Злодейка не хочет развода! (СИ) - Лебедева Ива (читать полностью книгу без регистрации txt, fb2) 📗
Правда, силы были все равно ни разу не равны, и вслед за боевым визгом я заорала на Лилиан:
— Мама, бегите отсюда, я их задержу!
— Спятила?! — не менее злобно заверещала в ответ родная свекровь, в одной руке сжимая корявую палку с обочины, а другой раскручивая на манер пращи с грозным почти гудением изящную дамскую сумочку на длинном ремешке. Сколько такая сумочка весит и чем примерно набита, я по собственному опыту знала и горячо одобрила в качестве оружия.
А Лилиан покрепче уперлась в мостовую тонкими каблуками модельных туфелек и продолжила:
— Я уже старая, жизнь прожила! Всех поубиваю, сволочи, только троньте мою дочь!
И по моему примеру так пронзительно завизжала на всю округу, что я ни разу не удивилась тому, как снова отпрянули бандиты, а за их спинами сначала послышался шум, потом начали мелькать тени, и наконец из этих теней вынырнул муж на летающей коляске, с перекошенной яростью физиономией и с каким-то жезлом в руках.
Этим жезлом, а точнее зелеными молниями из него, он почти всю банду гопников и того. Почти — это потому, что следом за Миладом выскочил свежезнакомый доктор из клиники, молодой и симпатичный, мы на пару с Лилиан обсуждали его стати всего минут пять назад в приемном покое и сошлись на том, что парень хоть куда, но немножко слишком молод.
Вот этот молодой доктор последнего бандита, уже кинувшегося наутек, металлическим контейнером для стерилизации инструментов по башке и приголубил.
А мы с мамой, как только стало понятно, что угроза миновала, переглянулись, выдохнули и… дружно осели в глубокий обморок. Ибо здесь вам не тут! А мы дамы нежные! Трепетные и исключительно хорошо воспитанные!
Очнулась я на кушетке в уже знакомом приемном покое клиники Святого Луки. В нос лез резкий, бьющий по мозгам запах нашатыря, а над головой расплывалось встревоженное лицо того самого молодого доктора. Вблизи он выглядел еще симпатичнее, если не считать пары пятен сажи на белоснежном халате и слегка помятого вида.
— Жива… — выдохнул он, убирая от моего носа флакончик с едкой жидкостью. — Слава Первородному древу, леди Грейвис, вы пришли в себя.
— Где… мама? — прохрипела я, пытаясь принять вертикальное положение. Голова гудела так, словно по ней прошлись той самой сумочкой Лилиан.
— Здесь, — раздался из угла глухой, пугающе знакомый голос.
Я повернула голову. На соседней кушетке, величественно откинувшись на подушки, восседала свекровь. Ее изумрудный шелк был живописно припорошен пылью, прическа слегка напоминала воронье гнездо после бури, но в руке она мертвой хваткой все еще сжимала ремешок своей многострадальной сумочки. Судя по характерному металлическому звяканью, внутри действительно лежал как минимум слиток золота или пара увесистых пудрениц.
А вот возле ее кушетки в своем кресле сидел Милад и выглядел так, будто лично готов был спалить половину столицы. Жезл с мерцающими зелеными искрами лежал у него на коленях, пальцы побелели от того, с какой силой он сжимал подлокотники.
Уж и не знаю, почему испуг нагнал меня именно сейчас. Но я вдруг представила в красках, что с нами могли сделать эти уроды. И даже если бы я сама не пострадала, но покалечили бы Лилиан… как после такого жить? Что я смогла бы сказать Миладу, как смотрела бы ему в глаза? Это ведь я устроила скандал в конторе мошенника, из-за меня на нас напали…
В общем, не знаю как, но ровно через полтора вздоха я уже сидела на коленях мужа и самозабвенно рыдала в него. Даже удобнее, что он в коляске, сразу можно было устроиться у него на коленях, обнять себя его руками и реветь в голос.
Глава 27
— Ю… Юэль?! — Милад и перепугался, и растерялся, судя по голосу и тому, как он судорожно меня стиснул, а потом отпустил и принялся ощупывать. — Что?! Что такое?! Что болит?! Доктор, вы куда смотрели?! Что с моей женой?!
— Я… я так испугалась за маму! — выдавила я сквозь бурные рыдания, размазывая тушь по его безупречному воротнику. Половина этого планового плача, конечно, была чистой воды женской тактикой, призванной на корню задушить грядущий нагоняй, но вторая половина — самой настоящей, звенящей паникой. Меня действительно трясло от осознания того, по какому тонкому льду мы только что прошлись. — Они выскочили из ниоткуда! С дубинами! С тесаком! Если бы не ты… если бы вы не успели…
Милад, до этого выглядевший как грозный карающий бог, окончательно растаял и превратился в одно сплошное встревоженное внимание. Сильные руки намертво прижали меня к его широкой груди. Он зарылся лицом в мои растрепавшиеся волосы, шумно выдыхая, и я почувствовала, как крупно дрожат его плечи.
— Тихо, тихо, моя хорошая… Всё позади. Я здесь, вы в безопасности. — Его бархатный голос вибрировал от сдерживаемых эмоций. Он баюкал меня на своих коленях, совершенно наплевав на то, что в кабинете находятся посторонние.
— Позвольте, лорд ректор, — деликатно кашлянул молодой доктор, осторожно приближаясь с новой мензуркой. — Физически леди Юэль абсолютно здорова, ни одной царапины. Это сильнейший нервный срыв на фоне пережитого стресса и магического истощения. Маго-импульсный разрядник, который она использовала в конторе Фламме, дал сильную отдачу.
— Какого Фламме? — Милад резко вскинул голову, и его глаза опасно блеснули. — Юэль, мама, объясните наконец, что там произошло!
С соседней кушетки донеслось величественное и глубокое фырканье. Свекровь, до этого тихо сидевшая в образе оскорбленной добродетели, поправила съехавшую набок шляпку и соизволила подать голос:
— Прекрати рычать на жену, Милад. Твоя Юэль сегодня вела себя как… как истинная леди дома Грейвис! Она спасла твои деньги. И… — голос Лилиан на секунду дрогнул, став непривычно мягким, — она спасла жизнь одной маленькой девочке. Доктор Блэквуд, подтвердите.
— Ребенка принесли в последний момент, — озабоченно кивнул доктор. — Это безобразие, как можно было даже подумать наживаться на таком несчастье? Леди Грейвис, сообщите мне, пожалуйста, адрес этой в высшей степени подозрительной конторы. Я, как дипломированный врач, не могу допустить, чтобы шарлатаны открыто губили людей чуть ли не под носом у королевской медицинской ассоциации.
— Цены на лечение ваша клиника не стесняется выставить от души, — не удержалась и фыркнула я в плечо мужа, как сердитый еж. И тут же смутилась: — Простите, я просто перенервничала и несу полную чушь. Это ведь не вы стоимость лечения устанавливаете… Но вообще-то, дамам из хороших семей, вместо того чтобы попадаться на удочку мошенников и покупать очередную ненужную безделушку за много денег, стоило бы заняться вопросом больных детей из малообеспеченных семей. Неужели нельзя помочь людям хотя бы в самом тяжелом и безвыходном случае? Нет, ну правда, цена вопроса — какая-нибудь эксклюзивная безделушка и в то же время жизнь ребенка! Ну как так-то?!
— Юэль… — Милад растерялся, потому что я снова заревела, как последняя рева-корова, и уткнулась сопливым носом в его и без того уже насквозь мокрую рубашку.
Мой муж крепче прижал меня к себе, укачивая и аккуратно поглаживая по спине. Его ладонь, теплая и надежная, действовала получше любого успокоительного отвара.
— Ты права, абсолютно права. Мы слишком часто смотрим на Разлом и государственные проблемы, забывая о том, что происходит на соседней улице. Не плачь, прошу тебя. Мы решим это.
Доктор Блэквуд неловко переступил с ноги на ногу, пряча мензурку с нашатырем за спину. На его лице отразилась целая гамма чувств — от легкого смущения до глубокого искреннего уважения. Он явно не ожидал от капризной и высокомерной леди Грейвис таких речей.
— Леди Юэль, ваши слова… делают вам честь, — тихо произнес доктор Блэквуд. — Клиника действительно зажата в тиски королевских налогов и стоимости магокристаллов для аппаратов. Но идея благотворительного фонда для таких детей, как дочь Мари… Это могло бы спасти сотни жизней. Если бы кто-то из высшего света взял на себя смелость организовать подобное...
