Пленница дракона (ЛП) - Роуз Аллегра (лучшие книги читать онлайн txt, fb2) 📗
Его рокочущий смех пускает рябь по целебному бассейну; звук напряженный, но искренний.
— Твой дух остается несломленным, несмотря ни на что. Это… замечательно.
Комплимент согревает меня сильнее, чем должен, вызывая ответную улыбку, которую я не пытаюсь подавить. Мы переросли такое притворство, переросли фикцию о том, что я остаюсь невольной пленницей, а не чем-то более сложным, более тревожным, более реальным.
— Что теперь будет? — спрашиваю я; вопрос охватывает гораздо больше, чем немедленное выздоровление.
— Мы исцеляемся, — просто отвечает он. — Готовимся к прибытию близнецов. Продолжаем то, что началось сегодня — не просто победу над вызовом, но признание связи за пределами физического присвоения.
Будущее простирается перед нами, неопределенное, но больше не угрожающее. Вызов Вортракса побежден, наши права друг на друга подтверждены перед высшей драконьей властью. Близнецы крепнут с каждым днем, их смешанное наследие создает беспрецедентную связь между видами, которые пересеклись через насилие, но теперь куют что-то новое.
— Я никогда этого не ожидала, — признаюсь я, рука всё еще покоится на его чешуе под водой. — Ничего из этого. Когда ты нашел меня в библиотеке, когда присвоил во время течки… такой исход был даже немыслим.
— Жизнь находит неожиданные пути, — отвечает он, вторя словам, которые я сказала ему на балконе пару ночей назад. Его золотые глаза изучают меня с интенсивностью, преодолевающей видовые различия, перекидывающей мост через пропасть между монстром и парой. — Я никогда не представлял, что найду партнерство во владении.
Простая истина этого повисает между нами, не до конца высказанная, но и не отброшенная. То, что начиналось как плен, действительно стало выбором — сложным, проблематичным, реальным выбором, который признает насилие нашего начала, но не определяется только им.
Близнецы снова шевелятся под моим сердцем, сильнее теперь, после странного всплеска силы во время боя. Не просто воплощенный биологический императив, но живой мост между мирами. Между видами. Между пленом и связью. Их существование представляет собой и нарушение моей прежней независимости, и надежду на что-то лучшее, чем бесконечный конфликт.
Пока ночь сгущается вокруг нас, я остаюсь у целебного бассейна, сохраняя контакт руки с обсидиановой чешуей, теперь медленно восстанавливающейся от ожогов, полученных при моей защите. Золотые глаза Кайрикса в конце концов закрываются, когда целительный транс забирает его, но его массивная фигура остается между мной и входом, защищая даже в бессознательном состоянии.
Переломный момент пришел и ушел, оставив нас необратимо измененными. Не захватчик и пленница. Не монстр и добыча. Что-то, для чего нет адекватного названия ни в человеческом, ни в драконьем языке.
Что-то, что стоит крови и огня, необходимых для его сохранения.
Глава 23
Новая жизнь
Оказывается, у вселенной ужасное чувство времени.
Мы едва добрались до наших покоев — Кайрикс всё еще в целебном бассейне, его чешуя дымится от ожогов, которые убили бы любого человека мгновенно, — когда ударяет первая настоящая схватка. Не тренировочные Брэкстона-Хикса, которые я испытывала неделями. Не странный прилив силы, случившийся во время боя. Это настоящее — тиски боли, начинающиеся в пояснице и с жестокой эффективностью охватывающие живот.
— Черт, — шиплю я сквозь стиснутые зубы; руки инстинктивно ложатся на раздутый живот, где близнецы, видимо, решили, что пережить смертельную битву драконов недостаточно для веселья одного дня. — Вы серьезно сейчас?
Золотые глаза Кайрикса мгновенно фокусируются на мне, ноздри раздуваются, улавливая изменение запаха. Даже раненый, даже частично погруженный в лечебную жидкость, его инстинкты альфы срабатывают с пугающей скоростью.
— Детеныши идут, — рычит он, уже поднимаясь из бассейна, несмотря на протесты целителей. Светящаяся голубая жидкость стекает с его чешуйчатого тела, испаряясь там, где касается пола, всё еще горячего от его ран. — Зовите акушеров. Сейчас же.
Целительница с изумрудной чешуей, обрабатывающая его ожоги, смотрит на меня широко раскрытыми от шока глазами.
— Но у неё всего лишь…
— Двадцать недель, — подтверждаю я, морщась от нарастающей схватки. Ускоренная драконья беременность должна была дать мне семь месяцев вместо девяти, но даже по этому графику полный срок наступал на двадцать восьмой неделе — еще два месяца впереди. — Слишком рано.
— Бой, — бормочет целительница, понимание проступает на её лице. — Всплеск силы. Это запустило ускоренное развитие.
Замечательно. Магические роды. Потому что обычные роды недостаточно ужасающи.
Дальше следует хаос, облаченный в церемониальную эффективность. Слуги наводняют наши покои, трансформируя пространство отработанными движениями, говорящими о том, что они готовились к такой возможности всё это время. Целебный бассейн, где восстанавливался Кайрикс, осушают и наполняют другим раствором — этот мягко парит, источая землистый запах, который каким-то образом облегчает нарастающую боль в пояснице.
Появляется родильная платформа — не холодный медицинский стол, которого я отчасти ожидала, а нечто похожее на гнездо, с приподнятыми краями и мягким материалом, который поддерживает мое тело, пока схватки учащаются и усиливаются. Мои церемониальные одежды снимают, заменяя простой сорочкой, обеспечивающей необходимый доступ и сохраняющей хоть какое-то подобие достоинства.
Всё это время Кайрикс отказывается отходить от меня. Его массивная фигура, всё еще ближе к дракону, чем к гуманоиду, несмотря на явное предпочтение целителей, чтобы он принял менее устрашающую форму, защитно склоняется рядом с родильной платформой. Раны явно причиняют ему боль — чешуя иногда дымится при резких движениях, — но он занимает позицию между мной и входом, золотые глаза с хищной оценкой следят за каждым, кто приближается.
— Огонь, — выдыхаю я между схватками, вспоминая битву, которая кажется случившейся одновременно часы и секунды назад. — Твои ожоги — тебе нужно отдыхать.
В его рокочущем смехе больше боли, чем юмора.
— Ты рожаешь наших детенышей. Мой дискомфорт не имеет значения.
Прибывает главная акушерка — древняя драконица с чешуей настолько бледной, что местами она кажется полупрозрачной. В её движениях сквозит уверенная грация, говорящая о веках практики принятия новой жизни в этот мир. Когда она приближается к платформе, Кайрикс заметно напрягается; маленький язычок пламени вырывается меж блестящих зубов — инстинкт воюет с разумом.
— Командор, — обращается она к нему со спокойной властностью, которая каким-то образом пробивается сквозь защитный инстинкт альфы, — я должна осмотреть омегу, чтобы оценить состояние детенышей.
Я никогда раньше не видела, чтобы Кайрикс уступал другому существу. Это зрелище одновременно тревожит и странно успокаивает — доказательство того, что даже высшие хищники признают высший авторитет в определенных сферах. Он слегка сдвигается, позволяя ей подойти к платформе, но сохраняет оборонительную позицию.
Её осмотр одновременно клинический и странный — когтистые руки нежнее, чем я могла представить, движутся по моему животу легкими касаниями, которые каким-то образом видят сквозь кожу и мышцы жизни внутри.
— Детеныши идут быстро, — подтверждает она; глаза сужаются в вертикальные щели от концентрации. — Их развитие ускорено и энергией боя, и биологическим императивом.
— Они в порядке? — вопрос вырывается из горла, когда накатывает очередная схватка, сильнее предыдущей. — Слишком рано — они не могут быть…
— Гибриды дракона и человека развиваются иначе, — объясняет она голосом, несущим спокойную уверенность, которая прорезает мою панику. — Когда условия угрожают носителю или потомству, развитие ускоряется, чтобы обеспечить жизнеспособное рождение. Энергия боя, которую ты провела через себя, дала необходимую силу для этой адаптации.
