Морские солдаты Российской империи (Очерки истории морской пехоты) - Данченко Владимир
![Морские солдаты Российской империи (Очерки истории морской пехоты) - Данченко Владимир](/uploads/posts/books/68805/68805.jpg)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Морские солдаты Российской империи (Очерки истории морской пехоты) - Данченко Владимир краткое содержание
Книга представляет собой обзор возникновения и развития морской пехоты в России с конца XVII до начала XX века. За время своего существования она познала и триумфы и забвение. Будучи универсальными военными, морские пехотинцы в разное время и в силу обстоятельств выполняли функции матросов, воевали в окопах, наводили переправы, занимались минерным делом. Численность морской пехоты всегда была невелика, но от этого ее значение в российской военной истории отнюдь не снизилось. Читатель узнает о формировании этого рода войск, его участии в боевых действиях, истории обмундирования, снаряжения и вооружения морских солдат.
Морские солдаты Российской империи (Очерки истории морской пехоты) читать онлайн бесплатно
Владимир Данченко
МОРСКИЕ СОЛДАТЫ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ
Очерки истории морской пехоты
Автор выражает благодарность Г.В. Ястребинской, А.А. Трипольской и Г.В. Калашникову за помощь в работе над книгой.
![Морские солдаты Российской империи<br />(Очерки истории морской пехоты) - i_001.jpg](https://goldenlib.ru/frontend/web/pic/5/9/4/8/1/1/594811/1508839919/i_001.jpg)
Вступление
Между стрелецкой командой корабля «Орел», первенца отечественного флота, и отдельными морскими батальонами времен 1-й Мировой войны пролегли извилистые пути судьбы русской морской пехоты.
За время своего существования она познала и триумфы, и забвение. Победоносные морские десанты времен Северной и русско-турецких войн XVIII в. сменялись унылой гарнизонной повседневностью после Отечественной войны 1812 г. и заграничного похода 1813–1814 гг., потом — взлет в Севастопольскую страду и «упокоение» до победоносных 1877–1878 гг. Проваленная кампания 1904–1905 гг. ни в коей мере не умалила славы героев Порт-Артура, но далее — полное растворение в армейской и флотской массе вплоть до Великой войны 1914–1917 гг., когда морская пехота в последний раз, но громко заявила о себе в преддверии октябрьских дней.
Специфика службы выделяла морских солдат и матросов Гвардейского экипажа из общего ряда военных чинов. Она была обусловлена особенностями боевых задач, которые им ставились, и условиями их выполнения, способов комплектования личного состава, в определенной степени вооружения, форменной одежды и знаменной символики.
Несмотря на эту своеобычность, в истории морской пехоты отразились и основные явления, сопровождавшие развитие военного дела в России в целом, будь то разработка вопросов тактики, учреждение новых морских и армейских штатов, образцов мундиров и знаменного убранства.
Будучи универсальными военными, морские пехотинцы в разное время и в силу ряда обстоятельств, точнее благодаря им, выполняли функции матросов, воевали в окопах вместе с кадровыми «сухопутными», наводили переправы, занимались минерным делом. Численность морской пехоты всегда была невелика, но от этого значение ее как особого рода войск в российской военной истории отнюдь не снизилось. Несмотря на то, что ее временами недооценивали и просто упраздняли, в ходе войн, независимо от их масштаба, морская пехота вновь возрождалась и с честью проявляла себя в боевых действиях. Об этом повествует ее непростая история.
МОРСКАЯ ПЕХОТА
Формирование частей морской пехоты
В России появление первой корабельной солдатской команды связывают с историей корабля «Орел», который строился в 1667–1668 гг. по указу царя Алексея Михайловича. Именно при нем появление, главным образом в Москве, иностранцев, купцов, «коммерческих людей», специалистов в разных областях, в том числе в военном и морском деле, приобретает постоянный и масштабный характер. Один из них — голландский «гость», купец ван Сведен, учредитель первых почтовых станций, по поручению правительства отправился на родину для «найма в русскую службу корабельщиков». В числе последних оказался его племянник Д. Бутлер, назначенный на строящийся «Орел» капитаном и кормщиком — генералом, который должен был «чинить меж корабельными людьми расправу и ведать их по иноземному артиклу». Ван Сведен подал в Новгородскую четь (территориально-финансовый приказ) роспись с перечислением всего необходимого для обеспечения «Орла»; в ней помимо всего прочего числились 40 мушкетов, такое же количество пистолетов и бердышей (к огнестрельному оружию полагался соответствующий боезапас), предназначенных для «охранения» — сторожевого наряда, призванного обеспечить безопасность плавания «Орла» к Казани и Астрахани. В этом качестве выступали нижегородские стрельцы — 35 человек — под командой И. Доможирова.
В апреле 1670 г. спущено на воду еще одно «судно военное» для борьбы с казачьими набегами. Учитывая, что в это время еще не был положен конец движению С.Т. Разина, с большой долей вероятности можно предположить, что на борту и этого судна размещалась стрелецкая или солдатская команда, возможно, даже более многочисленная, чем на «Орле» [1].
Д. Бутлер, проявляя энергию и предприимчивость, составил и подал в Посольский приказ «Артикульные 34 статьи», свод положений, регламентирующих корабельный быт и поведение экипажа, многие из которых заимствованы из зарубежных морских узаконений. В этом документе несколько статей касаются корабельных солдат, ружей и различных воинских припасов. В частности, в ст. 14 говорится: «Будет же капитан пригодно увидить неприятельский корабль взять, тогда корабельный порутчик с своими солдаты немедля должен на неприятельской корабль скочить и всяко радеть, чтоб тот корабль под свою мочь привести». В другой ситуации (ст. 15) при столкновении с неприятельским кораблем поручику вменялось «сойти под палубы и тамо смотреть, как чинится, и о том корабельщику возвести, чтоб во время нужды способ к тому учинить». В ст. 31 капитану предписывалось владеть оружием и учить этим навыкам подчиненных. Очевидно, что имевшихся на борту солдат могло быть недостаточно и в случае необходимости собственно судовая, корабельная команда должна была взяться за мушкеты и тесаки. Тем более что на казачьих судах, наводивших страх своими молодецкими набегами, имелось достаточное число искушенных в абордажных схватках людей.
При фактическом отсутствии флота в России второй половины XVII в. говорить о практическом использовании положений данного документа не приходилось; естественно, это обстоятельство также исключало возможность формирования особых абордажных и десантных команд на более или менее постоянной основе.
Не случайно, однако, автором «артикульных статей» был голландец, представитель одной из великих морских держав. Вообще в России при Алексее Михайловиче голландцы занимали далеко не последнее место среди прочих иностранцев и внесли существенный вклад в развитие отечественного «корабельного строения».
В это время в самом голландском флоте уже состояли отдельные подразделения морских солдат, которые формировались из матросов и пехотинцев. Они были задействованы в несении караульной службы, участвовали в абордажах и десантах. Вооружение их состояло из мушкетов, пистолетов, шпаг, палашей, пик, имелись также абордажные топоры и крючья. Так что и в этом отношении голландцы стояли на высоте своего времени, равно как французы и англичане.
В России же плаванием стрелецких команд разной численности на мелководных, большей частью гребных, судах дело и ограничивалось.
Однако прошло не так много времени и ситуация стала резко меняться. Наступала эпоха Петра I — масштабные реформы, коренная реорганизация армии, создание флота, многолетняя Северная война. Всему этому предшествовали Азовские походы и Великое посольство, события, оказавшие определенное влияние на развитие российской морской пехоты.
Военные «забавы» юного Петра с участием «потешных», Семеновские и Кожуховские походы (1690 и 1694 гг.), в которых разыгрывались настоящие баталии с привлечением значительных по численности и лучших по подготовке на тот момент войск, строительство яхт, скампавей, ботов, плавание на них по Яузе и Плещееву озеру, наконец, два путешествия к Архангельску 1693–1694 гг. и «кампании» на Белом море — все это были предтечи великих свершений уже недалекого будущего.
Первой реальной пробой сил для Петра стали Азовские походы 1695–1696 гг., предпринятые против Турции за выход к Азовскому морю.
Поход 1695 г. в силу разных причин закончился неудачей, но он примечателен масштабной десантной операцией, когда Семеновский и Преображенский полки при поддержке донских казаков под началом П.М. Апраксина на судах подступили к Азову и, преодолевая сопротивление гарнизона, ворвались в город, однако не смогли там надолго закрепиться и вынуждены были оставить завоеванные позиции.