Магфиг. Отпуск?! Будни, или Зловещая месть хомяка. Новогодняя суета - Кружевский Дмитрий Сергеевич
Внутри было накурено и стоял непередаваемый запах, наполнивший мои глаза слезами радости от нахлынувших воспоминаний об армейской молодости и «родной казарме» после марш-броска. Я невольно задержал дыхание, отметив висевший в углу топор, а Батон несколько позеленел мордой, но уже через мгновение втискивал ее в противогаз, по скорости явно укладываясь даже в самые строгие нормативы. Закончив со своим облачением, он протянул мне подсумок, но я отверг данное предложение, ибо мы полудраконы-динозебры птицы гордые и просто так какими-то запахами нас не возьмешь, а то что лицом сине-зеленые – так это окрас такой. А так все нормально, обычный запах, русский такой, мужицкий дух, я бы сказал, от которого волосы на груди курчавятся, а в носу стоят дыбом.
– Ярослав Сергеевич, батенька, что ж вы стоите у входа как не родной, проходите давайте, проходите.
Сухонький старичок в старинной военной форме ухватил меня за рукав куртки и буквально увлек за собой внутрь землянки к стоящему посередине довольно большому, но несколько кривосколоченному столу. Все собравшиеся вокруг него дружно обернулись и немного потеснились, пропуская нас с фельдмаршалом к столу, на котором, как оказалось, была расстелена карта местности.
– Вы, Василий Иванович, продолжайте, продолжайте, – сказал старичок, окидывая карту внимательным прищуром.
– Как скажете, Александр Васильевич, – начдив подкрутил правый ус и, взяв из казанка очередную картошку, установил ее на карту. – Вот тут небольшой холм, думаю разумно поставить там товарища Янека на его «Рыжем», пусть прикроет гномью когорту, а то дюже меня стоящие там гоблины беспокоят, странные они, трубы за спиной какие-то таскают.
– Сделаем все в лучшем виде, – стоящий у края стола молоденький танкист вскинул раскрытую ладонь к шлемофону. – Разрешите выполнять.
– Выполняйте, – кивнул начдив и снова полез рукой в чугунок, на этот раз поместив картошку справа от довольно неплохо воссозданного замка (к тому же воссозданного в объеме, хотя тут вся карта была в объеме и даже отображала движение войск). – А это ваша позиция, товарищ Муромец. Там как раз ордынцы стоят. Враг вам знакомый, хотя их и усилили какими-то рыцарями в черных доспехах.
– Да хоть в золотых с продрисью, – буркнул богатырь. – Сейчас Алешка с Добрыней подъедут и выдвинемся.
– А от воздушных супостатов кто нас прикроет? – живо поинтересовался фельдмаршал. – Уж больно грозно эти ящерицы крылатые выглядят, да и других тварей не божьих в небе хватает, думаете, Горыныч с бабушками справятся?
– Летающих тварей возьмут на себя Командор и товарищ Люк.
Высокий мужчина в красно-синем бронескафандре, стоявший рядом с молодым парнем, на поясе которого болталась до боли знакомая ребристая серебристая трубка, коротко кивнул.
– Все? – старик вопросительно посмотрел на начдива.
– Ну, предлагаю еще забросить диверсионную группу в составе вот этих двух товарищей…
Василий Иванович обернулся, а у меня создалось такое впечатление, что где-то под потолком зажегся небольшой прожектор, высветивший очередных персонажей раскручивающегося действа. Первым с покосившейся скамьи вскочил мужик в красном гидрокостюме с двумя мечами за спиной.
– Ой, божечки, – театрально вскинул он руки к лицу, скрытому за маской. – Неужели это наше первое задание. Эй, лысик, слышишь, у нас задание.
Сидевший на скамье абсолютно лысый парень в желтом комбинезоне посмотрел на него равнодушным взглядом и коротко угукнул.
– Так, пошли скорей, скорей, нас ждут великие дела! – «красный» схватил лысого за руку и утянул того за собой к выходу из землянки. – Вперед, на подвиг!
– До свидания, – донеслось прощально-равнодушное из-за хлопнувшей двери.
– Хорошие ребята, настоящие чудо-богатыри, – сказал фельдмаршал, проводив их добрым прищуром своих глаз. – Но боюсь, могут наломать дров, охальники, ох, ведь могут. Пригляд за ними нужен, Василий Иванович, и наставление мудрое.
– Согласен с вами, Александр Васильевич, кого предлагаете?
– Так батеньку нашего Гасана Абдурахмановича. Надеюсь, не возражаете?
Снова невидимый прожектор зашарил по землянке, высветив сидящего в дальнем углу по-турецки мужчину в цветастой чалме, по мне так очень похожего на одного известного фокусника, зачем-то обзаведшегося длинной, но довольно жиденькой, бородой.
– О драгоценные алмазы моего сердца, – воздел к потолку руки маг. – О жемчуга глаз моих…
– Вы, товарищ джинн, прекращайте этот балаган, отвечайте четко и по-военному, – бросил начдив, очищая очередную картошку и беря из рук Муромца вовремя протянутую солонку.
– Все сделаю, о командир моей души, буду беречь сих отроков, точно казну великого Соломона.
– Так, – нахмурился Василий Иванович, обильно соля картошку. – Соломона отставить, остальное выполнять, и да… Ахалайте-махалайте и трах-тибидохайте там сколько угодно, а вот с сяськами-масяськами завязывайте, а то моим бойцам прошлый раз басурман аж гонять неудобно было. Нет, я понимаю, деморализация врага и все такое, но у меня в полку не мужики – орлы, и как им, скажите, лицезреть пред собой подобный стыд на противнике?
– Все будет исполнено, о бездонный кладезь военной мудрости, – джинн щелкнул пальцами и, хитро улыбнувшись одними глазами, исчез.
– Ох, чую, натворит там опять что-нибудь…
– Не беспокойтесь вы так, батенька, – сказал фельдмаршал и, повернувшись ко мне, добавил: – А теперь нужно решить, как поступить с вами.
– Готов выполнить любой ваш приказ, Александр Васильевич! – неожиданно сам для себя гаркнул я, вытягиваясь и отдавая честь. – Хоть в огонь, хоть в воду.
Батон же молча достал пилотку, напялил ее поверх противогаза и, выпятив вперед грудь, на которой непонятно как болталась кучей пара медалей (Судя по надписям: «Ветеран колбасных фронтов» 2-й степени и «Лучший сметаноед академии»), что-то бодро прохрюкал в гофрированный хобот.
– Не, ну посмотрите на них, прямо рвутся в бой, в гущу сражения. Богатыри, как есть богатыри. Однако не ваша это битва, родные мои, не ваша. Там… – палец полководца указал на крепость. – Там ваше поле боя, и только вы можете там победить аль проиграть. И пришло время вам туда отправляться, а мы уж тут как-нибудь сами справимся, поверьте уж старику, выиграем вам толику времени. Ну, идите, идите, с богом.
Он легонько хлопнул меня по плечу, свет моргнул, и я, не успев ничего ответить, оказался в лесу прямо посереди небольшой полянки. Чем-то это напомнило мне перемещение на изнанку. Стоящий рядом Батон с протяжным чпоком стянул противогаз, посмотрел на меня, почесал лапой промеж ушей и спросил:
– И что, мяу, дальше?
– А я почем знаю, – бросил я, оглядываясь. – Где Скрипач, не в курсе?
Треск кустов и появление оттуда утыканного сломанными ветками нашего музыканта, несущего свой начищенный до блеска топор, воздевши его вверх, точно орел легиона, стал мне ответом. Впрочем, гном пришел не один. Следом, расширяя своими могучими плечами пробитую в зарослях просеку, на поляну вышел высокий, одетый в кольчугу и чем-то отдаленно похожий на Муромца, незнакомец.
– Приветствую честной народ, – поздоровался он, поднимая руку с открытой ладонью. – Я от Ильи.
– Провожатый?
– Не совсем, – покачал головой богатырь. – Увы, пойти я с вами не смогу, а вот нужную дорогу указать – вполне.
– А что ее указывать, – буркнул я. – Замок вон он.
– Хочешь в атаку с мечом наголо? – ехидно поинтересовался незнакомец. – В последний бой, кровавый и правый?
– Ну…
В стороне замка что-то гулко ухнуло, загрохотало, а над головой с диким воплем, испуская сизый дым откуда-то из-под хвоста, пронеся черный дракон и, перевернувшись, скрылся где-то за деревьями. Громко бумкнуло.
– Кажется, шарик лопнул, мяу, – констатировал кот, провожая взглядом прошедших на бреющем грифонов.
Я прислушался: грохот разрывов, лязг мечей, стрекот пулеметов, нечеловеческие рыки и какое-то вполне хоровое пение. Да уж, похоже, битва там кипела нешуточная, и все из-за меня… Я закусил губу, неожиданно осознав, что добрая сказка постепенно превращается в какое-то темное фэнтези.
