Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет (СИ) - Сантос Ангелина (книги бесплатно без txt, fb2) 📗
Марина продолжила:
— Тогда я скажу сама. Вчера, в день годовщины моего брака, я получила поддельную записку от имени мужа. Потом еще одну — без подписи. По ней я пришла в комнату алых гобеленов и застала лорда Эйрана с леди Селестой Вирн.
Слуги стояли неподвижно.
Селеста прошептала:
— Как вы можете…
— Молча, леди Вирн.
Эйран вдруг произнес:
— Леди Ливия говорит правду.
Зал дрогнул.
Вот теперь все взгляды обратились к нему.
Селеста побледнела так, что голубое платье сделало ее почти прозрачной.
Ровена повернулась к сыну:
— Эйран.
Он стоял прямо, лицо закрытое, но голос звучал ровно:
— Я был в комнате алых гобеленов. Леди Ливия увидела достаточно, чтобы считать мое поведение предательством. Ответственность за это — моя.
Марина не ожидала, что он скажет так много.
Не оправдался.
Не спрятался за долг.
Не обвинил жену в слабости.
В зале это прозвучало громче любого признания.
Селеста быстро шагнула к нему:
— Эйран, но ты же знаешь, что нас обоих обманули! Ты не должен…
— Леди Вирн, — холодно сказал он.
Она остановилась, будто наткнулась на стену.
— В присутствии дома вы будете обращаться ко мне по титулу.
И вот это был первый настоящий удар по ней.
Не от Марины.
От него.
Селеста опустила руку.
Марина почувствовала не радость, а трезвое удовлетворение. Поздно, дракон. Но полезно.
Ровена сказала:
— Даже если вчерашнее было ошибкой, оно не должно становиться достоянием слуг.
Марина повернулась к ней:
— А моя смерть могла стать достоянием кого? Могильщика?
— Вы живы.
— Не благодаря вашей заботе о правде.
— Вы неблагодарны.
— За что мне благодарить? За то, что моими деньгами оплачивали южное крыло для леди Вирн?
На этот раз шум поднялся сам собой.
Краст, стоявший у колонны, стал цветом старого творога.
Ровена резко повернулась к нему, потом к Марине:
— Это хозяйственные расходы.
— Нет. Это унижение, оформленное в расходной книге.
Селеста прошептала:
— Я не знала…
Марина посмотрела на нее.
— Вы сегодня часто не знаете. Почти как милорд утром.
Эйран не дрогнул.
Селеста же вспыхнула.
— Я не обязана терпеть ваши оскорбления!
— Терпите. Я же три года терпела ваше присутствие в чужой жизни.
Глаза Селесты потемнели.
На миг из них исчезла нежность. В зале, полном свидетелей, она не могла позволить себе настоящую ярость, но Марина увидела ее. И улыбнулась.
— Вот, — сказала она тихо. — Так честнее.
Селеста снова надела маску, но уже не идеально.
Ровена сделала шаг вперед:
— Ливия, вы забываете, что находитесь в доме Дрейкхолдов.
Марина подняла перевязанную руку.
— Я прекрасно помню. Этот дом вчера едва не стал моей могилой. А сегодня пытается сделать меня виноватой в том, что я выжила.
Мастер Ферн, стоявший сзади, пробормотал:
— Не повышайте голос, миледи.
— Я еще не начала.
Эйран резко сказал:
— Достаточно.
Зал замер.
Марина повернулась к нему медленно.
Если он сейчас велит ей замолчать, война изменится.
Но Эйран смотрел не на нее.
На зал.
— С этого часа любые слухи о безумии леди Дрейкхолд, о ее шантаже или о колдовстве Арденов будут считаться клеветой против законной супруги главы рода. Леди Ливия имеет право на свои покои, своих людей, свои средства и доступ к брачному договору. Кто попытается лишить ее этого права, ответит передо мной.
Ровена побледнела.
Селеста застыла.
Краст почти согнулся.
Марина смотрела на Эйрана и не знала, что чувствует.
Не благодарность.
Нет.
Справедливость, сделанная после преступления, не становится подарком.
Но он сейчас сказал то, что должен был сказать три года назад.
И, возможно, впервые в жизни Ливии сделал это при свидетелях.
Эйран повернулся к ней:
— Леди Дрейкхолд, вы хотите добавить что-нибудь?
В зале снова стало тихо.
Марина почувствовала, как слабость поднимается к горлу. Руки были ледяными. Перед глазами поплыли огненные пятна. Но она не могла упустить момент.
— Да, — сказала она.
Мира тревожно шагнула ближе.
Марина говорила медленно:
— Я не прошу жалости. Не прошу защиты от правды. И не собираюсь изображать счастливую жену, чтобы кому-то было удобно. Я требую только того, что принадлежит мне по брачной клятве: имя, средства, документы, право голоса и право знать, кто украл мою магию.
Последние слова ударили по залу сильнее предыдущих.
Селеста дернулась.
Ровена резко подняла глаза.
Эйран застыл.
Марина увидела их реакции и поняла: попала.
Не все знали.
