Инженер. Система против монстров 9 (СИ) - Гремлинов Гриша (книги бесплатно полные версии .TXT, .FB2) 📗
— Я уже ответил, — сказал он. — Я человек. И я не собираюсь никому вредить. Зачем? Мы же все люди и должны держаться вместе, чтобы выжить в это трудное время.
— Он издевается, — прошипела Искра, кончик её жезла вспыхнул ярче. — Лёша, он просто глумится! Давай я ему яйца поджарю, посмотрим, какой он бухгалтер!
— Подожди, Аня, — я поднял руку. — Тарас, он не чувствует боли. Вообще. Это либо полный блок нейрорецепторов, либо… их отсутствие.
— Сучонок, — прошипел Тарас сквозь зубы. — Он должен сейчас на полу корчиться от боли, а он мне про свои кораблики рассказывает! Ладно. Поговорим иначе.
Тень качнулся вперёд.
— Может, хватит разговоров? — спросил он. — Мои клинки тоже умеют задавать вопросы. Очень убедительно.
— Рано, — отрезал Ершов, вытирая со лба испарину. — Иголки под ногти загнать всегда успеем. У меня остался последний козырь.
Полицейский выглядел уставшим. Мана уходила вёдрами, а результата ноль. Он поглотил ещё один кристалл, крупнее предыдущих. Выпрямился, глубоко вдохнул и выдохнул. Казалось, он собирается с силами для последнего, решающего рывка. Его глаза потемнели, превратившись в два чёрных колодца. Во все стороны ударила волна чистого, концентрированного страдания.
Тарас Ершов активировал навык «Зеркало Совести».
Ментальная петля. Принудительное погружение в чувство вины и раскаяния. Критический урон психике. Человек под воздействием «Зеркала» должен начать видеть все свои грехи, все подлости, всю грязь своей души в гипертрофированном виде.
Воздух в комнате стал вязким, как кисель. Это самая мощная атака Ершова, способная довести до самоубийства даже закоренелого рецидивиста за пару минут. Я ощутил отголоски этого ужаса. Мир на секунду потерял краски, став серо-чёрным. Искра охнула и пошатнулась. Тень стал мрачнее обычного, лицо закаменело.
Вся эта мощь обрушилась на одного-единственного человека, сидящего на стуле. На этот раз полицейский ничего не спрашивал.
Он просто ударит по «бухгалтеру».
Мы ждали крика. Слёз. Мольбы о пощаде. Истерики.
Взгляд Игната изменился. Если раньше он был просто вежливым, то теперь стал… никаким. Абсолютная, космическая пустота. Как если заглянуть в открытую шахту лифта в заброшенном доме — темнота и сквозняк.
— Пусто, — выдохнул Ершов, отшатываясь и хватаясь за стену, чтобы не упасть. Из его носа потекла тонкая струйка крови. — Лёха… там пусто. У него нет совести. Нет вины. Нет страха. Там вообще ничего нет. Это не человек. Это, мать вашу, чёрная дыра в штанах!
Игнат посмотрел на тяжело дышащего мага, потом перевёл взгляд на меня.
— Так понимаю, собеседование я не прошёл? — спросил он с лёгкой грустью. — Вы не примете меня в свою общину, Алексей?
— Ты, мразь, издеваешься⁈ — взорвался Ершов. — Да я тебя, сука, на атомы разберу, чтобы посмотреть, из чего ты, паскуда, сделан! Я тебе в задницу паяльник засуну и буду медленно поворачивать, пока ты мне, гнида, не расскажешь, кто тебя сюда прислал!
— Мы не можем тебе доверять, — спокойно прервал я тираду. — Ты слишком мутный, парень. Вызываешь очень серьёзные подозрения.
— Ага, — едко вставила Искра, приходя в себя. — Рожей не вышел. Слишком уж похож на чудище в костюме клерка. Или на терминатора, которому забыли загрузить модуль «Эмоции» и оставили только «Вежливая улыбка».
Игнат вздохнул. Так горестно, так искренне, будто его только что уволили с любимой работы.
— Жаль, — сказал он тихо. — Мне действительно жаль.
— Чего тебе жаль? — напрягся Тень и положил руку на ПП.
Игнат поднял голову. Впервые в его глазах появилось выражение. Это действительно была жалость. Жалость вивисектора к лабораторной мыши, которую сейчас придётся усыпить.
— Жаль, что всё закончится так быстро, — произнёс он.
И начался кошмар.
Первым пришёл запах. Густой, тошнотворный смрад разложения, ударивший в нос так, что у меня заслезились глаза. Запах тухлого мяса, оставленного на солнце на неделю. Кожа на лице Игната пошла бурыми пятнами, потом потемнела и начала сползать, обнажая что-то влажное и серое под ней. Его тело начало оплывать, как перегретая восковая фигура.
— Мать твою! — офигела Искра, отступая на шаг.
Тень среагировал первым. Короткая, сухая очередь из его «Вереска» прошила разлагающуюся фигуру. Пули калибра 9 мм должны были превратить торс в решето, но они просто утонули в гниющей плоти, не произведя никакого эффекта. Игнат дёрнулся, и его правая рука с хрустом отвалилась по локоть, упав на пол вместе с наручником.
Потом мясо этой хрени начало шипеть. Звук был такой, будто кто-то с размаху бросил кусок сырого мяса в раскалённое масло.
Ш-ш-ш-ш-ш!
Искра не стала ждать команды.
— Получи, тварь!
Её жезл вспыхнул ослепительно-оранжевым.
Искра активировала навык: «Огненный шар»!
Сгусток пламени размером с футбольный мяч сорвался с кончика палочки и врезался в центр разлагающейся массы. БАБАХ! Вспышка осветила подвал. Одежда Игната мгновенно вспыхнула, нас обдало волной жара. Но пламя тут же захлебнулось, будто его залили водой.
Куски плоти, кости и внутренности превращались в густую, чёрную, пузырящуюся жижу, похожую на гудрон. Она стекала со стула на бетонный пол, формируя расползающуюся лужу. То, что было Игнатом, перестало быть даже трупом. Оно стало… субстанцией.
От этой дряни валили клубы вонючего пара. Чернота двигалась. Она жила. Отдельные капли собирались вместе и текли, а основная масса начала формировать щупальца, которые шарили по бетону, ища нас.
Мой палец вдавил кнопку активации крио-модуля. Запустилась термоэлектрическая реакция, формируя на острие нестабильное поле сверхнизких температур. Я шагнул вперёд, вонзая копьё прямо в центр чёрной лужи.
С гулким хлопком сфера холода лопнула. Температура в радиусе пары метров рухнула до минус ста девяноста градусов. Бетон покрылся инеем. Чёрная жижа зашипела и мгновенно затвердела, превращаясь в хрупкое подобие обсидиана. Через мгновение движение прекратилось. На полу лежала замёрзшая, бугристая клякса.
— Готово… — выдохнул я.
Температура в подвале резко упала. Изо рта со звуком вырвался клуб пара.
— Вот же адский выродок! — прорычал Ершов и выдал долгую матерную тираду.
— Что ж, теперь у нас есть инсталляция «Смерть бухгалтера», — с кривой усмешкой сказала Искра, опуская жезл. — Можно в Третьяковку отправлять.
— Реалии нового мира, — плюнул Ершов. — Раньше подозреваемые адвоката требовали. А теперь, блин, просто растворяются, чтобы не отвечать на неудобные вопросы. Никакого уважения к следственным процедурам. Мне рапорт писать или как?
Он шутил, но в голосе слышалась неподдельная усталость и отвращение.
Искра подошла ближе, брезгливо морщась и прикрывая нос ладонью.
— И вонища! Как будто кто-то сдох в бочке с химикатами. Ну, главное, мы его грохнули. Да?
— Надеюсь, — мрачно ответил я. — Но мне это не нравится… Слишком просто…
Договорить я не успел. Тень согнулся пополам в приступе жесточайшего кашля.
Я повернулся к нему.
— Илья?
И тут меня тоже накрыло.
Резкий, неестественный жар, вспыхнувший где-то глубоко внутри. Он не согревал, а обжигал, будто в вены влили расплавленный свинец. Я опустил взгляд на свои руки. На коже, прямо на глазах, начала появляться красноватая сыпь. Вспыхнул дикий зуд. Глаза заслезились, в горле запершило.
— Кха-а… — Ершов захрипел, хватаясь за воротник рубашки. Его лицо, минуту назад бледное, теперь стало пунцово-красным. Кожа пошла такой же сыпью.
Искра вскрикнула, роняя жезл. Она схватилась за шею и рухнула на колени, её глаза расширились от ужаса.
— Лёша… мне… хреново…
Я посмотрел на неё. На коже тоже проступала красная сыпь. Ершов вдруг осел по стене. Тень пошатнулся, его рука в перчатке вцепилась в стеллаж, чтобы не упасть. Дыхание стало хриплым и прерывистым.
Всё развивалось слишком стремительно. У меня в глазах потемнело. Горло перехватило спазмом, словно кто-то невидимый набросил удавку.
