Все приключения Ивидель Астер. Тетралогия (СИ) - Сокол Анна Сергеевна (читать книги онлайн полностью без сокращений TXT, FB2) 📗
— А нечего было отращивать такие патлы! — Шпаги скрестились, выбив целый сноп искр. — За все нужно платить! В том числе и за подобную красоту! — Острие, играючи, срезало каштановую прядь.
В воздухе один за другим просвистели два метательных ножа. От первого рыжий уклонился, а второй отбил книгой в кожаном переплете.
— Ты уложил меня в конский навоз! — заорал южанин.
— Да ты сам плюхнулся, почувствовав родной запах! — Барон отвел кинжалом укол Этьена и тут же на длинном выпаде нанес свой. Противник уклонился.
Жоэл бросился к Эмери, и третье лезвие отправилось в полет, сбивая рыжему атаку и не подпуская ближе. На этот раз метательный нож чиркнул парня по плечу. На снег упали первые капли крови и книга в коричневом переплете. В отличие от барона, Жоэл не носил кольчугу.
Этьен зарычал и с удвоенной яростью бросился в атаку, лезвие устремилось прямо в грудь Крису. Я зажмурилась. Приглушенно звякнули звенья кольчуги.
Я открыла глаза. Барон и его противник стояли вплотную друг к другу, намертво сцепившись клинками, и скалились. Оуэн отвел лезвие Этьена, удерживая его в стороне упором кинжала. Оружие Криса неведомым образом оказалось зажато между парнями. Секунда, другая, и они яростно разошлись в стороны, снова изготавливаясь к бою и скрещивая шпаги.
Тишину нарушали лишь сиплое дыхание, звон металла, хруст шагов.
Жоэл, не обращая внимания на рану, смог подойти на дистанцию ближнего боя, и «варвар», оставив ножи, выхватил из ножен саблю. Большую саблю. Такая в один мах могла перерубить тонкое лезвие шпаги, казавшееся спицей по сравнению с хищной изогнутой полосой металла. Рыжий, словно зверь, закружил вокруг парня в меховом плаще, не давая тому пойти в лобовую атаку.
А я все еще сидела на снегу, не в силах сдвинуться с места. И поверить в то, что вижу. На второй неделе обучения в Магиусе Оли и Вьер тоже сцепились, швыряясь изменениями. Но в них не было и десятой доли ярости рыцарей, одно бахвальство, а здесь…
Я выбралась из сугроба и торопливо отбежала в сторону, едва не поскользнувшись на предательском льду и задев ногой отброшенную Жоэлом книгу.
Что-то жалобно задребезжало. Я перевела взгляд на Криса и ахнула. Шпага барона была сломана почти у самого основания, лезвие валялось у ног Этьена, тогда как рукоять все еще оставалась в ладони синеглазого.
Кажется, я закричала что-то бессвязное. Плохи дела у моих парней. Богини, когда же они успели стать «моими»?
Оружие победно ухмыльнувшегося Этьена метнулось к незащищенному горлу Криса.
Я потянулась силой ко всему, что меня окружало. К снегу, к земле, стене замка, старой бумаге, шерсти плащей, стали в их руках…
Длинноволосый охнул, Крис совсем не по-рыцарски ударил его сапогом в живот. Сталь прошла в пальце от шеи синеглазого. Барон тут же отбросил ставший бесполезным эфес сломанной шпаги и перекинул кинжал в правую руку.
Оружие Этьена огрызнулось на касание магии голубоватыми искрами. Такие, передающиеся по наследству, фамильные железки всегда защищают от изменений, чтобы оружие не обернулось против хозяина. Заметив это, аристократ насмешливо скривил губы.
— Что, Оуэн, слабо драться с честью? Один на один, без девчонки? Только перед магистрами такой смелый…
Меня обжег яростный взгляд синих глаз. И нити начавшего формироваться изменения исчезли.
Я вспомнила день, когда во мне проснулась сила. Час, когда брат выступал на турнире в честь Рождения Осени. Маменька пила капли, а отец в кои-то веки смахнул с фамильного клинка пыль.
Илберт тогда проиграл. А мы все на это смотрели, сидя на местах для почетных гостей. Противник брата, дородный сын сквайра из Винии, уже поднимал клинок, то ли для того, чтобы отсалютовать дамам, то ли для того, чтобы нанести последний удар… Маменька упала в обморок на руки отца. А я сжала кулаки, собирая в них нити силы. Инстинктивно, еще не понимая, что происходит. И закричала:
— Не-е-ет!
Доспехи сквайра на миг, на долю секунды раскалились, напитавшись, как мне казалось, страхом и яростью. На самом деле — огнем из ближайшей жаровни, который я неосознанно перенесла на железо. Изменение было мгновенным и тотчас откатилось назад, но этого хватило, чтобы победитель, заорав дурным голосом, упал на истоптанный песок ристалища и, хрипя, принялся кататься по земле.
Сын сквайра выжил, но обзавелся жуткими ожогами. Меня, слава Девам, не тронули. Чего это стоило отцу, я так и не узнала, слишком была расстроена тем, что брат не хочет меня видеть.
Меня, младшую сестру! Ту, которая поставила под сомнение его честь. Ту, что дала повод сказать о нем как о спрятавшемся за юбку мужчине. Ведь сплетникам порой все равно, сколько лет той, кто ее носит.
Никогда — ни до, ни после Илберт Астер не злился на меня так сильно, как в те дни. Никогда не отворачивался, словно перед ним незнакомка, недостойная его внимания.
А матушка тайком подарила изумрудное ожерелье с сережками.
Что важнее — жизнь или честь? Брат думал, что честь. Но, глядя на сцепившихся парней, я уже была совсем не так уверена в этом, как прежде.
Никто не научил меня, как поступать в подобных ситуациях. Почему вместо этого, мы составляем ранги чувствительности компонентов?
Барон дернул за завязки плаща, скупым рывком перехватывая ткань, и швырнул его в лицо Этьена, дезориентируя и заставляя того, нелепо взмахнуть шпагой. Крис тут же полоснул противника по руке ножом. И дорогая железка южанина, падая, загремела по припорошенным снегом камням двора.
Не дав ему опомниться, Крис ударил снова. Кулаком в челюсть. Бой уже не казался мне таким уж рыцарским, все больше напоминая кабацкую драку.
Закричал Жоэл, и я развернулась, готовая увидеть истекающего кровью парня. Но это был не крик отчаяния, это был крик победы. Сабля варвара валялась в окроплённом кровью снегу. Эмери держался за запястье, зажимая рану, а кончик шпаги Жоэла, подрагивал в двух пальцах от его лица.
— Крис! — позвал рыжий.
Этьен упал, сплевывая на снег кровь. Оуэн пнул его сапогом в бок. Южанин застонал и, получив еще раз, распластался на земле. Синеглазый перехватил нож, придавил коленом спину южанина, склонился…
— Крис, нет! — закричал рыжий.
Но тот не послушал, сгреб в кулак ухоженные каштановые волосы и провел по ним клинком, срезая пряди почти под корень.
— Стоять! — раздалась отрывистая команда.
Нож Криса на секунду замер, а потом отчаянным рывком завершил дело. Вот теперь я поверила, что он варвар, хоть и не носит шкуры. Дикарь, отрезающий поверженным врагам волосы. Иногда вместе с кожей. Иногда вместе с головой.
— Разойтись! Оружие на землю!
Звякнула шпага Жоэла, а за ней на камни полетел кинжал барона. Через плац к нам спешили трое. Знакомый магистр с бляхой рыцаря — тот самый Тиболт серый, в чье распоряжение я якобы поступила. Молодой мужчина в бобровой куртке с черными, перехваченными лентой у лба, волосами и смотритель подвалов Райнер.
— Построиться! — приказал серый магистр.
Жоэл и похожий на медведя «варвар» быстро выполнили приказ, Крис отпустил свою жертву, подхватил со снега плащ и встал рядом. Этьен поднимался куда медленнее, руки рыцаря дрожали.
— Что тут происходит? — спросил у выстроившихся в линию парней незнакомый мужчина с лентой на лбу.
Крис посмотрел на небо. Покачивающийся Этьен сплюнул кровью. Все четверо многозначительно молчали. В пояснениях сцена не нуждалась, и вряд ли старшие рыцари на самом деле ждали ответа.
— Ну...
— Ничего, милорд, — сказал разбитыми губами Этьен.
— Я вижу ваше «ничего», — Тиболт выразительно посмотрел на обрезанные пряди южанина.
— Я сам попросил барона Оуэна об услугах цирюльника.
— Неужели? — прищурился смотритель подвалов.
— И я милостиво согласился, — добавил Крис. — На западе такие прически распространены куда больше, чем здесь.
— Так! — грозно пророкотал Тиболт. — Жоэл, Эмери, жду ваших объяснений!
— Проведен тренировочный бой, сабля против шпаги в условиях, приближенных к боевым, милорд, — отрапортовал рыжий. Варвар согласно кивнул.
