Бездарный учитель (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович (хороший книги онлайн бесплатно .TXT, .FB2) 📗
Впрочем, решать не мне, так что я зашагал к птичке, которая для наглядности пару раз ковырнула клювом землю. Я не стал устраивать особых церемоний, вынул из рюкзака топорик и вырубил в грунте изрядную ямку. Затем поместил в нее желудь. Засыпал грунтом и, повинуясь какому-то наитию, вылил сверху оставшуюся в бутылке воду. Поступок глупый, ведь неизвестно, сколько еще бродить по лесу.
Деревья вокруг поляны вдруг зашумели. Кажется, леший оценил мой широкий жест. Словно в подтверждение этого минут через десять птушка вывела меня к лесному роднику. Там я от души напился и набрал полную бутылку. Конечно, подумал о всяких микробах, но отмахнулся от этой мысли как от назойливой мухи. Родник бил прямо из земли, и всякой химической гадости здесь взяться неоткуда. Да и вода была необычайно вкусной. Возможно, из-за жажды или сравнения с магазинной, но казалось, что выпитое придало сил. После всего пережитого не удивлюсь, если она окажется какой-то живой. Вон какие сочные травы растут на берегах родника и кусты с ярко-зелеными листьями. Да и разных цветочков вокруг как-то многовато. Внезапно подумалось: не магическим ли дурманом меня попотчевал лесной хозяин? Но я быстро отогнал эту мысль. Сил прибавилось, настроение улучшилось — чего мне еще нужно? Не считать же глюками обострившееся восприятие цветов. Единорогов с феями не вижу, и ладно.
Дальнейшее передвижение по лесу вообще напоминал прогулку по парку. И ведь места явно нехоженые. Птушка словно намеренно огибала самые заросшие участки и овраги. Это обнадеживало. Впрочем, кто его знает эту нечисть лесную. Шустрая птичка в любой момент могла превратиться в коллегу того самого Сусанина. Мы с лешим вроде договорились, но мало ли какие нюансы я упустил. Даже в таком хорошем настроении настороженность не отпускала. Даже с Колываном все далеко не просто, а леший наверняка куда более непредсказуемая и дикая нечисть.
Увы, сказки о том, что хозяин леса может открывать короткие тропки, оказались сказками, или же я пока не заслужил подобных чудес. Так что пришлось топать ножками почти три часа. Впрочем, благодаря волшебной водичке совершенно не устал и вообще неплохо так отдохнул во время эдакого променада. А вот кое-кому в лесу было далеко не так уютно, как мне.
То, что мы почти у цели, я определил по изменившемуся поведению птушки. Она перестала выбирать удобные места и снова повела меня в густые дебри. Двигаться стало совсем тяжело. Приходилось пробираться сквозь густо растущие ветки, многие из которых были колючими. Настроение немного подпортилось, но мое недовольство мигом смыл послышавшийся впереди жалобный писк. Я начал продираться вперед с удвоенной силой.
В итоге нашел мальчика лет пяти, не больше. Он был одет в майку и трусы, с одной галошей не по размеру на ноге. Если бы не явно взрослая куртка, ребенок уже замерз бы насмерть. А так сжался комочком и влез в куртку, как моллюск в раковину. Выглядывала лишь голова. Ребенок был весь перемазан грязью, в волосах застряли ветки, а лицо и лодыжки выглядели пугающе синими.
Мальчик еще раз тихо пискнул. Как я вообще услышал этот тихий звук? Похоже, леший пуганул ребенка, чтобы тот подал голос. Способ варварский, но действенный. Можно было бы обозлиться на лесного духа, но Колыван прав — откуда у лешего могло взяться сострадание к людям? Дубы он любит, вот эту птушку и другую живность тоже, а мы для него чужаки и вредители.
Видя, что мальчик не особо реагирует, я поднял его на руки и начал пробираться обратно к менее заросшему участку леса. Проведенная в холоде ночь не могла не сказать на здоровье ребенка, так что нужно срочно доставить его хотя бы до поселкового фельдшера. Куда идти, я знал, точнее, это было известно птушке. Причем то ли леший надоумил, то ли сама птичка оказалась сообразительной, но повела она меня не в сторону деревне, а на голоса людей, которые я смог различить лишь минут через десять. А когда услышал, устало прислонился к дереву и заорал:
— Ау! Сюда!
Перекрикивавшийся вдали народ тут же возбудился, голоса усилились вместе с треском веток и топотом ног. Через пару минут из-за деревьев выскочил крупный мужик с придавленной кепкой копной рыжих волос на голове. Он тут же наставил на меня ружье и заорал:
— А ну брось дите!
Тупое требование как в плане безопасности мальчика, так и моей собственной.
— Мужик, осторожнее. Не дай бог пальнешь.
— Брось дите, маньячина! — заорал рыжий, продолжая тыкать в мою сторону стволом.
Мало того, из леса выбежали другие охотники и тоже взяли меня на прицел. Я, конечно, испугался, но больше разозлился. Кто знает, чем бы все это закончилось, но тут прибежал невысокий крепкий мужик лет пятидесяти в милицейской форме с пистолетом в руке.
— Что тут твориться⁈ Виктор, ты чего орешь? Убери ружье. Не видишь, что он безоружен?
— Этот урод вчера по поселку шатался и наверняка ночью украл Леньку! — не унимался рыжий.
— Разберемся, — жестко сказал, скорее всего, участковый и добавил приказным тоном: — Убери ружье!
Убедившись, что приказ выполнен, милиционер повернулся ко мне:
— Ты откуда такой взялся?
Я облегченно вздохнул, потому что в меня уже никто не целился, но тут же навалилось раздражение:
— Может, все-таки сначала отправим ребенка к врачу?
Ответить милиционер не успел, потому что немного успокоившаяся обстановка снова напряглась из-за появления растрепанной женщины с безумными глазами:
— Ленечка! — закричала она и кинулась ко мне.
Я благоразумно протянул матери ребенка. Она вцепилась в сына и, прижав его к себе, тут же без сил осела на покрытую листьями землю. Хорошо, что нашлась еще парочка женщин поспокойнее, и они куда-то уволокли обоих, надеюсь, к врачу или хотя бы к транспорту. Лес вокруг меня начал наполняться людьми, я прямо пятой точкой почуял, что дело идет к хорошо известному всем историкам явлению — суду Линча. И присутствие тут участкового мне не сильно поможет. Он сам смотрит на меня волком. О том, как бы я повел себя на их месте, как-то не думалось, да и вообще думалось сложновато. Лишь почему-то вспомнилось изречение Оскара Уайльда: «Ни одно доброе дело не останется безнаказанным».
— Ты кто такой и откуда взялся? — строго спросил милиционер.
— Вы уверены, что сейчас время для разговоров? Может, сначала поищем второго пропавшего?
Я судорожно заозирался, боясь, что птушка испугалась и улетела, но она оказалась то ли очень смелой, то ли не очень умной и сидела на ветке дерева неподалеку, с интересом наблюдая за происходящим. Участковый с недобрым прищуром посмотрел мне в глаза и сказал:
— Ты понимаешь, что если я сейчас просто отвернусь, то мигом станешь без вести пропавшим?
О, я это прекрасно понимал, но вместо страха навалилось густо замешенное на злости раздражение:
— Хорошо. Слушай, раз не терпится. Я учитель-историк. Приехал к вам с целью изучения древнего языческого капища на предмет проведение здесь школьных экскурсий. Если хочешь, позвони директору моей школы. Когда я приехал, то встретил в селе лишь одного деда, скорее всего, папашу вот этого, — ткнул я пальцем в рыжего здоровяка. — Он сказал, что все сильно заняты, и отправил меня с внуком на мотоцикле куда-то в лес. Там малец что-то эдакое прокричал, принеся меня в жертву лешему.
— Какому лешему? — с какой-то странной злостью перебил меня участковый.
— А у вас их несколько? — с не меньшей яростью ответил я.
Народ вокруг притих. Похоже, умом они в нечисть не верили, но, даже не веря, боялись до дрожи.
— Очень злому лешему! — продолжил я яростную отповедь. — Как мне удалось выкрутиться и чем заплатить за жизнь, не ваше дело. Нужно было просто свалить отсюда куда подальше, но решил погеройствовать и похлопотал за ваших потеряшек. Вон там на ветке сидит птичка, которая привела меня к мальчику. Будете тупить, она улетит, и фиг вы найдете своего односельчанина, даже если распнете меня на ближайшей осине. Ну что, капитан, как тебе такой ответ?
— Бред, — выдавил он из себя.
