Измена под бой курантов (СИ) - Манаева Ирина (бесплатные книги онлайн без регистрации TXT, FB2) 📗

Оказываемся в тепле, и чувствую, как оно обнимает буквально за плечи. Не люблю зиму с необходимостью напяливать на себя много вещей, которые словно душат кожу. К тому же часто мёрзну.

— Сейчас пойдёшь к мужу или кофе выпьем? Угощаю, — он подходит к автомату, доставая из кармана мелочь, и принимается засовывать в тонкую прорезь, а потом набирает комбинацию. — Какой любишь? — поворачивается ко мне, пока его стакан наполняется ароматной чёрной жидкостью.

— Я к тебе, — снимаю шапку, и волосы рассыпаются по плечам, а он внимательно смотрит, не вру ли я, и снова улыбается. Искренне и немного смущённо. И можно не озвучивать, что он рад, ибо его улыбка говорит о многом.

Глава 36

Мы стоим с Радом в холле, пока мимо проходят несколько людей, и невольно поворачиваю голову, провожая взглядом уходящих. В обычной одежде не различить, кто из них просто посетитель, а кто спасает жизни. Признаться, благоговею перед такими людьми, способными подарить пациенту второй шанс на жизнь.

— Так какой кофе предпочитаешь? — возвращает внимание к себе Назаров, и смотрю на его врачебный костюм морской волны, понимая, что он ему к лицу.

— Чёрный с сахаром, — отзываюсь, и Рад задаёт автомату новую задачу. Как только стакан наполняется, он передаёт его мне, возможно на мгновение дольше, чем того требуют дружеские отношения.

Отпиваю, ощущая, что жаром разносится по внутренностям терпкий напиток, и почти обжигаю язык. Горячий. Невольно касаюсь губ кончиками пальцев и тут же отстраняю, потому что Рад смотрит на меня, не отрываясь. Часы покоятся на дне сумки, и он вряд ли догадывается о причине моего визита, но то, что я вижу в глубине его глаз, заставляет испытать неловкость.

— Идём, — кивает, приглашая отправиться за ним, как только стаканчики отправляются в мусорный бак.

Больница никогда не была желанным местом посещения, и я старалась не попадать сюда, теперь же в который раз за неделю вышагиваю по длинным белоснежным коридорам, на ходу расстёгивая шубу. Она хороша не для морозов, почти не греет, так, женский бзик за право быть красивой.

Оказываемся на третьем этаже: безмолвном и безлюдном, и чувствую, как моей руки касается его рука. Пальцы переплетаются, и от этого бросает в жар. В самом центре моей ладони очерчивает круг большим пальцем, и разум бросает в прошлое. Это было, Рад знает мою реакцию на подобное, и перевожу немного испуганный взгляд на идущего рядом, но он уверенно тянет меня дальше. Оборачиваюсь, боясь, что кто-то может увидеть, и ощущаю себя падшей женщиной, которая следует за любовником по тёмным коридорам отеля. Сама, без принуждения, готовая отдаться по любому его слову.

Рад открывает ключом дверь, приглашая меня внутрь, и вхожу в тёмный кабинет, через незакрытые жалюзи которого светится ночной город. Хруст закрывающегося замка настораживает, и боюсь обернуться, чувствуя, как Назаров стоит позади, не торопясь осветить помещение.

— Позволишь? — мягко касается моих плеч, намереваясь снять шубу, а я всё ещё сжимаю ручки сумки, будто именно в них моё спасение. Верхняя одежда скользит вниз вместе с его ладонями, и я высвобождаю по очереди руки, боясь отпустить заветный трофей. Сегодня я в серых тёплых брюках, сапогах и белом свитере, но в темноте почти ничего не видно, кроме силуэтов.

— Я пришла, чтобы… — начинаю, но в этот момент его руки обхватывают меня сзади, крепко прижимая к себе, и Рад зарывается носом в мои волосы, делая глубокий вдох. Невольно прикрываю глаза, понимая, что тело не забыло его. Оно готово отзываться на ласки, и теперь уже идти до конца.

Волна удовольствия разливается по телу, и предательский пульс учащается, разгоняется всё быстрее, пока его ладонь скользит от моей талии всё выше. Я делюсь на две половины, одна из которых не хочет, чтобы он прекращал, а вторая считает, что это всё неправильно. Думал ли о таких вещах Кораблёв, каждый раз лаская очередную женщину?

— Назаров, — шепчу, намереваясь его остановить, и накрываю подобравшуюся к груди ладонь своей.

— Янка, я не позволял себя звонить первым, думал, что это неправильно, но ты здесь, — перебивает, и я готова таять от этих слов. Но пришла не за этим.

— Рад, послушай, — пытаюсь освободиться, и он нехотя отпускает. — Включи свет, пожалуйста. Мне нужно кое-что тебе отдать.

Подчиняется, и невольно зажмуриваюсь от яркой вспышки под потолком, добирающейся до зрачков. Его шаги звучат позади, и, когда оборачиваюсь, вижу, как Рад закрывает жалюзи. На столе нет рамки с фотографией, только компьютер и канцелярский набор с маленьким глобусом. Принимаюсь искать глазами карточку с его женой, пока он проходит мимо, устало опускаясь на диван. Трёт глаза пальцами, закидывая ногу на ногу, а потом несколько раз моргает, и я понимаю, что ему следует отдохнуть. Но он никогда не скажет, что устал.

Кивает на место рядом с собой, похлопывая несколько раз ладонью по сиденью, но я подхожу к сумке и открываю её.

— Вот, — протягиваю небольшой пакет, оказываясь рядом с ним.

— Что это? — скользнув взглядом по буквам, снова смотрит на меня, но оба знаем: он понял. Уверена: Назаров в курсе часовых брендов.

— Выполняю обещание, — опускаю ему на колени презент, надеясь, что он оценить по достоинству, и усаживаюсь рядом.

Рад достаёт бежевую коробку, открывает, и какое-то время смотрит на подарок, а потом переводит взгляд на меня.

— Дорогие, — быстро оценивает, и я рада, что купила именно эти, а не какую-то дешёвку.

— Не знаю, какие были у тебя…

— Правда, Янка, не стоило, — лёгкая улыбка тронула его губы, и он выудил часы, надевая их на запястье. Защёлка закрылась, запирая ремешок на обладателе, и он показал, как на нём выглядит покупка.

— Спасибо за подарок, — говорит негромко, отправляя в пакет футляр и отставляя всё это на небольшой столик рядом. — Даже не знаю, что ещё сказать. Это действительно качественная и дорогая вещь.

— Это не подарок, а компенсация, — решаю уточнить. — От меня и человека, который их разбил. — Не имею права приписывать себе все лавры, тем более что Илья был основным вкладчиком.

— Ты виделась с тем сумасшедшим? — подкидывает Рад брови. — Понимаю, что ты боевая, но везти тебе будет не всегда. Зачем с ним встретилась, Ян? — фыркает, качая головой. — Чтобы вернуть мне часы?

— Он сам пришёл, — пожала плечами. — Извинился.

Говорить о том, что завтра будет переезд, не стала. Ему об этом знать не обязательно.

— Иди сюда, — усмехается Назаров, намереваясь обнять меня, но я не двигаюсь с места. Осторожно пересаживается ближе и грабастает в объятья, снова благодаря за презент.

— А я думал, ты по другому поводу, — вздыхает немного грустно.

— По какому? — поворачиваюсь, и наши лица совсем близко.

— Чёрт, — рычит, — не могу, правда, — качает головой, — можешь потом влепить мне пощёчину, — и в тот же момент его губы накрывают мои.

Глава 37

Кто определяет правильность или неправильность поступков? Порой, мы сами загоняем себя в рамки, пытаясь быть идеальными, идём вразрез с желаниями, но сейчас отбрасываю мысли, наслаждаясь моментом. Есть только я и мужчина, которого так и не удалось забыть.

Я любила мужа, да и сейчас эти чувства крепко держатся где-то внутри, пока я долблю по корням тупой лопатой, намереваясь оторвать их и выбросить к чёртовой матери. Но первые серьёзные отношения в моей жизни, связанные с Радом, были чем-то непроходящим. Они не улетучились, не выветрились, а будто покрывались слой за слоем годами жизни, но всё время были там внутри, будто ожидая своего часа. Как забытая ваза, которую случайно находишь в заброшенном доме, а потом стираешь с неё пыль.

Алладин тоже протёр лампу, дальше знаете, что было. Вот и я касаюсь своей, и на свет выбирается то, что так долго прятала ото всех, и от себя в том числе. Обиды, нежность, желание, страсть…

Мой ответ на поцелуй поначалу трепетный, а потом обороты нарастают, и вот уже импульсы расходятся по всему телу, и я позволяю партнёру большее, чем невинный поцелуй. Подставляю шею, не желая открывать глаза, и понимаю, что сейчас не стану останавливаться.