Волк и корона крови (ЛП) - Мэй Элизабет (читать книги полные .txt, .fb2) 📗
— Достаточно, чтобы знать: каждая кость в руке хрустит по-своему, когда ломается.
— Этого недостаточно, — просто говорит она.
Не думаю, что ее слова призваны ранить, — это всего лишь правда. Небо голубое, вода мокрая, а я сама вызвалась на верную смерть.
Она вздыхает.
— Слушай, я знаю, ради чего ты это делаешь. И понимаю, правда. Но ты — человек. Мягкая. Хрупкая. Это, — она стучит костяшками по кожаному нагруднику, — укрепит твой скелет, но не сравняет тебя с демисом. Могу лишь до определенной степени уберечь от того, чтобы тебя не размазали, — ее ладони оглаживают доспех, делая мелкие поправки. — Используй свой размер как преимущество. Ты маленькая. Уклоняйся быстро, и они начнут выбивать друг друга. Огонь по своим убил больше бойцов, чем ты думаешь, если цель достаточно проворна. Они не будут играть честно, и ты не должна.
— Говоришь по опыту?
— Я старше Алексиоса, — говорит Зефир, пожимая плечами. — Повидала всякое дерьмо.
Дыхание перехватывает, когда она затягивает последний ремень.
— Почему ты вообще мне помогаешь?
Она дарит мне легкую улыбку.
— Потому что я знаю Волка с тех пор, как он был младенцем-демисом и играл на коленях у матери. Он идиот, заноза в моем заду и обладает деликатностью лавины. Но это? Он такого не делает. Никого не подпускает достаточно близко, чтобы это имело значение. Но он Избрал тебя. Поставил Метку, — выражение лица обостряется. — Так что не проеби это.
Рев толпы обрушивается на меня, когда выхожу на арену.
Древние руны вспыхивают в песке и светятся синим под сапогами. Магия жжет легкие с каждым вдохом — электрический гул, что скользит по моей коже. Факелы мерцают вдоль стен бойцовой ямы, освещая препятствия в грязи — колонны, валуны, обожженные скалы. Места, где мне нужно будет укрыться и передохнуть, если хочу пережить это.
Крики привлекают мое внимание к сотням демисов, заполняющих ярусные балконы и парящие платформы. Крылья всех цветов сливаются воедино — зеленые, синие, красные, золотые, черные. Одни толкают друг друга, чтобы лучше видеть, другие скандируют достаточно громко, чтобы у меня звенело в ушах.
— РАЗНЕСИТЕ ЕЕ! РАЗНЕСИТЕ!
— Прелестно, — бормочу я.
Прекрасно. Пусть орут, пока глотки не лопнут, — мне плевать.
Внимание перемещается на возвышенную платформу, где на черном троне вольно раскинулся Алексиос, расправив красно-черные крылья. Он подпер подбородок рукой и пристально наблюдает за мной. Он хочет, чтобы я победила или проиграла?
— РАЗНЕСИТЕ ЕЕ!
Алексиос медленно ухмыляется, моя губа кривится в рыке. Точно. Этому больному ублюдку, наверное, всё равно. Для него это лишь развлечение. Поверить не могу, что позволила ему смотреть, как я отсасываю Эвандеру. Ублюдок.
Крики настолько громкие, что я почти пропускаю мужской голос, выкрикивающий мое имя.
Эвандер.
Он стоит у края арены, рвется из цепей, которыми прикован к толстой каменной стене ямы. И он в бешенстве. Его губы движутся, произнося, — почти уверена — все ругательства как минимум на дюжине мертвых языков. Теперь он знает о моей сделке с Алексиосом. О цене, которую я, вероятно, заплачу.
— Когда это закончится, — беззвучно произносит он, — я сам тебя убью.
Мои губы изгибаются в улыбке. Когда это закончится.
Я не могу вечно прятаться за твоими крыльями.
Металлический скрежет проносится по арене. Решетка ворот поднимается на дальнем конце ямы, и в мерцающий свет факелов выходят девять демисов. Кожа обнажена, никакой брони. Для них я — вовсе не угроза. Всего лишь еще одна хрупкая смертная, которую нужно забить до смерти.
Хорошо, — шепчет голос Амары в моих воспоминаниях. — Позволь им недооценить тебя. Используй самонадеянность против них.
Демисы рассредоточиваются в свободный полукруг. Смесь мужчин и женщин, все они буквально потрескивают магией, искажающей воздух вокруг них. Женщина, у которой меж пальцев прыгает электричество. Мужчина с огнем в руках.
— Десять золотых, что девка обмочится еще до того, как я к ней притронусь.
— Двадцать — что она будет молить о пощаде уже через минуту.
Принимаю боевую стойку — уроки Амары, вбитые в меня после всех этих жестких спарингов. Мышцы напряжены и готовы двигаться. Готовы убивать.
Слова Амары бьют молотом: Стань грязной. Стань злой. Убей их, пока они не убили тебя.
Алексиос поднимает руку. Толпа замолкает, внезапное отсутствие звука почти так же оглушительно, как рев до этого.
Демисы атакуют.
Молниеносная полубогиня наносит удар первой, электричество срывается с ее растопыренных пальцев. Бросаюсь на землю и перекатываюсь. Треск! Воздух за моей спиной взрывается, острая вонь озона жжет нос.
— СЛОМАЙ ЭТУ СУКУ! — скандирует толпа.
Нет времени думать. Чувствую приближение второй атаки — сокрушительное давление собирающейся силы, от которого закладывает уши. Инстинкт заставляет меня метнуться за спину крупного краснокрылого воина.
Взрыв попадает в него. Ударная волна отдается в моих костях, когда его тело улетает прочь. Он врезается в песок в двадцати ярдах отсюда, со смятыми крыльями и свернутой шеей.
Минус один. Осталось восемь.
— Спасибо за услугу! — кричу я.
— Просто повезло, девчонка, — рычит полубогиня.
Другая полубогиня швыряет зазубренные копья льда длиннее моего предплечья. Бросаюсь в сторону, но недостаточно быстро. Боль пронзает плечо, однако доспех Зефир поглощает удар.
Стряхиваю боль и продолжаю двигаться.
Продолжай. Блядь. Двигаться.
Заставляю ноги работать быстрее, пригибаясь и уклоняясь от атак. Молния бьет в дюймах от лица. Подпрыгиваю, когда земля подо мной взрывается — слишком близко. Песок усеян дымящимися воронками, целые куски оплавились в стекло под натиском молниеносного демиса. Еще двое падают под перекрестным огнем.
— ПУСТИ ЕЙ КРОВЬ!
Мои легкие горят. Зрение расплывается, ножи стали скользкими от пота или крови в ладонях, но остановиться — значит умереть. У меня нет сил встретиться с этими демисами лицом к лицу, так что мой единственный шанс — быть быстрее. Умнее.
Заставить ублюдков убивать друг друга.
Обжигающий холод врезается в бедро, и вся левая сторона немеет. Спотыкаюсь, едва успевая перекатиться за частично оплавленную колонну.
— Уже прячешься? — кричит кто-то. — Вылезай, сука!
Пользуюсь секундной передышкой в укрытии, чтобы глотнуть воздуха. Ноги трясутся, когда заставляю себя подняться.
Создавай прорехи. Заставляй их реагировать на тебя. Уроки Амары грохочут в голове.
Выглядываю из-за колонны. Четверо еще держатся на ногах, остальных разнесло на куски атаками их же собственных союзников.
Один мужчина стреляет пламенем, пока ладони другой женщины светятся темной энергией, заставляющей тени взрываться из песка чернильными лозами. Ледяная демис держится поодаль, выжидая возможность для чистого выстрела. А последний ублюдок? Он втягивает в себя силу — чувствую ее укус на своей коже. Массивный заряд меж его поднятых ладоней сияет синим, пока формируется сгусток чистой магии.
У меня, может, секунды две-три, прежде чем он ее выпустит.
Двигаюсь раньше, чем понимаю, что, черт возьми, делаю, — просто несусь прямо на него, песок летит во все стороны. Его челюсть отвисает, потому что какой идиот бежит навстречу собственной смерти?
— Какого…
Прямо перед тем, как он выпускает свою силу, ныряю на землю и проскальзываю меж его ног. Силовая волна проносится над моей головой…
И врезается прямо в ледяную суку позади меня.
Ее визг обрывается, когда контузящий взрыв буквально выворачивает демиса наизнанку.
Шатаясь, вскакиваю на ноги и вонзаю клинок в спину повелителя силы, с усилием проворачивая его. Раз, другой — безжалостно пользуюсь его растерянностью. Он пытается сбросить меня, но второй клинок уже наготове. Вгоняю его ему под подбородок и позволяю трупу упасть.
