мэгги.
– Пожалуй да, ты права. Возьми планшет, Мэгги, и с завтрашнего дня начинай с ней заниматься. Потом подключим к этому Лиз. Будем задействовать и восстанавливать твои мозги, Айя. Ты рада?
Я кивнула – что мне оставалось, но радости мне это не доставило.
Кабинет доктора Мейсена.
Стив Мейсен расстегнул халат, снял шапочку, позволяя довольно длинным рыжим волосам свободно коснуться шеи. Светлый салатовый джемпер очень шел ему, и в нем он уже не выглядел таким строгим профессором. Просто молодой, интересный мужчина. Ну, не совсем юноша, но тридцать восемь лет для профессора в собственной клинике – это немало. Стив включил компьютер и уставился в монитор, просматривая результаты анализов, а потом открыл свои записи.
Обходы закончились, и он начал заносить наблюдения в истории болезней. Потом открыл файл «Дневник» и записал личные наблюдения. Писал для себя то, что не стоило выносить на публику. Сначала как всегда данные новых пациентов, затем более-менее понятных случаев и закончил сложными. Хотя почти все его пациентки были сложными. Простыми он не занимался. Если только родители очень большие деньги не платили за возможность восстановления физического и психического здоровья своих чад. Как дитятке поставят диагноз анорексия и скажут, что 15-20 процентов девушек погибает, так тут они все у доктора. А деньги нужны. Гранты хорошо, но маловато. Так что периодически приходится лечить и «глупышек» – так он называл худеющих не в меру поклонниц какой-нибудь рок-звезды, способных придумать проблемы на свою вполне хорошенькую Ж. Но эти страждущие внимания и худеющие, чаще всего подростки, не имели, к своему счастью, определенных, своеобразных для типичной нервной анорексии, сдвигов в голове. А сложные его больные имели серьезные, и очень, проблемы.
Стив размышлял: «Так, сегодня поступили аж две новенькие – Жанин и Сюзи. Зареванную Сюзи привели родители. Типичная «глупышка». Сумма, стребованная за лечение в течение месяца с родителей, позволит содержать еще пятерых, а то и семерых, девушек. Вторая девушка, Жанин, увы, относилась ко второй категории. Но первой осматривал Софи, и поэтому описываю ее первой». Сначала занес данные в историю болезни.
История болезни Сюзи
Возраст 17 лет. Ученица колледжа искусств. Рост 165 см. Вес 43 кг. По визуальным наблюдениям девушке не хватает 20% необходимой массы тела, соответствующей возрасту и росту.
По словам родителей, их насторожили некоторые неврологические нарушения: рассеянность, забывчивость, резкое ухудшение успеваемости, зацикленность на физических упражнениях. А также постоянные перепады настроения и проблемы со сном (с трудом засыпает, слишком долго спит), высокая утомляемость. При этом Сюзи заставляла себя заниматься спортом по 5-6 часов в день. Девочка сбросила 8 кг. Заметили, что началось с пропускания ужина, потом завтрака. Обедала, якобы в колледже. С родителями перестала откровенничать (раньше, по словам матери, была чудесным открытым ребенком). В детстве не болела серьезными инфекционными заболеваниями. С пяти лет занималась танцами и рисованием. Рисунки прилагаются.
(PS. Посредственные рисунки).
Училась средне, но старательно.
(PS. Перенести в дневник: семья хорошо обеспеченная, отец имеет адвокатскую контору, мать домохозяйка, сестра на 4 года старше Сюзи, преподает танцы).
Фактор, вызвавший желание похудеть, по словам пациентки – недостаточная внешняя привлекательность.
Анализ крови при поступлении: гемоглобин низкий, 100. Снижение уровня эритроцитов в крови. Цветной индекс крови низкий. Повышенный лейкоцитоз. Уже имеются нарушения менструального цикла.
Назначение:
Полный курс обследования.
Предварительные назначения: капельницы с глюкозой; нейролептик, витамины в инъекциях. Дробное питание под наблюдением персонала (не захочет питаться самостоятельно – принудительное питание). Иглотерапия. Массаж, обтирания, ванны. Гипнотические сеансы. Индивидуальные занятия с доктором Лиз Познер. Аппарат Нейродоктор. Групповые занятия с выздоравливающими, и наблюдение у лечащего врача в течение полугода после выписки. Телесно ориентированная терапия. В течение первой недели находиться в первой палате под постоянным наблюдением.
Теперь он занес некоторые данные в собственный дневник:
«Из разговора с пациенткой выяснил: причина – влюбленность и фанатическое преклонение перед капитаном футбольной команды колледжа. Вместе с другими девушками Сюзи преследовала объект внимания. Но, по ее словам, была не так бойка, как приятельницы, и Боб ее не замечал. Она решила подкараулить его и предложить встречаться. Видимо, обозленный парень сказал первое, пришедшее на ум, а именно: «У тебя жопа жирная». И это послужило пусковым механизмом в желании похудеть. Парень сказал это девушке, всю жизнь занимавшейся танцами, как и ее старшая сестра. Сестра, по словам Сюзи, стройная и красивая: «Все парни у ее ног, а я ее бледная тень, да еще и толстая».
Спросил, где она брала диеты. Понятно, в интернете более 8 тыс. сайтов, предлагающих диеты для похудения. В некоторых блогах еженедельно выкладываются фото ног, рук, живота до и после диеты. Все с весом и размерами. Члены блога выставляют баллы самому лучшему и худшему «худельщику». То есть компания поддержки.
Хвала родителям, быстро спохватились. Девочка похудела всего на 8 кг. За месяц у нас наберет 5 кг. Мозги вправим. Никакой психической патологии пока не заметил.
Первая личная беседа ничем не удивила меня. При упоминании о последствиях чрезмерного похудения (у нее уже несколько месяцев нет месячных) на слова, что у нее может не быть детей, пожала плечами. На слова, что кости станут хрупкими, и она будет иметь переломы, пожала плечами. Слова как будто обтекают ее, не касаясь сознания. Зато, заметив большое зеркало у меня в кабинете, стала без стеснения вертеться перед ним, приговаривая: