Ошибка неофита - Леонов Николай (книги без регистрации бесплатно полностью сокращений txt, fb2) 📗
– Лев Иванович, – назвался Гуров. – Приятно познакомиться.
– Мне тоже. Не желаете присесть? – Задорная усмешка обнажила два ряда идеально ровных, белых зубов.
По случаю теплой погоды женщина была одета в горчичного цвета джинсы и легкую кожаную куртку, наброшенную поверх черной майки. Длинные вьющиеся темно-рыжие волосы Катерина подняла и скрепила заколкой. Но отдельные непослушные пряди выбивались из прически и обрамляли овальное лицо с правильными чертами, четко очерченными губами и огромными черными глазами с густо накрашенными ресницами.
Екатерина Строгонова обладала той самой классической красотой, которая со временем не тускнеет, а лишь приобретает новые черты. Какой-нибудь критик, пожалуй, мог бы назвать эту женщину немного полноватой. Но это мог бы сказать лишь поборник современного эталона красоты, воспевающий худобу, порой граничащую с анорексией.
Они присели за столик.
– Можешь не притворяться, – сказала Мария подруге и состроила комичную гримасу. – Я уже призналась Леве, что мы подстроили эту встречу. Он меня расколол практически с ходу.
– Простите, что порчу вам выходной, Лев Иванович, но это очень важно.
– Я всегда готов помочь подруге жены.
– Вы тут общайтесь. Я постараюсь не мешать вам, тихонько полистаю меню, – проговорила Мария.
– Спасибо, дорогая. Итак, Екатерина Михайловна, я внимательно вас слушаю.
– Недавно погибла моя сестра, Галина Родионова.
– Родная сестра? – уточнил Гуров.
– Да, родная, младшая. Фамилии у нас разные, по мужьям. Я старше Галочки на семь лет и давно овдовела. Галина примерно с год назад наконец-то развелась со своим идиотом. Все пожить нормально собиралась. – Женщина замолчала, всхлипнула, моргнула несколько раз, словно порывалась заплакать, но с видимым усилием сдержалась. – В общем, отношения у них были отвратительные. Кроме того, развод оказался хлопотным и тяжелым. Ее бывший всегда виртуозно умел нервы мотать. Когда все это закончилось, она не захотела возиться с бумажками, менять документы, так и оставила его фамилию. Все шутила, что сейчас пребывает в активном поиске, обязательно найдет нормального жениха, выйдет замуж, тогда и сменит фамилию на другую, подыщет такую же звучную, как у меня.
– Понимаю. Скажите, Екатерина Михайловна, а что же конкретно случилось с вашей сестрой?
– После развода Галина вернулась к маме, в родительскую квартиру, которая находится в центре Москвы. Но недавно там случился потоп, соседи сверху сильно залили. Мама и сестра затеяли ремонт. Сначала казалось, что по мелочи, но потом он перерос в грандиозный, и жить там стало невыносимо. Они переехали ко мне до его завершения.
– Давно переехали?
– Да уже месяца три будет. Ремонт, он ведь как стихийное бедствие. Его куда легче начать, чем закончить. Впрочем, они меня совсем не стесняли. Мы с сестрой жили дружно, но, как ни странно, виделись лишь вечерами, да и то если обе вернемся с работы не слишком поздно. Мой дом напротив ресторана «Арагви». Там шашлык готовят очень вкусно, да и некоторые другие кавказские блюда, лаваш сами пекут. Мы там сидели несколько раз и семейной компанией, и с коллегами, и вдвоем с сестрой. Место бойкое, на всю Москву известное. Публика там бывает разная, если не сказать разношерстная, но если кто и буянит, то обычно все ограничивается скандалами с боем посуды, драками и полицией на десерт. А в тот вечер все произошло совсем по-другому. – Екатерина замолчала, сделала несколько глубоких вдохов, после чего продолжила: – В общем, так случилось, что Галина бежала мимо ресторана, торопилась на какое-то свидание. В этот самый момент в «Арагви» произошла перестрелка. Бандиты чего-то не поделили, наверное. Сестра погибла на месте. Пуля попала ей прямо в сердце.
– Да, эта информация проходила по сводкам, – сказал Гуров. – Там действительно произошла бандитская перестрелка.
– В полиции ее даже назвали разборкой в стиле девяностых, сказали, что пострадали и другие случайные прохожие, заявили, что они будут разбираться с этим. Я, разумеется, понимаю, что прошло не так уж и много времени, но следователи нам ничего конкретного не говорят. Взяли показания один раз, вот и все. Да и то лишь у мамы, меня даже не вызывали. Вы ведь понимаете, Лев Иванович, мама нервничает, задает вопросы. Да и я лишилась сестры, самого близкого, родного человека, и хотела бы знать, почему это произошло и кто конкретно виноват в жутком кошмаре, постигшем нашу семью.
– Я вполне понимаю вас, – сказал Гуров, немного помолчал и продолжил. – Закон гласит, что вы в этой трагической истории являетесь пострадавшей стороной и можете нанять адвоката. Он будет общаться со следователями, которые ведут дело. Они передадут ему всю информацию, не являющуюся тайной следствия.
– Конечно, это можно сделать, – сказала женщина и согласно кивнула. – А можно попросить вас, Лев Иванович, узнать подробности лично? Понимаете, вам я доверяю, ведь вы не только муж моей хорошей подруги, но и прославленный следователь, от внимания которого не ускользнет ничто по-настоящему важное. Пожалуйста, помогите нам, если это возможно, конечно!
– На первый взгляд, все то, что произошло с вашей сестрой, похоже на несчастный случай. Ее гибель вроде бы явилась результатом определенного стечения обстоятельств. Но для того чтобы делать какие-то твердые выводы прямо сейчас, у меня слишком мало информации. Кроме того, вам ведь важно знать, на каком этапе находится расследование и что уже стало известно моим коллегам.
– Да, конечно.
– Поэтому давайте поступим вот как. Завтра, в понедельник, я узнаю, кто именно ведет следствие, и пообщаюсь с этими ребятами, потом уже, когда буду знать что-то конкретное, свяжусь с вами.
– Хорошо, спасибо. Обменяемся телефонами? – Екатерина заметно оживилась.
– Да, конечно. – Гуров полез в карман за мобильником.
– Или, быть может, вас не затруднит подъехать к нам с мамой вечерком, после работы?
– Хорошо, тогда диктуйте еще и адрес.
После этого Екатерина рассыпалась в благодарностях и начала прощаться.
– Погоди, Катюша, не убегай так сразу, побудь с нами немного. Закажем чего-то вкусненького, посидим, может, выпьем по бокальчику, – начала уговаривать подругу Мария.
– Спасибо, ребята. Я и так уже испортила ваш выходной день. К тому же заранее пришла сюда, нервничала, все упустить вас боялась. Пока ждала, успела слопать горячий бутерброд и кофе с огромным пирожным, а ведь пытаюсь сдерживаться в еде, чтобы совсем не разнесло. Странно, есть ведь люди, которые во время стресса худеют, и им буквально кусок в горло не идет. Я же, наоборот, готова жевать все, что не приколочено. За пару месяцев могу поправиться так, что весь гардероб менять придется. Знаю это по тому году, когда овдовела.
– Да ладно, останься, побудь с нами немного. Ну ее, эту фигуру. Потом сделаем разгрузочный день, а сейчас тебе не помешает немного развеяться.
– Нет, спасибо. Это, конечно, заманчиво, но я все же побегу домой. Не хочу маму оставлять надолго одну без особой на то необходимости. Тем более в выходной день. Она очень переживает и постоянно плачет. У меня хоть работа есть. Во время суеты съемочного процесса мне, порой, удается совсем забыться. Мозг вроде как перезапускается, становится немного легче. А что делать ей, бедной пенсионерке? Только сидеть в четырех стенах, плакать, перебирать старые фотографии и ждать новостей. Еще раз спасибо вам, Лев Иванович, за то, что вы не оставили нас в беде. Нам с мамой очень важно знать все подробности.
– Пока не за что. До встречи, Екатерина Михайловна.
Вместе со Строгоновой из-за столика поднялась и Мария.
– Погоди, Катюша, я тебя немного провожу, – сказала она. – Левушка, а ты пока полистай меню и, если хочешь, сделай заказ. Я быстро.
Мария вернулась минут через двадцать.
Было уже далеко за полдень, и солнце стало потихоньку клониться к закату. Здесь, вблизи воды, значительно посвежело. Сразу вспомнилось, что на дворе конец ноября, осень почти закончилась, и скоро наступит зима. Теплые дни в это время года не только редки, но и коротки.
