Пряжа судьбы. Саги о верингах в 2 кн. Книга 1 - Вяземский Юрий (книги серия книги читать бесплатно полностью .txt, .fb2) 📗
Осенью к этим условиям хозяин добавил новые. Эйнару было велено не только пасти овец, приносить хворост и ловить рыбу, но также собирать камни и дерн для строительства.
Потом добавилось новое занятие – жечь уголь и резать торф на топливо. Рабы и слуги стали за глаза называть Эйнара кто Уголь-Хрутом, кто – Торф-Хрутом.
У Эйнара теперь не оставалось времени на отдых, ему приходилось трудиться с раннего утра до позднего вечера, а ночью кутаться в плащ в холодном корабельном сарае. Ревел Скагеррак, рычал ветер в кровле.
Прошла зима, наступила весна. Весна в Скагене очень холодная. И Глум однажды велел Эйнару по вечерам тереть ему спину возле огня.
– Ну, это уже совсем рабья работа, – заметил Эйнар.
– Надо трудиться, чтобы заработать ту еду, которую я тебе даю. Ты ешь больше, чем два моих раба, – ответил Глум.
– А работаю я за трех рабов, – сказал Эйнар.
– Если тебя поймают, тебе придется намного хуже, – усмехнулся Глум.
18 Наступило лето. И тогда вот что случилось.
Как-то раз поздно вечером Эйнар тер у огня Глуму спину и неожиданно связал тому сзади руки.
– Это зачем? – спросил Глум и больше уже ничего не смог спросить, потому что Эйнар заткнул ему рот тряпкой.
– Что-то мне перестал нравиться наш новый договор, – признался Эйнар. – Давай вернемся к первому. Заплати мне за работу.
Глум покраснел, как кровь, но сидел без движения.
Тогда Эйнар взял ветку, зажег ее в очаге и сказал:
– Похоже, мне придется сильнее погреть тебе спину.
Глум побледнел, как трава, вскочил со скамьи и бросился к выходу. Но Эйнар опрокинул его ударом кулака.
– Ты и вправду кормил меня хорошо. Сил у меня не убавилось, – усмехнулся Эйнар и поднес горящую ветку к лицу Глума.
Тот посинел, как смерть, и замычал из-под тряпки. А Эйнар сказал:
– Покажи, где ты прячешь деньги. Тогда греться не будем.
Глум с руками за спиной и с тряпкой во рту вышел во двор. Эйнар за ним, поддерживая хозяина. Было темно, и люди, которые еще не спали, ничего подозрительного не заметили. Возле сеновала было большое и удобное отхожее место, в которое только Глум заходил, а другим запрещено было пользоваться. В этом нужнике было потайное углубление, а в нем сундук, в котором хозяин прятал свое богатство.
Эйнар отсчитал десять марок серебром.
– Вот я и получил за свою голову, – сказал он, поясом связал Глуму еще и ноги, запер снаружи дверь нужника и вышел со двора.
19 Утром хозяина сначала хватились, затем обнаружили, и тот сразу послал погоню за Эйнаром.
Но Эйнара они не настигли. Тот шел по ночам. А утром вырезал в дюнах полоску дерна и заползал под нее до вечера.
В семи морских милях от Скагена, на берегу другого пролива есть место под названием Каттен. Там часто останавливаются корабли, плывущие из одного моря в другое.
Там через несколько дней после событий, о которых было рассказано, объявился под вечер наголо обритый человек. Разузнав, какой из кораблей плывет на север, он отыскал корабельщика и попросил отвезти его в Северные Страны.
Тут надо сказать, что тогда еще не было названия «Норвегия» (Северный путь), и люди называли отдельные местности: Эстфольд, Вестфольд, Агдир, Страна Рогов, Страна Хёрдов и так далее на север, а когда надо было назвать все местности разом, говорили «Северные Страны» или попросту «Север».
Корабельщика звали Ламбертом. Он был фризом, и люди его были из Страны Фризов. Между фризом и пришедшим состоялся такой разговор.
– Как твое имя? – спросил фриз.
– Мое имя Хрольв, – ответил бритоголовый.
– Сколько платишь за путешествие?
– Десять марок.
Ламберт нахмурился и велел:
– Покажи деньги.
Бритоголовый показал. А корабельщик еще сильнее нахмурился, подумал и спросил:
– Почему так много платишь?
– Чтобы ты больше не задавал вопросов, – ответил тот, кто назвал себя Хрольвом, и спрятал деньги в пояс.
Фриз кивнул и ответил:
– Договорились. Спрашивать не буду. Но должен сказать, что вчера ко мне приходили люди из местных. У них бежал раб по имени то ли Хрут, то ли Храпп. Они обещали мне денег, если я помогу им найти беглеца.
– Сколько? – спросил бритоголовый.
– Три марки, – ответил корабельщик. И его собеседник сказал:
– Повторяю: мое имя Хрольв. Я никогда не был рабом и никогда не жалел денег для тех, кто мне помогает. Заметил разницу?
Фриз усмехнулся и ничего больше не спрашивал.
На следующее утро подул попутный ветер, и фризский корабль как раз собирался отчалить, когда к нему подъехали две лодки, и в них дюжины две вооруженных людей. Не спрашивая разрешения, они обыскали корабль, во все мешки и во все бочки заглянули, но никого не нашли. Ни с чем вернулись на берег.
Корабль же вышел на веслах в пролив. И когда уже далеко было до берега, корабельщик велел спустить парус. В свернутом на рее парусе фриз велел на всякий случай спрятать Хрольва-Хрута-Храппа-Эйнара.
Бывалым и ловким был Ламберт, знал разницу в ценах и выгоды старался не упускать.
20 На фризском корабле Эйнар плыл на север. Ветер был благоприятным, и они плыли без затруднений. Эйнар устроил себе под лодкой местечко и почти все время спал, отсыпаясь после тяжелых дней и ночей.
После отплытия он заплатил Ламберту-корабельщику пять марок, а остальные пять они договорились, что Эйнар заплатит перед тем, как сойти на берег.
Покинув пролив, корабль вошел в Широкий фьорд и пристал в Тунсберге. Эйнар не захотел сходить на берег, потому что, по слухам, Вестфольд в те времена подчинялся одному из сыновей Годфреда, датского конунга.
День проторговав в Тунсберге, фризы вечером сели на корабль и поплыли курсом на Каупанг.
Ночью Эйнару приснился сон. На берегу залива к нему подошла медведица, небольшая и совсем не страшная. Она лизала ему руки и говорила:
– Спи спокойно, сынок. Всё будет хорошо у тебя.
Но тут сзади кто-то больно укусил Эйнара за ногу. Эйнар обернулся и увидел большую, свирепого вида волчицу. Волчица схватила Эйнара за рукав и потянула в залив, а с шерсти ее струями текла вода. Эйнар попытался оттолкнуть волчицу. И проснулся.
Проснувшись, Эйнар подумал, что голос медведицы весьма похож на голос его матери, волчица же чем-то напомнила ему Дагед, кормилицу, которая утонула в заливе.
Эйнар вылез из-под лодки. Еще не рассвело. На корме корабля ярко тлели угли в жаровне, и возле нее Эйнар разглядел несколько темных фигур. Эйнар свесился за борт и, перебирая руками, добрался до кормовой надстройки. Там у жаровни сидели Ламберт и еще четыре фриза. Корабельщик шепотом давал им указания и говорил:
– Осторожно приподняв лодку, вы двое сперва свяжите ему ноги, пока он не проснулся. А вы…
Тут с берега потянул предрассветный ветер и отнес в сторону дальнейшие слова. А когда ветер утих, Эйнар услышал, как один из фризов сказал:
– Ну и ловкач ты, Ламберт. Взял с него десять марок за проезд. И еще собираешься выручить за него марки три или четыре.
– Марок за пять продам, – возразил Ламберт. – Я его объявлю рожденным дома рабом. И парень он крепкий. Так что еще раз повторяю.
Тут снова подул ветер и отнес остатки слов.
А Эйнар, перебирая руками, вернулся по борту к мачте, но не стал ложиться под лодку, а лег рядом с ней. И только начало светать, перелез через борт и тихо спустился в воду.
До берега было недалеко. Плавать Эйнар умел.
21 Каупанг Вестфольдский уже тогда был известным всем морякам рынком, в котором торговля прекращалась только зимой.
Придя в Каупанг, Эйнар прежде всего купил себе рыбачий плащ с большим капюшоном и меч-скрамасакс. На меч он не пожалел оставшихся у него денег. Меч был короткий, отточенный только с одной стороны, гибкий, с удобной витой рукоятью отличной франкской работы.
Фризский корабль из Каупанга уже ушел. И Эйнар стал ждать, припомнив, что торговцы собирались заехать сначала в Агдир, затем в Рогаланд, потом в Хордаланд, но дальше на север плыть не собирались, а намеревались тем же путем вернуться назад.
