Маг сельского профиля. Трилогия (СИ) - Широков Алексей (библиотека книг TXT, FB2) 📗
— Понравилось? — Николай Петрович не понял, чего я лыблюсь как дурак, и принял это за свой счёт. — Ремонт, конечно, не капитальный, но мы старались.
— И у вас получилось, — я со счастливым вздохом открыл глаза. — Спасибо большое. Мне всё очень нравится. Надеюсь и я вас не подведу. Поработаем!
Глава 3
— А жить, как говорится, хорошо! — я не без удовольствия развалился на огромной, трёх, а может даже четырёхспальной кровати, потягиваясь всем телом. — Это я удачно заехал!
Да уж. Эфир считался самой неуловимой стихией, но при этом наиболее полезной для развития мага. Даже просто медитация на линии эфира способна поднять чувствительность, один из важнейших параметров для волшебника. Если ты не чувствуешь потоки энергии, как ты будешь с ними работать? То то же! И это, не говоря о том, что сама энергия эфира была крайне универсальной и применялась во множестве крайне специфических заклинаний. Работа с тонкими энергиями мира как она есть, мощные территориальные заклинания, способные, к примеру, подправить климат в отдельно взятом районе. Правда для такого у меня нет ни сил, ни знаний, но это дело поправимое. Зато понятно, с чего бы какому-то магу селиться в такой глуши.
Судя по колодцу, он был силён, очень силён, раз сумел подправить течение водяной жилы. Зуб даю изначально четверного узла здесь не было. Это он сам, пользуясь возможностями эфира создал весьма полезный узел. И стоит поискать возможно подтягивал другие, правда это уже риск. Даже четыре потока уже редкость, если один из них эфир. Пять — само по себе привлечёт внимание. Шесть — стоит о таком узнать государевым людям, они тут же установят за ним наблюдение и контроль. Ну а семь и больше автоматически считается стратегическими и переходят в собственность государства. На таких узлах ставятся или мощные научно-исследовательские институты или не менее мощные военные части. Так что я не обольщался. Да узнай в технаре, что здесь узел на три потока, была бы драка за право сюда отправиться. Кстати странно, что в документах ничего подобного не было… грохот из коридора, где я оставил свои вещи заставил меня вздрогнуть и подскочить с кровати. Похоже, не все были рады моему появлению и, если что-то случилось с моей гитарой я оторву этому кому-то все выступающие части тела.
Коридор встретил меня тяжёлым полумраком, в котором мелькали тени. Жутковатое зрелище, надо сказать, пробирающее до самых пяток. Если бы я уже не видел что-то подобное, сейчас сквозанул бы отсюда так, что ветер свистел бы в ушах. Но… к чему-то такому нас и готовили. Так что я лишь с ухмылкой смотрел на разворачивающийся спектакль, ожидая продолжения.
— Уходи-и-и-и… — видя, что я не собираюсь двигаться, пространство задёргалось и что-то завыло замогильным голосом. — Уходи-и-и-и!!! Убирайся-а-а!!!
— Ага, сейчас, только шнурочки поглажу. Ну ка, посмотрим, кто тут у нас шалит? — я с улыбкой хрустнул пальцами и сделал замысловатый жест, начав читать заговор. — Дух домашний, домовой. Предо мною появись! Не скрывайся, не таись! Ты сейчас мне покажись!
Вербальная форма всегда вызывала у меня улыбку и привкус клюквы во рту, но главное, что она работала. У магов по крайней мере. Мелкая домовая нечисть вообще была чувствительная к энергии, поэтому просто не могла ослушаться. Вот и сейчас давящая тьма, и метущиеся тени вдруг пропали, а передо мной оказался заросший бородой мужичок, высотой мне по колено, в типичной русской косоворотке, перепоясанной кушаком, штанах с заплатой и яловых сапогах. Это, кстати, показатель, силён, зараза. Был бы послабее, шастал бы в лаптях да онучах. А вот неопрятная борода и копна волос говорили о том, что в доме нет хозяина. Эти нюансы мы тоже заучивали. Там ещё и про рубаху, и про кушак, и про штаны было, но сейчас они роли не играли. Главное, что домовой смотрел на меня грозно затравленным взглядом и был явно настроен негативно.
— Уходи!!! — несмотря на приказ, мужичок не собирался сдаваться. — Убирайся отсюда, некрот!!! Нечего тебе тута делать!
— Не тебе решать, — как и писалось в методичке, общаться я собирался вежливо, но сесть на шею себе не позволил. — С этого дня я здесь живу. И если тебе что-то не нравится — можешь уходить. Даже обряд проведу, вынесу тебя. Вон у главы сельсовета поселю, у него дом большой должен быть.
— Да чтобы я, приличный домовой, на чужое место позарился? — вспыхнул гневом сусед. — Не бывать этому! Я тута жил, живу и жить буду!!!
— Тогда давай налаживать контакт, — я пожал плечами. — Я тоже здесь жить буду, хочешь ты того или нет. Прибыл по распределению для работы. И я не некромант. Просто Она отмечает всех, кто ступил за грань. Такие вещи знать надо.
— Ты меня поучи! — домовой дерзко вскинул голову, но было видно, что он смутился. — А коли жить приехал, так чего как положено не зашёл? Без поклона, без подношения⁈
— Ты там не опух в атаке? — я от удивления поднял бровь. — Я тебе что, тёмный крестьянин, опутанный суевериями? Или показать тебе кто тут главный? Сработаемся, будет тебе и миска сливок, и каша и даже мёд. Ну а нет, тогда останется кто-то один и сдаётся мне это буду я. Ну так что, будем жить мирно и помогать друг другу? Я вашего брата весьма уважаю, но спуску не дам. Мир?
— Точно не некрот? — было видно, что домовой колеблется, но как обычно, холодильник победил телевизор. — А сливки точно будут?
— Гарантирую! — я улыбнулся. — И даже завалы в подвале разбирать не буду. Нет нужды мне в некромантских печатях.
— Тода ладно. — кивнул сусед. — Хован я. Вот уже почитай два десятка лет тута обитаю. До этого тута дядька мой хозяйство держал. Муж троюродной кузины моего крёстного, который приходится сводным братом моей прабабки по линии её третьего мужа, если считать через усыновлённого племянника её молочной сестры, при этом он же — двоюродный шурин моего бывшего свата, но только до его развода с тёткой, которая была кумой моего покойного дяди по доверенности. Но его прошлый хозяин с собой забрал, а меня, как ближнего родственника сюда и позвали.
— Родня всё-таки, — я даже не вникал в хитросплетения семейных отношений домовых. Мы проходили их факультативно и полученных знаний мне явно не хватало, чтобы оценить степень родства, но и говорить об этом было грубо. Да и пофиг мне было, чего греха таить. Единственное что меня расстроило, это срок обитания домового. Признаюсь, я рассчитывал, что здесь будет более старый сусед, заставший ещё первого хозяина и знакомый с его секретами. Но раз нет, значит нет. И так сойдёт. — Новиков Лука Артёмович. Маг третьей категории.
— Аспирант значится, по-старому. — кивнул Хован. — Добре! Место тут хорошее, глядишь и до Арканиста дорастёшь, а там и до Магистра рукой подать, чем боги не шутят.
— Я не сомневался, что ты в курсе про линию эфира. — на моём лице мелькнула улыбка. — Но говорить о ней, ты, конечно, не собирался.
— Почуял, сталбыть, — теперь и домовой расплылся в улыбке. — Добре. Значит точно быть тебе Магистром. Эх заживём!
— Обязательно заживём. — я пусть и не рассчитывал на быстрый рост, но надеялся хотя бы до первой категории подняться. — Но это дело отдалённого будущего. А сейчас надо что по дому? Есть какие-то проблемы?
— Продуктов нету, — сокрушённо вздохнул нечистик. — три года тута никто не жил, так что с едой тяжко. Ты, хозяин, озаботился бы? А то сливки обещаешь, а в доме шаром покати. Добудь чего, а я уже не подведу, расстараюсь с ужином. Ты не думай, я домовой грамотный. И плитой електической и духовокой пользоваться обученный. Так что не боись, пожару или чего такого не будет. Я и проводку починяю, ежли надо.
— Да я и не сомневался, — врать я умел с абсолютно честными глазами, так что Хован тут же поверил. — Но про еду ты правильно сказал. Надо в магаз сгонять пока не закрылся. А завтра уже буду решать вопросы с запасами. Как раз подъёмные должны будут дать.
Сказано — сделано. Я и раздеться не успел, так что просто натянул кеды, сунул в карман пакет, специально для этой цели имевшийся в рюкзаке и выскочил на крыльцо, нос к носу столкнувшись с женщиной лет пятидесяти, азартно прислушивающейся к тому, что происходило в доме. Зачем — не знаю. Дом мага дело такое, защищённое от внешнего воздействия. Конечно, проверить руны и печати мне ещё предстояло, но я и так мог сказать, что большинство работало без нареканий. Дома было прохладно и свежо, несмотря на летний зной и дело было далеко не в толстых стенах. Точно так же именно из-за печатей нельзя было ничего ни услышать, ни увидеть из того, что происходит в доме. И вряд ли баба могла этого не знать, но любопытство человека безгранично… как и наказуемо.
