Долг человечества. Том 6 (СИ) - Попов Михаил Михайлович (книги серия книги читать бесплатно полностью txt, fb2) 📗
— Слушай сюда, ты, кусок дерьма, — ледяным тоном и едва сдерживая омерзение произнесла Катя. — Здесь ничего такого, что делало тебя важным человеком в прошлой жизни, у тебя нет, уясни это. Если бы ты сказал мне такое, пробыв тут несколько дней, а не полдня, как сейчас, я бы без сомнений перерезала тебе глотку. Ты меня понял?
— Да как ты смеешь! — Захрипел мужик, брызгая слюной.
— Вот видишь? — Нудел Илья, кивая на разъяренного жиробаса. — Вот то, что происходило и у нас, появляются вот такие паразиты и садятся на шею. Нам бойцы нужны, а не вот это.
— Илья, закройся, — рявкнула Катя, теряя самообладание, — у Марка есть план, я ему доверяю.
— Какой план⁈ — Никак не успокаивался Муромец. — Тащить на своем горбу вот этого обмудка, который привык ездить на чужом, свесив свои, сука, жирные ножки?
— Я… я тебя! — Мужик едва ли не кинулся с кулаками, но поймав суровый взгляд исподлобья, струсил, а вспышка гнева потухла сама собой.
— Народ, — негромко сказал я своим, кто вошел в стены укрепления вместе, — идите отдохните, умойтесь, обсушитесь. Егор, ради всего святого, уведи свою питомицу в правое крыло крепости и не выпускай, пока не обвыкнется. Лоток сам смастеришь, ясно?
— Да-да, мы пойдем. — Закивала Ира, уводя парня вглубь здания.
Народ в общей массе, стоявший на переднем дворе, расступился, стоило мне появиться. Рыхлый толстяк, похоже, моего прибытия не заметил, выкрикнул что-то обидное и матерное в адрес Ильи, набравшись храбрости, а тот легонько толкнул его в грудь, да так, что мужик плюхнулся на задницу прямо в лужу. Тут-то я и появился.
— Я депутат заксобрания, как смеешь ТЫ, — он выплюнул это местоимение, — прикасаться ко мне хоть пальцем!
— Встань, депутат. — Скомандовал я холодно, встав непротив Кати и Муромца.
Он не пошевелился, лишь тупо замотал головой. Я шагнул к нему, схватил его за грудки и потянул, ощущая, как трескается его мантия, но окончательно не рвется. Тяжелый же боров, но ярости от увиденного хватило его приподнять.
— Слушай меня внимательно, ты, слуга народа, — процедил я ему в лицо, нависая, — тебе было сказано четко, ничего из твоего здесь нет и не будет, все там осталось. Тут тебе придется заслужить заново свой статус и регалии, но учитывая, какое ты дерьмо на первый взгляд, ты просто сдохнешь. И знаешь, едва ли я буду этому препятствовать. А жить захочется — засунь в задницу свою гордость и требования, предварительно сверни их трубочкой, и подчиняйся. Если хоть раз услышу твой поросячий визг, пеняй на себя.
Я отбросил мужика обратно в грязь, отряхнул руки брезгливо, словно и впрямь держал в руках кусок сала, а затем обернулся к своим офицерам.
— Так, — начал я вносить ясность в происходящий сумбур, — мне совершенно не нравится этот разброд.
— Марк, я… — Пискнула Катя.
— Что?
— Я не справляюсь, слишком… слишком много всего, рук не хватает, все валится, все слишком быстро меняется. — Сгорбилась она, признавая в моменте свою слабость.
— У тебя есть десять человек, которые вполне отвечают за свои роли. Среди них и ты, кстати, — я зло, но для проформы, нежели всерьез ругался, глянул на Илью, — тоже не справляешься?
Илья смолчал, и мне пришлось продолжить.
— Значит теперь будет так. — Уже обращаясь ко всем присутствующим я проговорил. — Илья, отвечаешь за военную часть нашей фракции в полном объеме. Тебе в напарники бери Владимира, у вас равные полномочия. Выясни всех боеспособных и просто крепких, и начни, наконец, делать свою работу! Я видел, ты уже начал, так чего буксуешь на месте? Работай! Тебе карты в руки, а если боишься ответственности, я назначу исполнителя получше. Или не боишься? Принимать решения, от которых будут зависеть жизни? Если так, то делай дело и не прячь голову в песок! Потому что я сходил и НАШЕЛ пропавших Егора и Владимира. Час у тебя есть, чтобы тет-а-тет дать мне прямой ответ, час. Ты меня понял?
Муромец опешил от такого напора, его желваки дрогнули, но военная выправка и прошлое в четкой вертикали власти сделали свое дело. Он коротко кивнул, и хорошо хоть воинское приветствие не выкинул, по старой привычке.
— Принято, командир. Сделаю. — Развернувшись, он ушел поднимать «депутата» и оттаскивать его в толпу, чтобы не мешался в луже.
— Катя, ну чего ты раскисла? — Уже спокойнее я обратился к своей заместительнице, так, чтобы наш диалог не стал достоянием общественности.
— Да не знаю я, что-то… у нас куча голодных ртов, Виолетта и Каролина зашиваются на кухне чуть ли не круглосуточно. Я туда еще двоих новеньких направила на помощь, так встала проблема что места всем не хватает и душно. Валюту, что ты дал, я почти всю на экипировку разведчиков спустила и на продукты, потом вода кончилась, всем же надо выделить, пошла раздачу организовывать, как у меня кто-то флягу своровал, я даже не заметила, пока пыталась найти воришку, полдня прошло, потом этих идиотов пропавших не было, я пыталась найти людей кто на поиски пойдет, но следопыты все на разведке, в итоге сама поперлась, просто голову проветрить, потом ты наорал еще…
Вот это ее прорвало. Что ж, она на грани, как я погляжу. Видимо, слишком многого я хотел от пусть закалившейся, но все еще хрупкой девчонки.
— Послушай, — сказал я мягко, — во-первых ты молодец, вся операционная деятельность буквально висит на тебе. Но когда я назначал тебя своим замом, я не хотел, чтобы ты единолично сама со всем справлялась. У тебя много людей, которые могут принять часть нагрузки. Делегируй ниже. Варю припахивай, пусть новичками занимается, Лизу, сестер, Егора и Владимира, да всех. Скинь нагрузку, ты не обязана за все отвечать. Ты не исполнитель, ты человек, делящий в этой фракции одно со мной место. Место руководителя. А получается, что ты просто сама копаешься во всем этом, вот и зашиваешься. Во-вторых, держи меня в курсе всех операционных проблем, сядем с тобой, вот обещаю, выделим целый день, заведем бумаги и журналы, и все обсудим, чтобы был вектор.
— Я поняла. — Катя мгновенно подобралась, утерла слезинку из-под глаза, быстро и небрежно, словно не желая показать своего состояния. — Все поняла, сделаем.
Я свистнул одного человека из толпы новичков, подозвал к себе и сказал, чтобы он нашел Бориса внутри крепости и привел сюда. Парнишка убежал.
— Слушайте меня все! — Обратился я к толпе, и мой голос разнесся над лагерем. Я шагнул в центр. — Меня зовут Марк Орлов, кто этого не знал. Вся наша жизнь пошла в один день под откос, только мы тут уже месяц, а вы считанные часы и дни. Я знаю, вы напуганы, я знаю, что вы не понимаете, что происходит, и хотите домой. Но дома больше нет.
Толпа стала одним большим ухом.
— Здесь не только я уже месяц, те люди, которых вы уже видели, которые привели вас сюда, которые дали еду. Мы поможем по мере сил. Но гуманитарных миссий больше нет, нет концепции прав человека, нет закона, осталась только шаткая мораль, на которую я, как лидер этой фракции, опираюсь при принятии решений. Такого, как вот с тем, — я бросил взгляд на перепачканного в грязи депутатишку, — в своих стенах я не потерплю. Но для начала я должен был донести до вас эту информацию, а так же черту, которую переходить нельзя. Во второй раз такого снисходительного отношения не будет. Воровать тоже нельзя, здесь это будет караться самым строгим образом. Мы не будем искать тот бурдюк, но пойманный следующий вор будет казнен, я клянусь в этом. Запрет воровства существует еще и потому, что в нем банально нет нужды, каждый будет обеспечен всем, от еды и воды до одежды и спального места. Но придется работать. Придется ПЕРЕЖИТЬ случившееся, принять его, и начать мыслить рационально.
Я выдержал паузу, обводя присутствующих тяжелым взглядом. Невольно, я просто сильно устал за сегодня.
— Вы оказались в замкнутой экосистеме, которая работает. Вы можете принять эти правила и стать ее частью. Если нет — на выбор есть еще два поселения здесь, с другими лидерами. В одном из лагерей бушует эпидемия и присутствует нехватка всего, в другом выстроена диктатура и рабство. А можно стать закуской кого-то, кого некоторые уже видели, а кому-то только предстоит. Здесь новые правила, и как раньше уже не будет.
