Маг 15 - Белов Иннокентий (книги серии онлайн .txt, .fb2) 📗
Да и сам Вождь дымит как паровоз своей знаменитой трубкой! Оставит советский народ безутешной сиротой через пятнадцать лет! Если я до него не доберусь, конечно!
Но из советских папирос и сигарет из тех примерно времен я смог только эти найти в сети.
Да и времена еще на дворе совсем опасные должны оказаться, если я точно попал куда собирался. Плюс – минус месяц, как я рассчитываю, а значит все советские граждане точно знают, что кругом бродят, зажав в зубах сверкающие ножи не какие-то там пираты, а замаскированные враги народа и шпионы.
Вот за последний год-полтора повылезали отовсюду, славные наши парни из НКВД уже с ног сбились всех ловить и еще все кулаки отбили об них, изворотливых и хитрых гадов.
Про таких предателей каждый день в газетах пишут и по радио сообщают. "Болтун – находка для врага!"
И вот я именно на такого гражданина немного похож определенно, как догадался по реакции водителя.
– Сам приехал сюда с попуткой устраиваться на завод в Они, была у меня такая мысль. Здоровье на службе и работе потерял, мне местный горный воздух нужен. Есть у меня на Балтике приятель отсюда, вместе на буксире ходили, он и посоветовал сюда махнуть. Поэтому сам уже не курю, не могу себе позволить, – начал я свой рассказ.
И ведь опять говорю не как местный житель, определенно это чувствую.
Ладно, зато заодно объясняю то, что ношу тельняшку и почему оказался именно здесь.
– В Они на работу? А куда?
– Да мне все равно, лишь бы взяли и жилье выдали. Я немного в дизелях понимаю, ну и всякие механизмы могу разобрать, починить и собрать. В Они вроде готовы взять опытного человека на винный завод и на маслодельный, да с жильем проблема. В Чиатуре на завод марганцевых руд берут с руками и комнату дают, только я сам не могу там работать по здоровью. Я решил проехаться по всем предгорьям, посмотреть красивые места и потом решить, где остановлюсь. В Сталинири родня у приятеля живет, смогу там остановиться на пару дней. Папиросы ношу с собой, чтобы понюхать табак иногда, когда совсем невмоготу без курева становится. И товарища угостить по случаю.
Черт, вот ведь приходится на ходу врать, выдумывать всякие достоверные детали случайному попутчику.
Ничего, зато я еду и понемногу приближаюсь туда, куда мне нужно.
Мои слова немного успокоили водителя, однако я чувствую, что не до конца успокоили. Что он все равно испытывает по отношению ко мне какое-то сильное подозрение. Поэтому расспрашивает меня про матросскую жизнь на Балтике, про мой путь, как я здесь очутился.
– Я дизелист по образованию, поэтому механиком служил на буксирах, – заливаю я, благо проверить меня сейчас никак, да и шарю я в теме неплохо.
Правда, не с местными дизелями, уже с гораздо более технологичными и современными агрегатами. Здесь на полуторке бензиновый слабосильный движок под сорок две лошадки вроде. У нее две фары и бампер есть, похоже, что это самое первое поколение автомобиля.
Да, я уже хорошо чувствую, что мне не удастся сойти тут за своего, как бы я не старался. И говорю совсем не так и реакции у меня другие, да еще современными часами мелькнул, слишком буржуинская вещь, классово отсутствующая здесь. Слишком разные мы и моя чужеродность лезет из меня прямо как пружина.
А эта чужеродность здесь – это прямо как приговор, совсем обжалованию не подлежит. Придется себе откровенно признать, что не из этого времени я человек. Не хрен и стараться прикинуться или мимикрировать под такого.
Какие бы козырные галифе я не пошил, ничего меня не спасет в глазах местных простых людей после нескольких минут разговора.
И куда мне в Сталинири, про это водитель тоже спросил, на что я попросил его отвезти меня поближе в центру.
– Мне вообще в горком партии нужно. И в военкомат. Зарегистрироваться и встать на учет, – этим я немного сбил волну подозрительности с водителя и остальной путь мы ехали почти молча.
Раз уж я говорю про такие самые главные в стране Советов учреждения, так наверно я и сам коммунист.
Только ведь враг незримый коварен и хитер, а рабочее сознание водителя меня своим уже не считает никак.
Он что-то про себя напряженно думает, я просто радуюсь относительному, сильно относительному комфорту поездки на полуторке. Времена конечно не средневековые, слава богу, за один час на грузовичке примерно суточный путь на лошадях проезжаем. Это очень радует меня. Однако это тоже не на Ласточке под сто пятьдесят километров в час лететь и жизни радоваться, ароматный кофе из закрытого стаканчика попивая.
Трясет, кидает и приходится изо всех сил за сиденье держаться на этой Военно-Осетинской дороге по ямам всяким.
Хотя вскоре мы с нее свернули направо.
Еще и руки мои водителю не понравились, уже не очень похожи они на руки настоящего механика по тем временам.
На них он какое-то время внимательно смотрел, я это заметил сразу же.
Совсем не такие крепкие и грязные, как у него самого. И грязи под ногтями особо не видно, да и вообще – слишком ухоженные для нормального дизелиста-механика. Спалился я как Шарапов на бандитской малине, причем так же сразу.
Зря ходил несколько раз маникюр в Батуми делать к одной очень красивой грузинке, чтобы края ногтей и заусеницы правильно подрезать. Не может матрос с буксира, да еще дизелист иметь такие ногти и ладони, это я отчетливо сейчас свой промах понимаю.
Вот и спалился так сразу же в глазах первого попавшегося советского человека.
Когда проезжали мимо поста милиции на въезде в Сталинири, я ясно почувствовал желание парня остановиться и попросить меня проверить как следует уполномоченных товарищей.
Не шпион ли я? Или враг народа в бегах от социалистической законности?
Однако вовремя сказанные слова про горком партии и военкомат все же подействовали на водителя полуторки положительно. Не будет же враг лезть прямо в ловушку, чтобы его сразу же разоблачили.
Мы проехали по улицам теплого, весеннего города и вскоре машина остановилась напротив большой площади и солидного красивого здания светло-желтого цвета.
– Вам – туда!
Вот так довольно настойчиво сказал водитель:
– И мешок свой не забывайте!
И это тоже настойчиво и даже немного враждебно прозвучало.
Глава 2
Мешок я и так не собирался забывать, слишком он важен для меня, без него придется обратно возвращаться в Храм. Однако тон слов какой-то приказной у парня, не нравится мне это дело.
Как будто я взятку ему предлагаю за измену Советской Родине.
Я молча открыл неудобный рычажок на двери и вывалился под лучи солнца на краю дороги, держась за мешок рукой. Потом вытащил мешок, поблагодарил водителя и попрощался с ним.
А он весь такой на бдительности, смотрит сурово на меня и ждет чего-то. Понятно впрочем, чего именно.
Куда я пойду сейчас и не придется ли меня хватать за рукав, чтобы довести до милиционера, стоящего в тени от козырька рядом с высокими дверями в здании.
Рядом с красной табличкой на стене около дверей, на которой наверняка написано, что это горком ВКП(б) города Сталинири.
Да, теперь пора подумать, что делать дальше?
Шагнуть в высокие двери и попасть в прохладный вестибюль, где меня встретит кто-то из работников горкома, какой-то дежурный сотрудник. Обратиться к нему со странной просьбой, ссылаясь на полную секретность?
Время к пяти вечера, кто там остался в горкоме – мне не известно. Наверно все отдыхают перед ночной сменой, чтобы встретить ее во всеоружии. Вождь работает по ночам и не оказаться на месте во время звонка сверху – это почти приговор партийному чиновнику.
Вполне возможно так поступить, главное, чтобы мне с первым секретарем горкома как-то встретиться и поговорить по душам без лишних свидетелей.
Или уйти с площади, добраться до железнодорожной станции и уехать в Гори, на родину сами знаете кого?
Чтобы оттуда махнуть уже прямиком в Тбилиси? Там совсем недалеко будет.