Двадцать два несчастья 6 (СИ) - Сугралинов Данияр (читаем книги онлайн бесплатно полностью TXT, FB2) 📗
Зал бы все тот же, и все так же большую часть пола занимало татами из сине-красных матов, а вдоль стен висели грамоты и фотографии борцов. Музыкальный центр в углу негромко играл что-то бодрое и энергичное.
Вдоль стены уже сидели родители — в основном мамы, хотя попадались и отцы. Детей было человек пятнадцать, и все они носились по залу, пока тренер, Ильдар Ринатович, раскладывал какие-то дополнительные маты.
— Здравствуй, Ильдар, — сказал я, подходя к нему. Мы перешли на ты еще в прошлый раз, когда я помогал Дамиру. — Как дела?
Тренер обернулся и кивнул:
— О, Сергей! Давно тебя не было видно. Решил поучаствовать в открытом ковре? — Он подмигнул. — Здорово, что пришел. А то мало ли…
Я проследил за его взглядом и увидел темноволосого мальчишку лет десяти, который как раз заметил меня и радостно замахал рукой. Это был Дамир, который вывихнул ногу на первой тренировке Степки.
— Привет, Дамир, — сказал я. — Как нога?
— Супер! Почти не болит! Вот, наконец-то снова могу тренироваться. — Он повернулся к Степке, который подошел следом. — Это твой дядя, да? Который доктор?
Степка кивнул с гордостью:
— Ага. Дядя Сережа. Он очень хороший.
— Знаю, — серьезно сказал Дамир. — Он же мне ногу спас!
Я хотел было возразить, что никакую ногу не спасал, а всего лишь оказал первую помощь, но Дамир уже переключился на Степку:
— Слушай, ты сегодня со мной в пару вставай, ладно? Я тебе покажу, как правильно бросок делать. А то ты в прошлый раз чуть не убился.
— Я не убился! — возмутился Степка.
— Почти убился, — авторитетно заявил Дамир. — Ладно, пошли разминаться.
И они убежали вместе — худощавый семилетний Степка и более крепкий десятилетний Дамир. Я смотрел на них и думал, что иногда жизнь сама расставляет все по местам. Степке нужен был старший товарищ в секции, кто-то, кто будет присматривать за ним и помогать. И вот он появился.
— Хороший пацан Дамирка, — словно прочитав мои мысли, сказал Ильдар Ринатович, с интересом слушавший нас. — С характером, но справедливый. Степана твоего не обидит, наоборот, под крыло возьмет.
— Вижу, — согласился я.
Кивнув мне, Ильдар Ринатович прокричал на весь зал:
— Построение через две минуты! Кто не переоделся — бегом!
Следующие полчаса я наблюдал за разминкой. Дети бегали, прыгали, кувыркались, падали на маты — и все это под непрерывные команды тренера: «Спина — хлопок! Подбородок прижали! Кто стучит головой — отжимается!»
Степка старался изо всех сил, и я с удовольствием отметил, что падает он уже вполне прилично — группируется, не боится татами. А рядом с ним постоянно маячил Дамир, который то поправлял ему руку, то показывал, как правильно группироваться.
А потом началось самое интересное.
— Взрослые! — громко объявил Ильдар Ринатович. — Кто хочет попробовать — выходите на ковер. Работаем по минуте–полторы, без болевых. Контроль, перевод, удержание. Помним: самбо — это не драка. Цель не навредить, а победить через контроль.
Несколько мужиков из числа родителей переглянулись. Один — плотный дядька в спортивных штанах — решительно шагнул вперед. За ним потянулись еще двое.
Степка вдруг оказался рядом со мной и дернул за рукав:
— Дядя Сережа, иди!
— Степ, я без формы.
— Тренер разрешает без куртки! Там Витькин папа тоже без куртки!
Я посмотрел на «Витькиного папу» — тот и правда был в обычной футболке — и почувствовал, как где-то в глубине шевельнулось что-то странное. Не азарт, нет. Скорее… любопытство. Тело помнило непонятно от кого взявшиеся умения и сейчас жаждало пустить их в ход.
— Ладно, — сказал я и поднялся.
Ильдар Ринатович заметил мое движение и усмехнулся.
— О, решился все-таки, Сергей? — Он кивнул одобрительно. — Я же говорил — приходи на взрослую группу. Ты тогда на ковер вышел — движения у тебя наши, борцовские. Мышечная память — она такая, никуда не девается.
— Самбовки нет, — сказал я вместо ответа.
— Без куртки поработаешь. Только без фанатизма, Серега, — полезешь в силовую, сниму.
Я хотел пожать плечами, удивленный его ожиданиями, но вместо этого просто кивнул и вышел на татами. Ильдар Ринатович перезнакомил нас, разбил на пары, и под оживляж и смешки детишек мы, взрослые, по команде тренера встали друг перед другом.
Первым моим соперником оказался тот самый плотный дядька — «Витькин папа».
Сканирование завершено.
Объект: мужчина, 32 года.
Доминирующие состояния:
— Самоуверенность демонстративная (82%).
— Пренебрежение (71%).
— Азарт соревновательный (68%).
Дополнительные маркеры:
— Расслабленная стойка, рассчитанная на легкую победу.
— Взгляд поверх головы оппонента.
— Снисходительная полуулыбка.
Окинув меня оценивающим взглядом, он бросил:
— Слышь, мужик, ты бы лучше на диету сел, чем на ковер лезть, хе-хе. Тут серьезные люди будут работать. Или на сумо иди.
Я промолчал, только чуть сместил центр тяжести, и Витькин папа снисходительно пожал плечами.
— Ладно, давай по-быстрому, чтоб других не задерживать.
И в этот момент Ильдар Ринатович дал команду:
— Борьба!
В этот момент я себя ощущал самым настоящим клоуном, понимая, что могу очень крупно опозориться…
…но все прошло, стоило начать. Я все еще контролировал свое тело, но откуда-то знал, что делать и как реагировать, и мышцы послушно все исполняли. Иногда с большим опережением. То есть сначала действие, а потом осознание того, что именно я сделал и почему.
Противник сразу потянул за воображаемый лацкан, по привычке, видимо, с кем-то тренировался раньше. Но я не дал захват, ушел корпусом, шагнул в сторону.
Витькин отец качнулся за мной, перенес вес на переднюю ногу и…
Глава 6
«Ошибка!» — вспыхнуло в голове, и я тут же нырнул к нему в корпус — не в ноги, именно в корпус. Плечо уперлось ему в солнечное сплетение, ладони скользнули за спину, и я почувствовал, как его центр тяжести поплыл. Смещение, колено между ног — он охнул, теряя опору, и повалился на спину, а я упал следом, вжимая его в мат всем весом.
Мои колени уперлись в жесткую резину татами по бокам от его тела, грудь легла на грудь, и я почувствовал, как он дернулся подо мной, пытаясь вывернуться. Не вышло — я прижал плотнее, перенося вес вперед и не давая ему ни сантиметра пространства. Его сбитое дыхание толчками било мне в ключицу.
— Есть! — азартно крикнул Ильдар, с интересом поглядывавший на нас. — Контроль держи, не суетись!
Я держал. Секунда, другая — и наконец команда:
— Стоп!
— Ура! — услышал я писклявый Степкин голосок.
Отпустив захват, я поднялся и протянул руку сопернику. Витькин папа помедлил, потом все-таки принял ее, но коротко, без рукопожатия, после чего тяжело встал, отряхивая спину.
— Маты скользкие, — бросил он, не глядя на меня.
Я не стал спорить, хотя маты были совершенно сухие, — мужику хотелось сохранить лицо перед сыном и женой.
Мы дождались, пока закончат остальные, перекинулись парой ничего не значащих фраз, после чего мой первый соперник поинтересовался, не занимался ли я самбо на серьезном уровне. Я, чтобы совсем уж не ронять его достоинство, ответил неопределенно:
— Немного.
После этого Витькин папа держался в стороне, больше ко мне не обращался и на сумо идти не предлагал.
Второй соперник был поопытнее — не лез, работал вторым номером, выжидал. Был он меньше меня, но хваткий, жилистый, юркий. В общем, очень неудобный. Так что мы кружили по татами секунд сорок, и я почувствовал, как болят предплечья от постоянной готовности к захвату.
Он попытался провернуть через спину — резко дернул, разворачиваясь. Но без куртки прием не пошел: его ладони соскользнули с моей футболки, и он завис на полувороте, открыв бок.
