Бывает и хуже? Том 11 (СИ) - Алмазов Игорь (лучшие книги читать онлайн бесплатно без регистрации TXT, FB2) 📗
В следующую секунду меня чуть ли не сбила с ног Лиля. Уткнулась лбом в грудь и изо всех сил обняла.
— Всё, — сказал я ей в макушку. — Я тут, рядом, всё хорошо.
Она угукнула, но объятия разжимать не спешила.
Сзади громыхнул другой знакомый голос.
— САНЯ, БРАТ, ДА!
Чердак, разумеется.
Он хлопнул меня по спине так, что у меня клацнули зубы.
— Я говорил! Я всем говорил! Сань, ты видел рожу прокурора? Он же весь красный сидел! Не получилось у него тебя засадить!
— Не получилось, — улыбнулся я.
Гриша подошёл следом.
— Я знал, что выберешься, Саш, — сказал он. — Ты из любой задницы вылезешь.
Грубо, но верно.
— Спасибо, Гриш. Но я бы предпочёл это не проверять.
— Поздно.
Кречетов ждал у дверей. Было приятно, что он тоже приехал на заседание, чтобы меня поддержать.
— Хорошая работа, Александр Александрович.
— Это работа адвоката, — усмехнулся я.
— Нет, ошибаетесь, — покачал он головой. — По большей части это именно ваша работа. Поехали в Аткарск, домой.
Для начала мне нужно было забрать свои вещи.
— Агапов Александр Александрович?
— Он самый.
Прапорщик поставил на стойку прозрачный пакет и открыл журнал.
— Проверяйте по описи. Мобильный телефон. Ключи, связка, четыре штуки. Кошелёк. Наличными семь тысяч четыреста рублей. Папка с документами. Жевательная резинка. Бинт. Фонендоскоп. Ремень. Шнурки от ботинок.
Я проверил все свои вещи и поставил подпись в указанных местах.
Ремень продел в петли прямо там, у стойки. Зашнуровал кроссовки.
— Всё на месте?
— Всё.
— Телефон включите, проверьте, работает или нет. Потом претензий не принимаем.
Я включил. Экран моргнул, и посыпались сообщения, штук сорок.
— Работает, — ответил я.
— Ну и хорошо. Всего доброго.
На крыльце я на секунду остановился. Просто постоял и вдохнул полной грудью.
Полтора суток. А по ощущениям, будто целый месяц прошёл.
До Аткарска ехали часа полтора. Кречетов за рулём, мы с Лилей сзади. Остальные набились в машину Чердака. Адвокат пока остался в Саратове, пообещал связаться со мной завтра.
Говорить в машине не хотелось, поэтому все ехали молча. Лиля всю дорогу держала меня за руку. Иногда сжимала пальцы, проверяла, что я никуда не исчез.
В Аткарске Лиля отправилась домой, а мы с Кречетовым приехали в поликлинику, а точнее в его кабинет.
Он привычно сел за свой стол, словно ничего и не произошло.
— Александр Александрович, — начал он. — Я подписал приказ. Вы в отпуске до конца недели.
Ожидаемо.
— Вы сейчас человек под уголовным делом. Мера пресечения залог. Если завтра вы выйдете к пациентам и что-то пойдёт не так, это может помешать вашему делу. Мол, продолжает работать, оказывает давление на свидетелей.
Он прав, как бы сильно это ни раздражало.
— Это не единственная причина? — спросил я.
— Нет, — покачал головой Кречетов. — Есть ещё одна, пресса. Про вас пишут уже второй день. Если корреспондент подловит вас в халате у кабинета, будет фотография с подписью, что врач, обвиняемый в клевете, ведёт приём. Мне такая фотография не нужна и вам тоже.
Он мыслил на два шага вперёд.
— И третья, личная причина, — продолжил он. — Вы всё-таки провели почти двое суток в изоляторе. Сейчас вы себя не видите со стороны, а я вижу. Врач в таком состоянии ошибается, вы это знаете лучше меня.
Возразить было нечем. Он не защищал себя и не пытался перестраховаться. В первую очередь он защищал меня, как хороший руководитель.
— На сколько вы подписали отпуск? — спросил я.
— Пока что до понедельника, — ответил Павел Викторович. — Будем надеяться, что станет что-то ясно.
— Я завтра встречаюсь с адвокатом, — сказал я. — Узнаю наш дальнейший план действий.
— Хорошо, — кивнул Павел Викторович. — А пока что отдохните.
Я вышел из его кабинета и решил зайти в поликлинику. Посмотреть, как обстоят дела там.
Меня заметили сразу.
Из регистратуры высунулись сразу три головы. Кто-то побежал по коридору с криком «Агапов приехал!» Выбежали несколько медсестёр.
Со мной здоровались за руку. Хлопали по плечу. Говорили примерно одно и то же: что они всё знают, что это подстава. И что завод надо закрыть и снести.
Санитарка Надежда обняла, всхлипнула, рассердилась на себя и ушла за шваброй.
Когда толпа чуть схлынула, меня поймал Жидков. Рассерженный и радостный одновременно.
— Александр Александрович! Вы вернулись! — воскликнул он. — Ну как вы?
— Всё хорошо, — улыбнулся я. — Спасибо.
— Если надо, я этот завод пойду и по кирпичику разнесу! — горячился инфекционист. — Расщеплю на атомы, как вы, молодёжь, говорите.
Да никто так не говорит. Впрочем… как всегда.
— Не надо, — покачал я головой. — Это моё дело, и я сам справлюсь.
— Ваше, как же, — хмыкнул Жидков. — Тут пациенты были готовы чуть ли не с вилами туда идти. Когда вас задержали. Вы ведь единственный, кто поднял шум из-за его деятельности. На мэра столько жалоб отправили, тот боялся на улицу выйти. Мол, глава города, а ничего не сделал.
Тут я даже защищать его не собирался, так ведь и есть. Он испугался и не защитил город.
— И вот ещё что, — Владимир Фёдорович вдруг понизил голос. — Если понадобятся показания, я готов. Хоть в суд приду!
— Спасибо, — сказал я.
— Что теперь? — спросил Владимир Фёдорович.
— Пока что я в отпуске, буду пытаться разобраться, — честно ответил я. — Владимир Фёдорович, вы извините, у меня дел много, я пойду.
— Конечно, — закивал он. — Если что, знайте, я рядом!
Я кивнул и зашёл к себе в кабинет. Там была Лена, которая тут же тоже кинулась с объятиями.
— Саш, ну как ты? — спросила она. — Всё в порядке?
— На досуге в изоляторе посидел, а так всё хорошо, — хмыкнул я. — Так, я временно в отпуске, запоминай распоряжения по работе…
Полчаса потратил на то, чтобы дать указания по рабочим моментам. Кого из пациентов куда, к кому надо съездить, кого проконтролировать и всё прочее.
Лена записывала, но постоянно поднимала на меня глаза.
— Что? — не выдержал я.
— Да ничего, — она мотнула головой. — Просто во вторник тут такая тишина была. Все ходят, работают, а тишина. Как будто выключили что-то.
Я только усмехнулся.
После поликлиники хотел зайти в лавку, но решил это всё-таки отложить уже на завтра. Не терпелось оказаться дома, с нормальной ванной и кроватью.
Дома я принял душ, переоделся, а затем Лиля накормила ужином. Столько наготовила, словно я неделю не ел.
Потом мы сели в комнате. Я кратко рассказал ей суть всех проблем и что будет дальше. Я от неё это в принципе не скрывал, поэтому отнеслась она спокойно.
— Залог большой был, — покачал я головой. — Когда все обвинения снимут, залог вернут, но всё же.
— Даже не думай об этом, — махнула Лиля рукой.
— Я вообще-то на наш дом копил, — сгрёб я её в охапку. — А не на свой выход из тюрьмы.
— Ну, тебя признают невиновным, всё вернут, и будем дальше копить, — весело ответила Лиля.
— Долго ты в банке была?
— Двадцать минут, — она пожала плечами. — Пришла к открытию, всё сняла. Ерунда, Саш.
Всё будет не так просто, но этого я говорить не стал. Улыбнулся и перевёл тему.
Ночь прошла отлично. После изолятора начинаешь ещё больше ценить собственную кровать.
Утром следующего дня позвонил Михаил Борисович. Мы с ним встретились в аткарской кофейне, которая недавно открылась в парке.
— Александр Александрович, — начал он. — Вас освободили, это хорошо. Но не надо питать лишних иллюзий на этот счёт.
Он привычно разложил на столике бумаги.
— Уголовное дело не закрыто. И тянуться оно будет долго. Завод будет затягивать, подавать апелляции, искать новых свидетелей. Готовьтесь, что это затянется на долгие месяцы, особенно учитывая количество коррумпированных людей на каждой ступени.
Ну разумеется.
— Я понял.
