Возмездие - Милас Мари (чтение книг TXT, FB2) 📗
Я бросила взгляд на спину мужчины и его жены и теперь разглядела девочку младше меня на пару лет и мальчика примерно моего возраста, а может… старше. Его взгляд – темный, слишком взрослый для его лет. Он смотрел так, будто знал обо мне даже больше, чем я сама.
Я сморщилась и чуть не фыркнула, потому что он не имел никакого права смотреть на меня так, будто я украла его лопатку из песочницы.
Мы прошли в зал для переговоров, где располагался огромный стол из красного дерева, а с потолка спускались хрустальные люстры. Окна были украшены массивными шторами, скрывающими нас от посторонних взглядов. В воздухе висела странная вязкая тишина. Гулкая, словно перед грозой.
Меня усадили рядом с мальчиком. Он не сводил с меня взгляд, наполненный презрением по поводу ущемления его песочницы, и я, надувшись, демонстративно отвернулась. Но краем глаза заметила, как дернулся уголок его губ. Эта почти улыбка была чуть дерзкая и насмешливая, как у тех мальчишек, что воруют яблоки на рынке.
– Дорогие дети, познакомьтесь, – сказал джентльмен с фамилией, которую я навряд ли смогла бы произнести без заикания. – Бьянка Торн, это Энцо Делла Морте. Наши семьи скоро будут очень близки.
Я моргнула. Слова звучали странно, как будто кто-то резко ударил по колоколу. Энцо тоже напрягся рядом со мной. Кажется, нам все-таки придется делить песочницу. На языке крутилась тысяча вопросов, и губы приоткрылись…
Отец резко кашлянул, заставив меня взглянуть на него. Его глаза сверкнули предупреждением: «молчи».
Разговор взрослых растекался, как густая смола: договор, союз, будущее. Я мало что понимала, но ощущала – это важно. Даже я, ребенок, слышала, как в их словах проскальзывают тени угроз.
А потом все случилось так быстро, что я не успела даже моргнуть, а мое сердце подскочило к горлу.
Сначала звук – тихий щелчок. Затем еще один. И снова. И снова. Четыре… выстрела?
Я задохнулась от воздуха, застрявшего по пути в легкие.
В дверь вошли люди в черных куртках и с оружием. Их лица скрывали маски, а за широкими спинами валялись… охранники семьи, с которой мы должны были сблизиться.
Кровь покрывала белую плитку и текла рекой к стенам, образуя лужи на стыках. Я задышала чаще, но не могла оторвать глаз: алый цвет так контрастировал с чистотой.
– Что это значит? – голос мистера Делла Морте взвился, как натянутая струна.
Я дернула головой и перевела взгляд на него и отца, на которого уже был направлен пистолет.
Отец медленно поднялся из-за стола. Его улыбка больше не фальшивила – она стала жестокой, как лезвие ножа. Почему он не боялся, что его убьют? Но что важнее – почему я не боялась, что могу остаться без отца?
– Это значит, что вы просчитались, Делла Морте, – сказал он холодно. – Власть Чикаго принадлежит мне. Весь Чикаго принадлежит мне. И никакого брака не будет.
Я замерла. Слова отца гремели в моей голове, как удары колокола. «Никакого брака»… но ведь…
– Уведи детей, – скомандовал мистер Делла Морте жене, но не успел даже взглянуть на нее. Выстрел заглушил его голос.
Женщина вскрикнула, а потом ее глаза навеки застыли, когда пуля пробила грудь. Стекло люстры дрогнуло от грома. Миссис Делла Морте упала со стула на плитку, которая с каждой минутой становилась все менее белой.
Я вцепилась в край стула, громкие удары сердца отдавались эхом. Энцо вскочил, схватил сестру и меня за руку. Его пальцы были горячими, почти обжигающими.
– Беги, – прошипел он.
Я не успела понять, куда. Мир раскололся на крики, хлопки выстрелов и кровь на белом мраморе.
Последнее, что я запомнила – глаза Энцо. Темные, полные ярости. Обещание, данное без слов. Но какое… я так и не смогла понять.
Мое плечо пронзила ослепительная боль, а потом чьи-то руки подхватили меня и оттащили прочь. Я не знала, что стало с первым в моей жизни мальчиком, нет, мужчиной, который пытался меня защитить. Никто не знал.
До тех пор, пока все не стали говорить: «Эрик Торн и его дочь Бьянка пострадали при нападении на семью Делла Морте».
Имя Делла Морте шептали, как проклятие.
«Все они мертвы», – говорили политики и миллиардеры Чикаго.
«Наследников не осталось», – вторил им отец.
Глава 1
Бьянка
До помолвки оставался один день. Одна ночь. Ночь, которую я провела бы в кровати, наслаждаясь последними часами одиночества. Однако мне хотелось в последний раз вздохнуть полной грудью. Я тихо рассмеялась сама над собой, засовывая в сумку блестящее платье и босоножки на шпильке. Можно подумать, что когда-то мне удавалось дышать, а не задыхаться.
Я окинула взглядом спальню, убедившись, что в ней идеальный порядок, и выскользнула за дверь, прежде чем глаза задержались на белоснежном шелковом платье на дверце дубового шкафа. Оно могло с таким же успехом быть красной тряпкой, взывающей к ярости.
Лишь тусклый свет фонарей в саду проникал сквозь окна и ронял на паркет длинные бледные полосы. Я ступала тихо, будто боялась разбудить саму ночь. Отца не было дома, но казалось, что он способен услышать мой побег даже из другой страны, откуда должен вернуться к утру.
На лестнице я села на самый край – чтобы никто не услышал тяжести шага, – затянула пояс пальто покрепче. Я медленно скользнула со ступени на ступень, как с горы. Мягкое пальто под ягодицами смягчало выступы, а движение не издавало ни звука. За годы жизни в этом доме я научилась перемещаться тише тени. Когда я приблизилась ко входной двери и комнате охраны рядом с ней, то, на удивление, не ощутила привычного страха. Было странно легко, словно я впервые за долгое время делала что-то исключительно для себя.
Тело вжалось в стену, и я прислушалась к разговору мужчин. Они бурно обсуждали чемпионат по хоккею и играли в покер – судя по щелканью фишек и редкому хохоту. Я даже услышала звук открывающейся банки с пивом – отец бы их за это порвал, но они были уверены, что он об этом никогда не узнает.
Потому что я не расскажу.
Потому что я не сбегу.
Потому что я… это я.
Но никто, ни единая душа на этом свете не знала, кем на самом деле была Бьянка Торн.
Я выдохнула и скользнула дальше. Никакого страха – только азарт. Кровь билась в висках так же громко, как музыка, услышать которую я уже предвкушала.
В кармане шуршали деньги, заранее приготовленные на такси и выпивку. Конечно, у меня было все: лимузин, водитель, охрана. Но это были лишь инструменты контроля отца, а не мои блага. А я хотела что-то свое. Свою ночь, свой город, свои ошибки.
Когда входная дверь закрылась за мной тише легкого дуновения ветра, я сразу прыгнула в слепую зону камер.
Я быстрым шагом прошла вдоль темной аллеи за высокими туями, там, где свет фонарей едва касался идеально подстриженного газона. Воздух резал легкие от того, как часто я дышала. Но я впитывала это ощущение – оно казалось маленькой победой. К щекам прилил жар, волосы налипли к вискам, и это было прекрасно: я ощущала себя настоящей, а не вылизанной куклой.
Когда дом остался позади, я побежала еще быстрее, будто за мной гнался сам дьявол. Такси уже ожидало меня на соседней улице, и я, не оглядываясь, запрыгнула в машину.
Я протянула пригласительный, на котором был указан адрес клуба.
Мужчина за рулем кинул на меня оценивающий взгляд, но не стал задавать вопросов. Я платила наличными и выглядела более чем презентабельно, хоть и скромно. Пока что…
Мы тронулись. Я не отрывала глаз от окна, за которым начинали проноситься огни Чикаго. Дыхание замерло в груди от жизни и красок, придающих жизнь городу пасмурной и ветреной весной.
Башни вырастали из земли, как ледяные глыбы, подсвеченные неоном, и казались декорациями к фильму. На углах улиц мигали витрины круглосуточных закусочных, и я могла поклясться, что чувствовала запах жареного мяса и кофе. По тротуарам шли толпы людей, закутанные в плащи и шарфы, размахивая руками и что-то обсуждая.
