Беглянка в академии. Второй шанс для дракона (СИ) - Северная Оксана (бесплатные серии книг .TXT, .FB2) 📗
- Кай, наконец-то! - ее голос, усиленный магией, звучал в кабинете обманчиво мягко. - Я рада видеть тебя в добром здравии, сынок. Мне доложили, что в Ровенхоле была схватка с Темными.
Кайден оторвался от карты.
- Все в порядке, матушка. Можешь не волноваться, - его тон был ровным, вежливым. - Но тебе же и так уже все доложили. Верно? Вейра Оукис – твои глаза и уши?
В синем свечении он уловил едва заметное напряжение в уголках ее губ.
- А что мне остается? Ты избегаешь разговора со мной, Кай, - королева сменила тактику, голос звучал с упреком. - Я также хотела поговорить об отборе.
- Он продвигается, девицы соревнуются за мое сердце, а так же за статус, само собой, - уверенно проговорил Кайден и вновь перевел взгляд на карту. - Как вы и настояли, отбор состоялся. Хоть сейчас для этого совершенно неподходящее время.
- Для тебя любое время - неподходящее. Но больше тянуть с женитьбой нельзя, - парировала королева. - Так что? Ты уже на ком-то остановил свой выбор?
Разумеется, Хэйри Оукис донесла о том, что происходит на отборе. И Кайден мог бы сейчас назвать одно из имен этих девиц, чтобы мать успокоилась, но проблема была в том, что он ни одну так и не запомнил.
- Матушка, вы устроили этот отбор. Но выбор я сделаю сам.
- Кайден, я знаю твой «выбор», - вкрадчиво проговорила Ее величество. Само собой, она была в курсе танца на балу с Аделин, а так же о сегодняшнем свидании, которое она хотела сорвать своим звонком. - Хэйри доложила мне, что ты лично вписал в список какую-то девушку и… уделяешь ей знаки внимания на глазах у всей академии. Это неприемлемо, дорогой. Совет подобрал для тебя достойных невест. Присмотрись к Диане Вельсейр. Она племянница ректора, из прекрасной семьи, сильная полу…
- Мне не нужны ваши советы на счет выбора моей супруги, - Кай перебил ее, чего никогда себе не позволял.
Синее свечение дрогнуло. Лицо королевы застыло.
- Совет не примет твой самовольный выбор! Что скажет отец?!
- У отца есть наследник, - Кайден откинулся в кресле. - Я младший сын. Моя личная жизнь не должна быть предметом государственных дебатов.
- Что такого в этой девице?! - в голосе матери впервые зазвучал гнев. - Ты готов пойти против Совета? Против воли отца? Ради какой-то… студентки?
Кайден медленно поднялся. Он молча, не сводя с нее взгляда, закатал рукав рубашки. На загорелой коже внутренней стороны запястья, словно выжженная изнутри, темнел причудливый узор. Сложный, древний рисунок Брачных Уз.
- Боги не просто так пересекли наши с ней пути.
Королева Лираэль замолкла. Казалось, на миг окаменела. Красивое лицо побелело, глаза расширились, в них мелькнул ужас.
- Кайден… - ее голос звучал сдавлено. - Даже Узы… не сделают ее равной тебе. Ты должен выбрать ту, что соответствует твоему статусу. А эту… - она сделала паузу, будто подбирая слова, но продолжила, - эту ты всегда можешь сделать своей любовницей.
Тишина в кабинете стала абсолютной, давящей. Даже пламя в камине, казалось, замерло.
- Я не желаю больше слушать ваши оскорбительные предложения, матушка. Доброй ночи. У меня много дел.
Он резким движением провел рукой по кристаллу. Синее свечение взорвалось брызгами искр и погасло, оставив после себя звенящую тишину.
Кайден стоял, опершись ладонями о стол, тяжело дыша. Гнев, жгучий и бесполезный, клокотал в нем.
И тут взгляд скользнул по карте. По отметкам, которые он нарисовал и… понял, что он уже видел такой узор.
Темные пытаются взломать защиту академии. Обвести источник по периметру. Схема проступала в его сознании. Три символа нарисованы. Если его догадка верна, осталось еще два. И тогда кольцо сомкнется. Он провел грифелем по пергаменту, обозначая предполагаемые места.
И тут в дверь постучали.
Глава 21
Аделин
Я стояла перед массивной дубовой дверью кабинета ректора, сжимая руки в кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони.
Ночь, проведенная в чужой спальне на втором этаже общежития, где меня заперла Тортон, казалась бесконечной. Я пыталась объяснить ей, что никого не травила, что иглица болотная в моих запасах была в разрешенном количестве. Я же зельевар, мне положено иметь такие травы для учебы! Но комендантша лишь процедила сквозь зубы, что разбираться будет ректор утром, и захлопнула дверь.
Лира и Селин передали мне вещи поздно вечером. Переодевшись, я наткнулась в кармане на ту самую газетную вырезку и, чтобы отвлечься от давящих мыслей, прочитала статью от корки до корки.
События произошли еще до моего рождения. Имени матери там не было. Но судя по тому, что было написано, группа беловолосых магов Хаоса, названных «особо опасными», попыталась прорваться к источнику Ровенхола. Мама была среди них. Моя мама, которую я помнила доброй, любящей, хладнокровно пыталась прорвать защиту академии? Что она там делала? Ее заставили? Или... или она действительно была на стороне Темных?
Мысли путались, сплетаясь в тугой узел. Темные и сейчас пытаются добраться до источника - точно так же, как когда-то пыталась моя мать. Совпадение? Или часть какого-то давнего плана, растянувшегося на десятилетия?
Если я смогу повернуть время и вернуться в прошлое, то наконец-то задам маме все эти вопросы. Если, конечно, меня не выставят за порог академии сегодня же, обвинив в отравлении соперницы.
Голова раскалывалась. Вопросы крутились бесконечной каруселью, смешиваясь с ощущением чужого гнева, который прокатывался волнами.
Кайден. Похоже, что-то случилось в городе. Его ярость была холодной, контролируемой, но такой яркой, что голова шла кругом.
Я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он был в порядке.
Вечный хаос… Но ведь если бы с ним что-то случилось, по-настоящему случилось, я бы почувствовала это наверняка через эту проклятую отметину на запястье. Кайден знал, что это за отметина. Я видела понимание в его глазах тогда, на балу, но он не сказал мне. Почему?
Между нами была целая пропасть из недосказанностей, из различий в положении и в происхождении. Но нас тянуло друг к другу. После поцелуя я не могла это отрицать, как бы ни пыталась убедить себя, что это все из-за отметины.
Дверь распахнулась, вырывая меня из размышлений. Голос ректора прокатился по коридору:
- Вейра Моусон, войдите!
Я переступила порог, и сердце болезненно сжалось.
В просторном кабинете, залитом утренним светом из высоких окон, были двое. Ректор Велмор, чье лицо было искажено гневом, и распорядительница отбора, вейра Оукис, сжимавшая в руках голубоватый кристалл для связи в котором виднелся чей-то неясный контур. Чей, интересно?
Атмосфера была настолько тяжелой, что казалось, воздух сгустился.
- Вейра Моусон, - ректор Велмор сразу перешел к делу. - Вы обвиняетесь в отравлении студентки Дианы Вельсейр, вашей соперницы в отборе невест Его высочества. Вы воспользовались своим положением официантки на празднике, чтобы подмешать яд в ее напиток. Что вы можете сказать в свое оправдание?
Так вот в чем дело! Это Диана такую версию рассказала, конечно же? Не удивлюсь, если она сама себя отравила, чтобы меня подставить!
Выдохнула, заставляя себя держать спину прямо.
- Я никого не травила, - голос прозвучал тверже, чем я ожидала. - Я не подмешивала ничего в напитки. Я даже не разносила их, только собирала грязную посуду. Вы можете спросить у вейры…
- Студентка Вельсейр взяла бокал с вашего подноса и вскоре почувствовала себя плохо! - ректор не дал мне договорить. - Целители подтвердили присутствие иглицы болотной в ее крови. А иглица, как известно, начинает свое воздействие через двенадцать часов после приема. Именно столько прошло между балом и ее обмороком на лекции. Вы четко все рассчитали.
- Диана не брала никакого напитка с моего подноса, - я покачала головой. - Она попросила принести ей лимонад, но я ей ничего не давала. Я отказалась, сказала, что не разношу напитки. А потом... потом я сама почувствовала себя плохо и отправилась в госпиталь. Его высочество сам отправил меня к целителям!
