Неукротимый Бастард 5 (СИ) - Измайлов Сергей (читать книги онлайн без регистрации .txt, .fb2) 📗
Александр выбрал длинную галерею над внутренним двором, в это время здесь почти никого не было. Он опёрся на перила, глядя на почти облетевшие деревья внизу, и некоторое время молчал, словно решая, с чего начать. Пальцы его медленно сжимались и разжимались на холодном камне, будто он пытался удержать раздражение или тревогу.
— Случилось что-то дома? — спросил я, когда пауза стала затягиваться.
Впрочем, судя по выражению его лица, догадаться об этом было нетрудно.
— Да, — медленно кивнул Александр и перевёл взгляд с внутреннего двора на меня. — Получил сегодня очередную весточку из Солнцеграда. Отец напрямую не пишет ничего тревожного, но я слишком хорошо знаю его манеру выражаться, чтобы не заметить напряжение между строк. Скорее всего, он не знает, что у меня есть и свои источники информации.
Александр снова замолчал. Мне уже хотелось поторопить его, потому что я и сам начал волноваться, но решил потерпеть. Раз уж он начал этот разговор, значит, собирался рассказать всё, что знает.
— Мост через Уховку уже однажды уничтожили, — продолжил он. — Повторную попытку люди Каменского сумели сорвать, нескольких исполнителей взяли живыми. Поэтому на этот раз есть шанс разобраться, кто всё это затеял. Раньше в нашем распоряжении были только следы, оставленные после диверсии.
— И что? — спросил я. — Признался хоть кто-нибудь из задержанных в работе на Куракиных?
Александр медленно покачал головой.
— Насколько мне известно, прямой связи не обнаружили. Исполнители получали деньги и распоряжения через посредников, настоящего заказчика не видели. Но самое неприятное произошло почти одновременно с этим. В землях Куракиных случились похожие диверсии, после которых там обнаружили следы, чётко указывающие уже на людей Пожарских. От Ивана Ярославовича пришла официальная претензия. Формулировки пока относительно дипломатические, но достаточно жёсткие, чтобы понять: напряжение быстро растёт.
— А что говорит отец? — спросил я, понимая, что зреет что-то очень нехорошее.
— Он тоже отправил Куракину претензии по поводу взрыва моста и поджога в деревне. Пусть теперь и он подумает обо всём происходящем. Не исключаю, что для него это тоже окажется сюрпризом. Одно знаю точно: отец запретил подчинённым предпринимать какие-либо активные действия за границей. Саму границу сейчас как следует укрепляют.
Александр недовольно нахмурился.
— Что-то во всей этой ситуации не так. Обычно на подобные провокации отец отвечает довольно жёстко, а сейчас предпочитает не делать резких движений. Слишком уж аккуратно всё складывается… как будто кто-то заранее просчитал оба ответа.
— Может, нам стоит вернуться домой? — спросил я. И сам почувствовал, что говорю это не только из логики, но и из тревоги. — Если действительно назревает серьёзный конфликт, отсиживаться в Академии как-то неправильно.
— Нет, — неожиданно резко ответил Александр и хлопнул ладонью по перилам. — Отец отдельно и совершенно чётко написал: мы должны оставаться в Академии и заниматься учёбой, пока не получим прямого приказа вернуться. Наш внезапный отъезд сейчас станет слишком заметным событием. В столице немедленно заговорят, что Пожарские срочно собирают семью перед войной. А неизвестному провокатору только этого и требуется.
Он помолчал и добавил уже тише:
— Может быть, он вообще только и ждёт, когда мы окажемся за пределами стен Академии и вне её защиты.
— Есть в этом правда, — кивнул я.
— Знаешь, — сказал Александр уже намного мягче, тяжело облокотившись на перила, — я и сам несколько раз думал плюнуть на приказ и отправиться в Солнцеград. Но прекрасно понимаю: дома сейчас скорее добавлю отцу проблем, чем смогу реально помочь. И это бесит больше всего.
— Значит, наблюдаем и ждём приказа, — подвёл я итог.
— Именно так, Миша, — мягко сказал Александр и похлопал меня по плечу.
— Держи меня в курсе, — попросил я, пожимая ему руку.
— Кстати, забыл ещё одну интересную деталь, — с усмешкой произнёс Александр, уже собираясь уходить. — Савелий уже слышал о нападениях на территории Куракиных и при недавней встрече язвительно назвал происходящее «пожарской привычкой воевать исподтишка». Похоже, семейный конфликт начинает проникать и внутрь Академии, будь максимально осторожен.
Он задержался на мгновение.
— Давай договоримся сообщать друг другу любые новые известия из дома. И любые слухи: кто что говорит, кто что думает. И ещё — обращай внимание, кто в Академии первым узнаёт такие новости, это может быть важнее самих новостей.
— Хорошая идея, — кивнул я. — Правда, трудно будет отделить ложь от истины.
Александр ушёл на следующее занятие, а я ещё на пару минут задержался на галерее, делая вид, что рассматриваю, как поздняя осень обрывает с деревьев последние листья.
В голове же крутилась совсем другая мысль.
Кто-то одновременно подталкивает два рода друг к другу, и делает это слишком аккуратно, чтобы быть случайностью. Слишком ровно, слишком симметрично — как будто обе стороны уже заранее вписаны в один и тот же сценарий.
И от этого становилось только тревожнее. Похоже, кому-то мешают именно Пожарские. Но, возможно, цель даже не в том, чтобы столкнуть их с Куракиными сразу, достаточно заставить кого-то первым сорваться, а дальше ненависть сделает всё остальное сама.
Рабочий день уже давно закончился, но Фёдор Алексеевич по-прежнему сидел в своём кабинете. На столе перед ним лежали протоколы допросов захваченных возле моста диверсантов.
Каменский вошёл без стука и обычных приветствий — просто открыл дверь, прошёл в кабинет и опустился в кресло перед столом. Несколько суток почти непрерывного расследования заметно отразились на его уставшем лице. Уже по одному виду помощника Пожарский понял: лёгкого ответа получить не удалось.
— Разрешите доложить, ваше сиятельство? — спросил Борис Николаевич.
— Докладывай, — кивнул князь, глядя на усталого помощника.
— Задержанные действительно являются наёмниками, — начал барон. — И самое важное: они не были связаны между собой до самой операции. Одних нанимали в трактирах, другим платили через разных посредников, причём посредники между собой не пересекались. Третьим деньги передавали люди, которых они никогда раньше не видели.
Он коротко перевёл дыхание.
— И что особенно показательно: оплата шла разными способами. Где-то монетами разных чеканов, где-то через закладные, где-то через чужие счета. Но при этом инструкции у всех оказались почти одинаковыми, словно их писали по одному шаблону.
Каменский помолчал, затем продолжил:
— Группу окончательно собрали незадолго до нападения. И передали единый приказ: уничтожить восстановленный мост.
Он чуть сильнее сжал папку с протоколами.
— Но главное даже не это. Им отдельно выдали перечень того, что нужно оставить после отхода: следы, предметы, обрывки формы, даже расположение тел. Всё должно было выглядеть так, чтобы расследование вышло на заранее заданного виновного.
Сказав это, Борис Николаевич раздражённо бросил на стол список.
— Они сами не понимали, зачем нужна такая демонстрация, им просто хорошо заплатили.
— Это как раз самая важная часть их показаний, — одобрительно ответил Фёдор Алексеевич. — Стоящий за этим заказчик заранее заботился не только о разрушении моста, но и о том, кого именно должны обвинить после нападения.
Внезапно в дверь быстро постучали.
— Кому там ещё не спится? — проворчал барон.
— Войдите, — приказал князь.
Дверь открылась, и в кабинет вошёл слуга, держа в руках свиток с официальной депешей. Это сразу можно было понять по большой печати с гербом рода Куракиных.
— Какое-то официальное заявление? — спросил Каменский, провожая депешу взглядом.
Фёдор Алексеевич сломал печать, развернул лист и начал читать молча. Чем дальше он читал, тем сильнее напряжение выдавали пальцы, сжимавшие бумагу. Дочитав до конца, Пожарский положил депешу перед Каменским.
