Все приключения Ивидель Астер. Тетралогия (СИ) - Сокол Анна Сергеевна (читать книги онлайн полностью без сокращений TXT, FB2) 📗
— Я хочу выйти, — через силу сказал Мэрдок.
— Тебе впору ползти, — Дженнет стиснула руки. — Пусть уходит, а потом мы попробуем выбраться сами.
— Оставив меня здесь? — уточнил Хоторн. — Тогда мне нет никакой разницы.
— Он не выглядит опасным, — сказал Этьен. — Объективно опасным. Уж с одним-то мечником мы справимся.
— Объективно опасный — это когда из носа идет пар, на голове рога, а с губ капает ядовитая слюна? — уточнила Дженнет. — А если он маг?
— Тогда эти стены нам точно не помогут, — заключила я. — Скорее навредят, здесь слишком много изменяемых веществ, а труха на полу хорошо горит. Возможно, звучит глупо, но на мраморе мостовой у нас больше шансов.
— Ты права, — кивнул Этьен. — Звучит глупо.
— Ждите здесь, — повторил Крис. — А я пока уточню, чего хочет столь любезный господин. Может, карту города нам продать, а может, в кабак пригласить.
Оуэн откинул полы плаща за спину и шагнул под лучи уходящего солнца.
— Опять этот баронишка на рожон лезет. И опять без меня, — все еще державший метатель южанин шагнул следом.
Мэрдок оперся о стену и двинулся к выходу. Но раненая нога подвела парня, и он, зашипев, вынужден был снова схватиться за мое плечо.
Девы, я и не представляла, какие мужчины тяжелые. Помню, кормилица Туйма рассказывала, как третья леди Астер вытащила мужа из горящего сарая, да еще и лошадей выпустила. Я, тогда еще десятилетняя девчонка, восхищалась и гордилась прародительницей, не представляя, чего ей это стоило на самом деле. Не уверена, что могла бы повторить ее подвиг.
— Держись, — сказала я Мэрдоку и вместе с ним двинулась к выходу. Парень навалился на меня и все же смог сделать шаг, а потом и второй…
— Астер, ты… — начала герцогиня, когда мы перешагнули порог и едва не упали на заросшую сорняками дорогу.
Парни стояли у ограды, не решаясь прикоснуться к прутьям. Очень предусмотрительно. Они не могли выйти, а незнакомец не мог войти. Наверное, не мог.
— Где пятый? — спросил мужчина, все так же стоявший на той стороне канала и все так же смотревший на нас.
— Здесь, — догнав меня, ответила герцогиня.
— Что непонятного во фразе: «ждите здесь»? — уточнил Крис. — Я что, на другом языке изъясняюсь?
— Время уходит, как вода в песок, а вы препираетесь, — произнес незнакомец, правда, довольно равнодушно.
— Какое тебе дело до нашего времени? — выкрикнул Крис.
Ему приходилось повышать голос, тогда как незнакомец говорил, едва шевеля губами. Мэрдок вдруг попытался выпрямиться и встать в полный рост, а я, конечно, не удержала сокурсника. Мы все-таки упали. Я на колени, а Хоторн на бок.
— Меня попросили вывести из Запретного города студентов, а не задиристых дураков.
Я встала, юбка спереди перепачкалась землей и травой, хотя она и сзади была не чище. Хоторн снова стал подниматься, опираясь на дрожащие руки.
Облака поредели, выглянувшее солнце уже коснулось пологого склона горы, луч, словно дразня нас, отразился от рукояти меча незнакомца. Почему меня не отпускало чувство, что я его уже видела? И кого — меч или человека?
— Попросили? — уточнила герцогиня, ее голос сорвался, выдав волнение.
— На коленях умоляли бы… если бы могли.
— Он…— прошептал Мэрдок. — Он… Меч!
Я поймала взгляд Хоторна. Что было в его глазах? Отчаяние? Решимость? Или стыд?
— И куда ты нас выведешь? — уточнила Дженнет. — В Разлом?
— Я отвечу только на один глупый вопрос, а потом уйду, — мужчина чуть повернул голову, кожа на щеке казалась темной, почти черной, словно он много времени проводил на солнце, или… Или носил маску. — Вы уверены, что хотите знать именно это?
Меч! Рукоять, по которой скользили лучи уходящего солнца. Рукоять без знака рода, хотя я очень удивилась бы, окажись незнакомец простолюдином. А с другой стороны, что я знаю о простолюдинах? А о мечах? Таких мечей много, они лежат запертыми в старых арсеналах, древние, неповоротливые, в большинстве своем приговоренные к переплавке. Но этот…
Я вспомнила, где видела похожий клинок — массивное перекрестье, отполированное бесчисленными касаниями. Я мысленно вернулась в теплый класс, где монотонный голос магистра Ансельма повторял бесчисленные уложения этикета, погружая учеников в уютную дрему. Шуршали пожелтевшие страницы книг, ровные строчки сменились рисунком, скупыми отрывистыми линиями. Рисунок, на котором глаза задержались на миг, но этого хватило, чтобы запомнить. Этот меч отличался от тысячи, что была выкована в прошлую эпоху. Этот клинок был первым, что погрузился в Разлом на две трети и закалился в его тьме. Сверкающая рукоять и черное лезвие.
Если я права, этот меч в последний раз видели десять лет назад.
Что такое десятилетие? Для меня? Для Криса? Дженнет? Целая жизнь. Десять лет назад мне было восемь.
Что такое десять лет для рода? Всего лишь мгновение.
Что такое десять лет для родового меча? Ничто.
Но я могла ошибаться. Могла выдать желаемое за действительное. Я не оружейник, не кузнец, не летописец. И все же… Я художник, и подчас замечала то, чего не видели другие.
— Что выгравировано на вашем клинке? — громко крикнула я.
Все посмотрели на меня. Герцогиня даже зубами скрипнула, а вот Мэрдок, наоборот, с облегчением закрыл глаза и снова попытался встать, но не в полный рост, а на одно колено.
— «По праву сильного», — произнес незнакомец, и я снова ощутила тяжесть его взгляда. Взгляда, который заставлял спины сгибаться, а головы склоняться.
Этьен тут же убрал метатель и опустился на одно колено. Крис замешкался, правда, всего на мгновение, а потом вогнал клинок в землю и, склонившись рядом с южанином, стал эхом повторять слова древней, как мир, клятвы:
«Мой меч — твой меч,
Моя жизнь — твоя жизнь,
Твоя боль — моя боль.
Располагай мной, как своей рукой.
Рази врагов ради жизни. Неси мир до самой смерти…»
Мы с герцогиней присели в придворном поклоне. На щеках Дженнет горели два алых пятна. То ли от злости, то ли от смущения.
— Выходите, живо! Не заставляйте меня повторять, что у вас нет времени.
— Да, государь, — прошептала Дженнет, а парни торопливо подняли Хоторна. Коснувшись прутьев решетки, я на миг ощутила знакомое тепло и распахнула калитку.
Уже не имело значения, появятся железные звери или нет. Потому что, если появятся, наш долг охранять князя. Или умереть за него.
Это в идеале, конечно. Но такое случается только в балладах и легендах. Жизнь куда прозаичнее.
Наверное, со стороны мы напоминали ему мокрых потрепанных кутят, а не защитников. Торопливо перебрались через канал, разбрызгивая ледяную воду, стуча зубами от холода, цепляясь за камень и борясь с течением.
Крис выбрался первым, ухватил Мэрдока за руки, вытянул раненого, потом подал руку мне. В тот миг было не до сантиментов и не до боли, все еще не отпускавшей мое запястье. Этьен выбрался из канала и встряхнулся, как дворовый пес. Герцогиня вылезла, не дожидаясь помощи, и снова присела в реверансе перед темной фигурой в маске.
Если бы он носил золотой обруч…
Если бы мы встретили его в главном зале Эрнестальского дворца…
Если бы не оказались здесь…
Я посмотрела на высокую темную фигуру, на плащ, на край маски, что угадывался в отбрасываемой на лицо тени капюшона, и задалась вопросом: неужели человек — это то, что его окружает? Стул или трон, на котором он сидит? Меч, которым снимает головы? Забери все это, и что останется? Останется угрюмый незнакомец, для которого не нашлось доли лучше, чем бродить по Запретному городу?
Мы даже не сразу его узнали. И узнали не его, а меч.
— За мной, живо, — скомандовал князь и направился вниз по улице. Набойки каблуков издавали то самое «дзанг-дзанг».
Мы шли торопливо, иногда дико озираясь, оглядываясь на фасады домов, на кованые ограды, на потускнувшие от времени флюгеры. Мы даже не сразу заметили, что вместо того, чтобы удаляться, спускаемся к самому центру города, вглубь золотых кварталов.
