Я попала в злую свекровь (СИ) - Вострова Екатерина (читаем книги онлайн бесплатно полностью без сокращений .txt, .fb2) 📗
Когда молочные строчки высохли и письмо стало выглядеть совершенно безобидно, я передала его Прасковье. Это оказалось куда тяжелее, чем я представляла. Все время, пока объясняла ей, что хочу тайно связаться с отцом, я всматривалась в знакомое лицо и пыталась понять, действительно ли эта женщина желала меня убить?
– Нужно, чтобы князь ничего не узнал, – сказала я, протягивая ей сложенный лист. – Сможешь передать отцу так же, как делала раньше?
– Смогу, матушка-княгиня, – та спокойно взяла письмо. – Не в первый раз.
Впрочем, такой ее ответ еще ничего не доказывал. Она и раньше могла передавать письма Мстиславу, причем не за спиной, а по приказу прежней Ярославы. С другой стороны, если Прасковья действительно причастна к пожару, то я вполне понимала, откуда могла взяться ее ненависть. Эта женщина столько лет хранила верность княгине, а в самый страшный момент не получила от своей госпожи даже такой малости, как помощь лекаря для сына.
Да, конкретно я была не виновна, но в глазах Прасковьи никакой другой Ярославы не существовало. И от мысли, что теперь именно мне приходится улыбаться ей и делать вид, будто ничего не знаю, было физически неприятно.
Когда письмо ушло, нам оставалось только ждать. Первые несколько дней прошли на удивление спокойно. Родион в тайне от всех понемногу поправлялся, сгоревшее крыло разбирали, Михаил со старшими сыновьями готовились к возможному приезду моего отца, а Прасковья продолжала заниматься обычными делами. Я тоже разговаривала с ней как прежде, хотя каждый такой разговор теперь оставлял неприятное чувство. Мне все еще очень хотелось верить, что мы ошибаемся и она не виновна.
После пожара я так и осталась в спальне Михаила. Мои покои все равно сгорели, а искать мне другое место муж, похоже, даже не собирался. Я тоже не возражала. На пятый вечер я легла довольно поздно, но Михаил так и не пришел. Сначала решила, что он опять засиделся с Павлом или Всеволодом, однако время шло, а рядом по-прежнему оставалось пусто. В конце концов мне надоело ждать, и я отправилась его искать.
Приставленный ко мне дружинник, конечно, тут же последовал за мной. До кабинета мы дошли вместе, но у двери он остановился и остался ждать снаружи. Внутри еще горел свет. Я тихо открыла дверь и вошла.
Михаил сидел один за столом. Перед ним стояли кувшин и уже почти пустой кубок, а рядом лежал черновик моего письма Мстиславу. Похоже, ожидание действовало на мужа совсем не так спокойно, как мне до этого казалось.
Я несколько секунд постояла у двери, разглядывая мужа. Волосы растрепались, верхняя застежка рубахи была расстегнута, а взгляд казался усталым и каким-то непривычно тяжелым.
– Надеюсь, ты не собирался допить весь кувшин в одиночку? – спросила я, закрывая за собой дверь.
– Собирался, – честно ответил он и потянулся к кувшину.
Я подошла к столу и перехватила его руку.
– Яся, не мешай. – хмуро произнес он.
– Нет. – Я отставила кувшин подальше и посмотрела на кубок. – Сколько ты уже выпил?
– Недостаточно.
Это мне совсем не понравилось. Я села напротив, но Михаил почти сразу отвел глаза к лежащему на столе черновику.
– Это из-за него? – спросила я, хотя ответ был очевиден.
– Просто решил отпраздновать письмо жены, в котором она обещает помочь собственному отцу меня убить, – с горечью усмехнулся Михаил.
Я хотела что-то ответить, но нужных слов так и не нашла. Михаил, похоже, и не ждал их и продолжил сам:
– Я знаю, что оно ненастоящее, – он устало потер лицо ладонями. – Не надо объяснять мне еще раз. Я сам согласился на этот план, сам сидел рядом, пока ты писала. Разумом я все понимаю.
Я осторожно коснулась его плеча. Михаил поднял лицо и посмотрел на меня.
– Я много лет убеждал себя, что мне безразлично, любишь ты меня или ненавидишь. Мы жили в одном доме, растили сыновей, иногда делили постель, а остальное меня якобы не касалось. Так было проще. – Он помолчал и нахмурился. – Может, если бы я раньше хоть раз попытался увидеть в тебе то, что вижу сейчас, все сложилось бы иначе.
Он посмотрел на меня, и в его взгляде было что-то такое, от чего мне захотелось немедленно сменить тему. Потому что я знала то, чего не знал он. Никакую прежнюю Ярославу он не проглядел. Просто той женщины, которую Михаил видел перед собой сейчас, тогда здесь не было.
– А теперь мне снова хочется возвращаться в постель к жене по вечерам. Хочется знать, где ты, что ты опять задумала, с кем спорила. Почему смеешься. Мне вдруг стало важно, что ты чувствуешь ко мне.
– Говоришь, что хочешь возвращаться, – заметила я. – Вот только сегодня то я тебя так и не дождалась.
Он помолчал, потом провел пальцем по краю листа перед ним.
– Я просто боюсь, что все это ненадолго, Яся, – наконец сказал он. – Что однажды ты передумаешь. Снова решишь, что отец тебе ближе, что я тебе не нужен, и все вернется к тому, как было раньше.
Шутить мне сразу расхотелось.
– Ты правда думаешь, что я могу тебя предать?
– Нет, – неожиданно ответил Михаил и поднял на меня глаза. – В том-то и дело, что сейчас не думаю, верю тебе сам не знаю почему. А потом смотрю на это проклятое письмо… – Он помолчал и с досадой добавил: – Сколько таких писем ты уже писала раньше... Только тогда рядом я не сидел…
Он замолчал, будто только сейчас понял, что сказал вслух.
– Ладно, не бери в голову, – Михаил поморщился и потянулся за кубком, но почти сразу сам же отодвинул его. – Кажется, я совсем с ума сошел.
Я же лишь покачала головой. Что бы я сейчас ни чувствовала и сколько бы раз ни доказывала, что не собираюсь его предавать, прежняя Ярослава действительно могла писать отцу такие письма. Упрекать его за сомнения я не имела никакого права.
Поэтому вместо ответа я просто встала, обошла стол и обняла его. Михаил обхватил меня за талию и прижал к себе. Я уткнулась лицом ему в плечо и несколько секунд мы просто молчали.
– Обещаю, я тебя не предам. – А затем я наклонилась и поцеловала его.
Он ответил сразу, будто только этого и ждал. Сначала поцелуй был осторожным, но ненадолго. Его ладонь легла мне на затылок, вторая сильнее притянула за талию, и через несколько секунд я уже совершенно забыла и про письмо, и про Мстислава, и про стоящего за дверью дружинника.
Михаил резко поднялся, заставив меня отступить к столу, одним движением сдвинул в сторону бумаги, кубок и все, что мешало, а потом подхватил меня за талию и усадил на край.
– Михаил! – успела возмутиться я, когда кувшин покачнувшись упал таки на пол.
– Потом подниму, – коротко ответил он и снова меня поцеловал.
Спорить дальше почему-то совершенно не хотелось. Я обхватила его за шею, притягивая ближе, а муж встал между моих коленей и целовал уже так, что все мысли окончательно разбежались.
Руки его скользнули ниже, уверенно обхватили бедра, приподняли меня чуть выше. Я обхватила его ногами, притянула ближе, и ткань моего платья задралась почти до пояса. Прохладный воздух коснулся кожи, но тут же его сменил жар его ладоней.
— Яся… — выдохнул он мне в губы, и в этом шепоте было столько сдержанной жадности, что по спине пробежала дрожь.
Я сама потянула завязки его рубахи, раздвинула ткань и провела ладонями по груди, по крепким плечам, по напряженным мышцам. Стол под нами тихо скрипнул. Он одной рукой поддерживал меня, второй с силой сжал бедро, притягивая еще ближе, так, что, между нами, почти не осталось пространства. Я отвечала тем же, двигаясь ему навстречу, вцепляясь в его волосы, оставляя на его коже красные следы ногтей.
Судя по всему, возвращаться сегодня в спальню мы собирались еще нескоро.
После той ночи жизнь стала почти обычной. За завтраком спорили из-за каких-то хозяйственных мелочей, Марфа жаловалась, что Павел слишком опекает ее и не дает даже лишний раз во двор спуститься, Олег таскался за Ярой, по поводу Всеволода лекарь мне шепнул, что прописал ему какие-то травы «для мужской силы», а я то и дело ловила себя на том, что прислушиваюсь к каждому шуму за воротами. Стоило загрохотать колесам или послышаться копытам, как первая мысль была одна и та же: приехал.
