Между добром и злом. Том 8 (СИ) - Кири Кирико (бесплатные полные книги txt, fb2) 📗
Тот уже поджал губы, понимая, что всё тайное сейчас станет явным.
— Мне действительно пришлось поднять очень старые архивы, просмотреть записи…
— Я тоже руку к этому приложил, — похвастался Агарций. — Честно, мне до боли стало интересно, кто же ты такой, без имени и фамилии, но которому мой отец так доверял.
— Доверял, как родному брату, — кивнул Кондрат. — А потом меня озарило. Если он доверял вам, как родному брату, то возможно вы и есть его родной брат, но только по другой линии. Немного старых записей, включая тех, что оставлял прошлый советник прошлого императора, и вот оно — оказывается, прошлый император очень любил не только свою императрицу, но и тех, до кого мог дотянуться. Неудивительно, что у него появился бастард. То есть вы, Гаций Хельдерфонд, сын виконтессы Хельдерфонд. И в то время, как других буквально топили, как щенков, вас спас статус вашей матери.
Теперь уже Тонгастер косился на директора или, правильнее будет, Гация Хельдерфонда. Бастард, родной сын прошлого короля. Можно говорить всё, что угодно о бастардах, однако, чего не отнять, так это их возможности наследовать, если нет других претендентов. Да, обычного этого стараются не допускать, но что, если просто нет других вариантов? Что единственный прямой потомок — это бастард.
— Прожив здесь почти два года, я давно уяснил, что, как и везде, здесь вполне отходят от строгих правил при необходимости, стараясь придерживаться общих принципов, — произнёс Кондрат. — Вы обвиняли Агарция в смерти императора и прямо сказали, что засадить его сразу мешает лишь статус принца, при котором нужны доказательства. А если у вас получилось засадить принца, то кто останется? Принцесса? По женской линии престол не наследуется. А больше наследников нет, разве что женят принцессу на ком-то и всё.
Кондрат встал со стороны принца и принцессы, и получалось, будто они теперь разбиты на два лагеря. С одной изменщики, с другой те, кто поддерживает законный переход власти.
— Остаётся прямой потомок, мужчина. Сын прошлого императора. Бастард. Замена тому, кто умер. Кто скажет против? — Кондрат пожал плечами. — Многие скажут. Но кто осмелится сказать против, когда у вас на них собраны толстые папки с компроматом, способные упечь любой род в тюрьму до конца их дней? Ведь тогда вы вынесли не весь компромат из архивов, а лишь часть. Как раз на тех, кто смог бы вас поддержать.
— Вы несёте бред… — пробормотал он.
— Бред, но вполне реальный воплотить, мистер Хельдерфонд. С таким компроматом вас, бастарда прошлого императора, поддержали бы все. Все самые крупные игроки империи и даже некоторые судьи. А там жениться на племяннице, и всё, все вопросы к вам будут сразу решены.
— Я бы не стал убивать своего брата, — произнёс Хельдерфонд, даже не пытаясь скрывать своё родство с прошлым императором.
— Я не говорил, что вы его убили, пусть мотив и есть, — заметил Кондрат. — Нет, он вам доверял, как родному брату, а вы охраняли его. Но вот что вы могли сделать после его смерти, так это захватить престол. Формальное право есть, поддержка других есть, а больше и ничего не надо. Кроме компромата на Тонгастеров. Ведь, как вы говорили, это ведущая сила в империи, и без них вас бы не поддержали. Подержат они — поддержат все. А для этого просто жизненно необходим компромат на весь род.
Каждый тянет одеяло на себя. Кто бы не убил императора, каждый хочет занять его место. Одни собираются засадить своих на трон, но для этого они должны избавиться от последней уязвимости. Другой тоже хочет на трон, у него всё это есть, но не хватает лишь поддержки самого сильного. И всем нужная эта проклятая папка, проливающая свет на самые тёмные делишки советника императора и его рода.
— Это ничего не меняет, — произнёс Тонгастер. — Сейчас или потом, но то, что вы про нас узнали, вас уже не спасёт, Брилль. Свои вопросы мы решим с директором позже, но что касается вас…
— Где Зей? — спросил он.
— Теперь вам не обязательно знать о ней.
Вряд ли они стали бы её убивать до того, пока всё утрясётся. Ведь она всегда была запасным вариантом, который мог помочь им выйти сухими даже из самой сложной ситуации. Пока жива она, у него будут связаны руки. Правда сейчас они сами обрубали даже эту возможность, даже сами того не понимая.
— Но вы хотите знать, где компромат, не так ли? — уточнил Кондрат.
— Я или директор его так или иначе найдём, но потом, — пообещал он.
Единственное, в чём можно было им отдать должное, по крайней мере, Тонгастеру, так это в том, что они из последних сил пытались держаться вместе. Несмотря на то, что вскрылось, оба понимали, что сейчас грызться между собой плохая идея.
Тем не менее Кондрат видел настороженность в глазах что Хельдерфонда, что Тонгастера. Оба понимали, что по идее должны выиграть в этой битве, но не могут понять, что не так. Почему что Кондрат, что императорская семья столь спокойны. Они силились понять, но у них не получалось. А потому ничего не оставалось, как просто отдать приказ.
— Взять их всех, — произнёс Хельдерфонд. — Объявить план цитадель. Никого не выпускать. Любой, кто попытается прорваться, сразу убить. Это приказ…
Стража сдвинулась с места. Один выскочил в коридор, что-то горлопаня во всё горло, а семеро начали приближаться к ним, подняв ружья. В ответ Кондрат вытащил пистолет, будто тот мог помочь против семерых.
Пистолет помочь не мог, но мог помочь другой человек.
Принцесса вздохнула и медленно встала.
— Ну что ж… — она медленными движениями распустила волосы, — раз всё так обернулась, в чём я даже не сомневалась…
Стража недоумённо остановилась и переглянулась, после чего взглянула на Хельдерфонда с Тонгастером. Может приказ и был дан, но они всё равно воспринимали её, как принцессу, а ещё её спокойствие заставляло задуматься.
— Что встали⁈ Взять их! — вскочил Хельдерфонд, тыкнув в них пальцем. — А этого убить! Сейчас же!
В то же мгновение в зал ворвалась ещё стража с оружием на изготовку.
Кондрат поднял пистолет, и прогремели выстрелы.
Больше десятка выстрелов прогремело почти одновременно, тем самым объявив начало переворота.
И ни одна пуля до Кондрат или принца не долетела.
Кондрат смотрел «матрицу», и именно на главного героя была сейчас похожа принцесса Льен.
Подняв руку перед собой, она создала нечто похожее на прозрачный, как стекло, но отдающий голубым, щит. Точно так же, как делала Пату, но пули не превращались в лепестки из раскалённого металла. Пролетая через барьер, они, как бенгальские огни, рассыпались на искры.
Все так и замерли с ошарашенным видом, глядя на принцессу, которая, подняв ладонь и чуть склонив голову на бок, разглядывала присутствующих.
— Думаю, теперь моя очередь, верно? — беззлобно спросила она, после чего взмах руки…
Пятерых солдат справа отбросило в стену, но врезались в неё лишь ошмётки да броня с оружием. Их буквально взорвало в воздухе, забрызгав округу кровью и плотью. Выстрел откуда-то со стороны, но пуля точно так же превратилась в бенгальский огонь, но вот трое повторили судьбу своих товарищей.
— Оу-оу, давай ты будешь потише, а то нам потом надо будет объяснять, что стало со стражей, — поморщился принц.
— Я случайно.
— Случайно она, ага, как же…
Их обыденный разговор совсем никак не сходился с той бойней, которую несколькими взмахами устроила принцесса. А потом зал буквально разрезал визг.
— ВЕДЬМА!!! УБИТЬ ВЕДЬМУ!!! — Хельдерфонд тыкал в них пальцем, бросившись к выходу.
Тонгастер не верещал, он просто бросился к выходу.
Стража бросилась на троицу. Кто-то в штыковую атаку, кто-то выхватил пистолет, но история повторилась, пусть и не так кроваво.
Щелчок, и что-то похожее на бабочку пробивает сразу двоих на вылет, оставив в броне и туловище кровавые сквозные дыры. Ещё щелчок, и непонятно откуда взявшиеся серебристые нити обхватили двух солдат, что бежали на них, и дёрнули в разные стороны. Разорвать не разорвали, но хруст костей и сухожилий разошёлся по всему залу. На пол они упали безвольными куклами.
