Верни нас, папа! Украденная семья (СИ) - Лесневская Вероника (лучшие книги онлайн .TXT, .FB2) 📗
— Не стоит волноваться, Николь Николаевна, — доносится тихий голос школьного охранника. — У нас были технические неполадки в тот день.
— М? — оборачиваюсь. Петр Сергеевич берет меня за локоть и уводит в сторону, где слепая зона.
— Видео не восстановить, я все за вами подчистил, — сообщает с доброй улыбкой. И делает знак молчать. Послушно киваю.
— Спасибо, он не преступник, — зачем-то оправдываюсь перед тем, как уйти.
— Любимый человек?
— Будущий муж. Он защищал меня.
— Благородное дело.
— Петр Сергеевич! — грозно зовет директор, выглядывая из серверной.
— Бегу, — отзывается он, а сам идет вразвалку. В его возрасте люди уже не торопятся и ничего не боятся.
Надеюсь, у него не будет проблем из-за меня. Не хочу, чтобы страдали хорошие люди.
Телефон снова оживает, но на этот раз звонит Антон Викторович. Я быстро отвечаю, прежде чем в школу ворвется группа захвата Богатырева, уверяю его, что все в порядке, и прошу дать мне ещё пять минут. Этого времени мне хватает, чтобы оставить заявление и зайти в свой кабинет за ноутбуком и некоторыми вещами.
Собираюсь я быстро, как в армии, но на пороге сталкиваюсь с незнакомой женщиной, довольно молодой и миловидной. Только взгляд у неё недобрый.
— Вы, наверное, мать одного из учеников? — сама начинаю разговор. — Извините, но я в отпуске и не могу вас принять. Давайте перенесем встречу на следующую неделю?
Ее лицо становится алым — в цвет брючного костюма, в котором она явилась в школу. Несмотря на кукольную внешность, она выглядит вызывающе и агрессивно, будто пришла бросить мне вызов. Я в упор не понимаю, что мы не поделили.
Она молча заходит в кабинет, несмотря на то что я ее не приглашала, и по-царски нагло садится в мое кресло. Я вижу эту женщину впервые в жизни, но откуда это острое желание оттаскать ее за волосы по полу? Приходится сделать вдох, чтобы не сорваться.
— Меня зовут Алиса, я мать Матвея, — представляется она с неуловимым превосходством. — Он рассказывал мне о вас, — оценивающе изучает меня с головы до ног, как соперницу.
— Как ваш сын? Идет на поправку? — интересуюсь искренне. Ребёнок не виноват в том, что у него странная мать. Он хороший мальчик, хоть и избалованный, ему нелегко без отца.
— Он очень скучает по своему Бате, поэтому я здесь, — Алиса делает паузу, чтобы добить меня одной требовательной фразой: — Верните Данилу в семью.
— Вот как? — выгибаю бровь. — Знаете, это хорошо, что вы пришли. Я как раз хотела побеседовать о вашем сыне. И, кажется, начинаю понимать природу его плохого поведения. Продолжайте, — снисходительно взмахиваю рукой.
Она на секунду теряется, прекращает изображать из себя хищницу. Я плотно закрываю дверь, стараясь не хлопать ей в сердцах, и неторопливо надвигаюсь на нее. По пути расстегиваю пуговицу на своем строгом приталенном пиджаке, чтобы стало легче дышать, и глубоко втягиваю носом воздух, впустив в легкие приторный запах ее духов. Когда я оказываюсь в шаге от стола, Алиса не выдерживает морального напора и капитулирует, освободив кресло психолога. Усмехнувшись, я занимаю свое законное место и, расслабленно закинув ногу на ногу, указываю ей на стул напротив.
— Данечка нужен Матвею, тем более в такой непростой период, — осторожно продолжает она, наблюдая за моей реакцией. В этом кабинете я главная, и Алиса это понимает.
Выдерживаю паузу. Некоторое время мы просто сидим и смотрим друг на друга: кто первый сдастся. Я в белом, хотя далеко не ангел. Она в красном, но в душе всего лишь капризная девочка, которой требуется новая игрушка взамен потерянной.
— Думаю, вашему сыну нужен родной отец, а не дядя, — произношу негромко, но убедительно, как будто веду прием. — Ваша задача сейчас не искать ему замену, а аккуратно объяснить мальчику, что папа его не бросал, а временно отсутствует…
— Предлагаете рассказать ему, где на самом деле Свят? — выпаливает обреченно, будто стыдится своего мужа. — Ни за что!
— Нет. Необязательно говорить о том, что вашему мужу грозит срок, — говорю, неотрывно смотря ей в глаза, отчего Алиса тушуется. Она не ожидала от меня такой осведомленности, но Даня был честен со мной и ничего не скрывал. Сейчас я в этом убеждаюсь.
— Откуда вы?.. — заикается она.
— Ваш супруг — военный, — не спрашиваю, а утверждаю, вгоняя ее в ступор. — Придумайте легенду, будто он в длительной командировке. Для мальчика отец должен быть героем, примером. Несмотря ни на что, — закашливаюсь и даю слабину, потому что снова слышу ненавистное жужжание телефона.
Был ли Лука примером для Макса? Никогда. Мой сын рос наполовину сиротой при живом отце. Его обожали бабушка и дедушка, стоит отдать им должное, но не папа. При этом Лука просил второго ребёнка, а я… не хотела.
— Мы прекрасно жили с Даней, пока в его жизни не появились вы, — шипит змея, врезаясь ногтями в свою брендовую сумочку. Неприкрыто нервничает. — Но с ним никто долго не задерживается, поэтому отступите сами, пока он вас не бросил, как остальных случайных женщин. Для него семья всегда на первом месте. Мы — его семья, — тычет себе пальцем в грудь.
Эта женщина дергает за усы мою внутреннюю тигрицу, которую ещё Лука разбудил и взбудоражил. Я готова загрызть ее, наплевав на диплом психолога и манеры. Когда речь заходит о Богатыреве, во мне автоматически включается режим собственницы. После нашей ночи я никому его не отдам. Мы и так потеряли целую жизнь.
— В психологии ваше поведение называется «созависимость», — монотонно вещаю, доводя ее до точки кипения. — Это состояние, при котором один человек чрезмерно зависит от другого в эмоциональном или психологическом плане. У вас был муж, но по объективным причинам он больше не может находиться рядом, поэтому вы переключились на его брата. Вам нужен не конкретный человек, а ощущение стабильности, которое он дает. Но Данила вам ничего не должен, у него своя жизнь.
— Нет, должен! — злится она, хлопая ладошкой по столу. Так по-детски. — Все гораздо серьёзнее. Я люблю его! Мы с Даней спали вместе!
Вдох…
«Жена брата для меня табу», — всплывает в памяти.
Если ты солгал мне, Богатырев, я сначала достану тебя из-за решетки, как обещала, а потом прибью! И мучиться ты будешь долго.
Выдох….
— Ваш муж об этом знает? — выплевываю жестко, и она сжимается, как на допросе. Наглый взгляд тухнет и устремляется в пол. — Мужчина, который любит вас? Который подарил вам замечательного сына? Который верит, что вы его ждете? Что он почувствует, когда узнает, что вы… с его братом, — не могу произнести это вслух.
Я не верю в то, что Даня на такое способен. Он бы никогда не предал брата. Не смог бы поступить так подло. Он, черт возьми, его вину на себя взял и пожертвовал своей свободой! Не для того чтобы уводить жену.
Однако Алиса очень бы этого хотела. Так сильно, что готова на все, даже лгать и позориться. Лишь бы отвоевать эту каменную крепость, где можно снова спрятаться и жить ни о чем не беспокоясь, как она делала в браке. Алиса инфантильная и боится одиночества. Но это не дает ей права покушаться на чужого мужчину.
«На моего мужа», — прокручиваю кольцо, которое будто врастает в палец.
— Свят нас бросил! — жалобно выкрикивает Алиса.
— Разве он сделал это сознательно? Что-то подтолкнуло его пойти на преступление. Или кто-то, — многозначительно добавляю, окинув ее сканирующим взглядом.
В пустых глазах эгоистки мелькает чувство вины, но тут же исчезает. Значит, я права, и Свят подставился ради нее. Видимо, Алисе не хватало денег на модные шмотки.
— Если ему дадут большой срок, как я буду справляться одна? — причитает она. — А Данечка для нас все делал, он…
— Данилу тоже забрали, — перебиваю ее исповедь. — Он сейчас в отделении. Будете ждать обоих?
— Как? — округляет глаза и ярко-бордовые губы. — Боже, это у них семейное! За что мне такое наказание? Угораздило же связаться с Богатыревыми.
— Согласна, это какое-то проклятие, — устало улыбаюсь сама себе, наверное, только сейчас осознав, как безнадежно я влипла. В него.
