Все приключения Ивидель Астер. Тетралогия (СИ) - Сокол Анна Сергеевна (читать книги онлайн полностью без сокращений TXT, FB2) 📗
Цепь звякнула, книга чуть не упала, ударившись о решетку, но я придержала ее рукой. Снова раздался шум, потом негромкие голоса. Я услышала смотрителя подвала, потом милорда Виттерна, а затем к решетке вышел рыцарь в сером плаще.
— Мы пришли за пленником, приказ князя, — произнес он. — Отойдите, леди, и вы, милорд.
— Но…— начала я, понятия не имея, что хочу сказать, и не зная, что вообще нужно говорить в такой ситуации. Что нужно чувствовать…
— Открывайте! — скомандовал серый, и Райнер загремел ключами.
— Все нормально, — сказал мне вдруг Альберт и снова улыбнулся — той безумной улыбкой, что напугала меня еще тогда, в первую нашу встречу. — Не переживайте, леди. Есть вещи, которые просто надо сделать.
— Вот именно, — буркнул рыцарь, заходя в камеру, и указал смотрителю на кандалы. Райнер тут же достал очередной ключ и освободил Альберта от оков. — И чем быстрее, тем лучше.
Цепь упала на пол и задела плошку, солома потемнела от выплеснувшейся воды.
— Пойдешь сам или тебя вынести? — спросил серый.
— Меня так и тянет согласиться на последнее, — издевательски ответил Альберт. — Но боюсь, ваша репутация будет загублена навеки.
Рыцарь замахнулся, я охнула, Альберт блокировал удар железной рукой, а магистр Виттерн произнес:
— А как же приказ князя? Доставить целым и невредимым?
Не знаю, почему, но я почувствовала благодарность к учителю за эти слова. Правда, он тут же добавил:
— Или что-то уже изменилось, и мы вполне можем допросить его по правилам?
Благодарность улетучилась. Ее вытеснил стыд за собственные мысли. Когда Крис бил того старика в лавке, мне это не нравилось, но я не остановила рыцаря. Сейчас же, когда подняли руку на пленника, который, кстати, и со мной обошелся более чем жестко, к тому же, как и тот ювелир, заражал людей смертельной болезнью… У старика хотя бы было оправдание, плохое, неправильное, но было. Он спасал дочь. А кого спасал Альберт? Он преступник, который тащил меня через всю Круглую площадь и требовал, чтобы я нарушила запрет богинь! Железнорукий — предатель, волею случая оказавшийся моим братом. И, тем не менее, я не хотела видеть, как его бьют, будь он тысячу раз виновен. Пусть он миллион раз заслужил это. Считайте это женским капризом.
— Нет, — с сожалением ответил серый. — Ничего не изменилось. Доставить без единой царапины.
— Князь милостив, — кивнул Райнер, поднимая фонарь.
— Князь предусмотрителен и не более, — хмыкнул Альберт, выходя из камеры вслед за конвоиром. — Он просто боится того, что я могу вам рассказать.
— Так расскажи? — предложил магистр.
— Чтобы вы отправили меня к целителям, голову подлечить? Нет уж, предпочитаю Запретный город.
— Все, отставить разговорчики. У вас было время. А сейчас у нас приказ. Пошел, и без глупостей. Я всегда могу сказать, что ты сопротивлялся, — рыцарь толкнул железнорукого в спину, но Альберт лишь улыбнулся и пошел вперед.
И почему мне так не нравилась эта улыбка? Почему все это казалось неправильным? Словно не солдаты вели Альберта вслед за Райнером по темным коридорам — он шел сам, а они всего лишь сопровождали. Шел, куда хотел, а не куда его вели.
— Прошу прощения, милорд, — пробормотала я в спину шедшего впереди магистра. — У меня не получилось…
— Не извиняйтесь, Астер. Дело не в вас, — раздраженно ответил Виттерн, выходя наружу.
Я поняла, что снова стою посреди двора Ордена, прижимая к груди нелепую книгу в потрепанном переплете. Толпа учащихся у ристалища поредела, хотя тварь все еще рвала цепь и шипела, как паровая машина. Вьер, размахивая мечом, как дрыном, что-то показывал магистру с кнутом, Крис и Жоэл стояли за ристалищем, Этьена нигде не было видно.
— Я сказал, вперед! — в раздражении рявкнул серый на Альберта, который, запрокинув голову, смотрел в затянутое облаками небо. Сколько пленник сидел в подвале Ордена? Два месяца? Больше? — Ну, чертов белобры…
Наверное, он все же ударил бы железнорукого, возможно, даже не очень сильно. Но Девы распорядились по-иному.
Земля пришла в движение, дернулась, словно полено под ногами приговоренного к виселице, задрожала, с гулом, отдавшимся в костях, наклонилась… Я упала в снег. Кто-то кричал, но уже совсем не так, как несколько минут назад. Тогда все закончилось за один удар сердца. А сейчас крики перешли в визг.
Земля вдруг решила сбросить с себя людей, словно норовистая необъезженная лошадь. Мы настолько привыкли к незыблемости Академикума, что происходящее здорово напомнило судный день, которым нас пугали жрицы.
Кто-то упал, кто-то попытался убежать, причем по чужим головам. Девушке отдавили ладонь, на парня упал рыцарь и ударил рукоятью меча по скуле. Снег окрасился алым. Земля вибрировала, словно заведенный двигатель мобиля. Что-то заскрежетало в брюхе острова. Кто-то продолжать кричать, кто-то причитал, кто-то молился Девам, силясь докричаться до богинь.
А потом что-то с громким хрустом сломалось. И Академикум рухнул вниз. Краткий миг полета, и задранный край острова выровнялся, скрежет сменился равномерным гулом. Земля снова была на положенном месте. Но я еще минуту не решалась подняться, слушая, как быстро бьется сердце.
— С-смотрите! — закричал кто-то, и я подняла голову. — Девы…
Падал столб, установленный посреди ристалища рыцарей. Заваливался в сторону, издавая громкий треск. Он падал мучительно медленно, словно нехотя, сантиметр за сантиметром. Цепь взлетела, железная кошка перемахнула через ограждение и рванула вперед, прямо на сидящую на земле девушку, баюкающую поврежденную руку. Магесса со второго потока, чуть старше меня, не смогла даже закричать, не то что применить магию. Я ощутила, как вокруг собирается сила, все, от учителей до учеников, инстинктивно потянулись к зернам изменений, кто-то к земле, кто-то к снегу, а кто-то к воздуху. Один из рыцарей даже успел вытащить хлыст. Кнутовище взлетело в воздух.
Столб рухнул, проломив ограждение. Кошка прыгнула на девушку, выпуская когти, цепь зазвенела.
Никто не успел. Почти никто. Воздушная волна рванулась навстречу железному зверю, сбивая его с магессы. Я обернулась — на другой стороне двора стояла с поднятыми руками Гэли. Она управляла воздухом так же искусно, как опытный возница управляет четверкой лошадей. Кошку скрутило и отбросило на ристалище, цепь натянулась, но теперь уже в обратную сторону, зверь покатился по истоптанному снегу.
— Браво, Миэр, — сказал стоявший на одном колене учитель.
А вот магистр рыцарей выругался. Воздушной волной снесло не только зверя, но и его самого вместе с кнутом. Мужчину бросило на ограду ристалища, хлыст остался лежать на снегу. К кошке подскочило сразу несколько воинов, один из них ухватился за цепь. Зверь, пятясь, зашипел, как масло на сковородке…
Именно этот момент выбрал белобрысый, чтобы ударить серого конвоира железной рукой в лицо. Мужчина издал сдавленный звук и осел на снег. Милорд Йен рывком поднялся. В одной ладони блеснуло лезвие ножа, на кончиках пальцев второй замерла готовая соваться в полет магия. Только вот Альберт не собирался ни с кем сражаться. Смотритель подвалов Райнер еще только разворачивался, а железнорукий налетел на него, толкнул в раскисший снег и побежал. Все были слишком увлечены укрощением железной кошки, чтобы обратить внимание на бегущего через двор мужчину в рваном пальто. Кто-то помогал раненым, кто-то просто кричал и махал руками. Крис поднял упавший хлыст…
Не знаю, на что надеялся Альберт. Академикум — это остров, висящий в воздухе. Хочешь сбежать? Двигайся к воздушному пирсу и, угрожая, как мне когда-то, ножом, заставь пилота спустить тебя на землю. Только вот почему железнорукий попытался бежать именно здесь и сейчас? А не дождался, когда серый приведет его к воздушной гондоле?
Девы, почему я взвешиваю шансы железнорукого? И почему мне не нравится, что эти шансы равны нулю?
Магистр Виттерн швырнул магию, превращая снег у Альберта под ногами в лед и явно намереваясь поймать его в ту же ловушку, что когда-то и я у дома целителей. Только на один удар сердца раньше наперерез беглецу с пальцев Гэли совалась еще одна воздушная волна. Магия столкнулась магией, сила осыпалась на землю блестящими льдинками. «Пересечение зерен изменений и частичное поглощение», — вспомнила я строки из учебника.
