Бездарный учитель (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович (хороший книги онлайн бесплатно .TXT, .FB2) 📗
— Уважаемый, стрелять в меня нет никакого смысла. Ни за меня, ни за девочку вам уже не заплатят. Ваш хозяин мертв. Живор слетел с катушек и свернул ему шею. А после этого он голыми руками забил остальных охранников, хоть они и успели десяток раз выстрелить. Да и меня чуть не задушил, но не успел, потому что подох, — выдал я, сам поражаясь своей говорливости. — Хотя один из ваших коллег может выжить, мы же все-так в больнице.
— Кто? — тут же спросил побледневший охранник и даже опустил оружие, чем сильно меня порадовал.
Я нахмурился, честно пытаясь вспомнить внешность пострадавших от ярости Живора. Тогда мне было как-то не до этого.
— Тот, что совсем лысый.
Похоже, я сказал что-то не то, потому что мой нервный собеседник снова поднял оружие:
— В сторону!
— Да без проблем, — попытался улыбнуться я, от чего у бедолаги даже щека дернулась.
Едва путь оказался свободен, охранник пулей выскочил из палаты.
Ну и слава богу! Теперь бы еще справиться со второй проблемой. Алина сжалась комочком у изголовья кровати и смотрела на меня как на демона. Мне даже захотелось глянуть в зеркало.
Ну и что делать? Я перевел взгляд на Веру Ильиничну и усилием воли заставил мозг развить хотя бы половину заявленной производителем мощности. Что там говорила Зиза о докторе? Информация к нам пришла через вторые руки, но хоть что-то. Детей вроде нет. Недавно развелась, да и на работе какие-то проблемы. Ладно, попробуем:
— Вера Ильинична, скажите, вас в этом городе что-то держит?
— Что? — ошарашенно спросила женщина.
— Нам нужен врач, который поможет Алине понять, как устроен человеческий организм и как его лечить без вреда для себя. А еще в Добром бору есть такие же способные дети, и они тоже нуждаются в педиатре. Поверьте, работы у вас будет больше, чем здесь, а жизнь я вам обеспечу интересную и комфортную. Увы, времени на раздумья у нас нет, так что решать нужно быстро.
Я думал, что она не справится, но женщина с трудом оторвала от меня взгляд и перевела его на Алину. Похоже, увидела там что-то важное и, резко тряхнув головой, сказала:
— Я готова. — Затем обратилась к девочке. — Алиночка, нам нужно срочно уезжать.
— А как же мама? — пискнула немного пришедшая в себя юная магиня.
— Позже мы ей обязательно позвоним.
Вера Ильинична быстро помогла подопечной пересесть в коляску, которая была еще здесь. Я же, увидев на полу бутылочку, в которой раньше сидел Шалун, почему-то решил прихватить ее с собой. Нагнулся и, похоже, зря это сделал. Бутылочку все же поднял, но, когда разогнулся, понял, что все эти приключение не прошли для меня даром. Все тело болело и явственно ощущалось вращение планеты. Я посмотрел на сидящую в коляске девочку и сказал:
— Алина, можно я повезу тебя? Мне нужно на что-то опереться.
В глазах ребенка произошла метаморфоза — страх сменился сочувствием. Может, раньше я выглядел жутко, но сейчас у меня был вид побитой собаки. Поэтому неудивительно, что, когда я шагнул ближе, девочка подняла руки и потянулась ко мне. Догадаться зачем, было нетрудно.
— Не-не-не, — мотнул я голову, чем ускорил вращение планеты. — Со мной все хорошо, а тебе пока не стоит напрягаться.
Усилием воли изобразив бодрость, я ухватился за ручки коляски и выкатил ее в коридор. Вера Ильинична шагала впереди, раздавая приказы и по телефону, и напрямую попадавшемуся на пути персоналу. Она же резким наездом утихомирила прибежавшего охранника больницы и двух ретивых санитаров. Наконец-то мы оказались в лифте, а еще через несколько минут выбрались из больницы.
Никита, увидев нашу компанию, нахмурился и побежал навстречу. Подхватив меня под руку и проглотив явно застрявшей в горле ком, он выдавил из себя:
— Красавчик!
Я в ответ криво ухмыльнулся и согласился:
— А то.
Вера Ильинична перехватила коляску, и мы наконец-то добрались до скорой помощи. Врач продолжила командовать и заставила меня лечь, устроив Алину на боковом сиденье. Пока возились, к скорой подбежала встревоженная медсестричка с объемной сумкой в руках и передала ее Вере Ильиничне:
— Поехали! — скомандовала женщина и тут же принялась осматривать меня.
Никита спорить не стал и сорвал машину с места. Затем даже умудрился включить сирену, так что по городу мы мчались с ветерком и светомузыкой. С одной стороны, не хорошо без причины врубать экстренный режим. С другой — здоровым меня точно не назовешь. Так что нам немножко можно.
Пересадка в «бобик» прошла быстро и без проблем. Обратный путь даже после победы радостным не был. Меня неплохо так растрясло, ведь «бобик» совершенно не предназначен для перевозки раненых. Впрочем, по словам Веры Ильиничны, раненым меня называть можно было с большой натяжкой — максимум легкое сотрясение и несколько синяков. Спорить я не стал, хотя чувствовал себя так, словно меня пожевал и выплюнул дракон. Интересно, а драконы существовали? Может, где-то в горах до сих пор отсыпается какой-нибудь Смауг? Вот такие мысли и лезли голову, прерываясь лишь на злобное шипение и мысленно произнесенные маты, когда машину сильно болтало.
В Доброборе наше возвращение встретила целая делегация. А уж какой фурор вызвал мой триумфальный выход из машины! Ведь одежда была та же что и в больнице, а синяки и подавно. Я, конечно, предполагал, что будет нечто подобное, но все равно был удивлен реакцией Лены.
— Леша! — как-то слишком уж надрывно закричала она и рванула ко мне, но, приблизившись почти вплотную, нерешительно остановилась, не зная, как себя вести. Затем то ли решила обыскать, то ли проверить, все ли конечности на месте. Закончила осмотр поглаживанием по щекам и покрытием оставшихся относительно здоровыми частей лица поцелуями.
Приятно, конечно, но, как любят говорить самые шебутные из моих учеников, палевно. Мягко остановив нежное буйство подруги, я взглядом нашел Женьку. Парень стоял напряженный как струна. Кулаки сжаты, а на щеках играют желваки. Лена испуганно ойкнула, понимая, как оплошала, и не придумала ничего лучше, чем обнять меня и спрятать лицо на груди. Я же продолжал смотреть на юного мага, ожидая, что он может вспыхнуть в любую секунду. Причем в буквальном смысле этого слова. Но не вспыхнул. Загоревшиеся оранжевым глаза погасли. Пламен немного ссутулился и посмотрел на нас уже не так яростно. Затем то ли кивнул, то ли раздраженно дернул головой и ушел к озеру.
Ну что же, будем считать это добрым знаком.
Из-за почти семейных разборок завертевшийся вихрь суматохи оставил нас с Леной немного в стороне, но тут же подхватил и затянул к остальным. Новых жильцов нужно было срочно разместить. Несмотря на недовольство надувшейся Марины, мы добавили в ее комнату еще одну кровать, где тут же и уснула Алина. День был очень трудным, особенно для ребенка.
Веру Ильиничну пока поселили в гостиной за быстро возведенный временной выгородкой. И только после этого очень «своевременно» в мою голову пришла мысль — на фига я так вцепился именно в бревенчатую избу? Понятно, что данное Колывану обещание нужно было выполнить, но это не значит, что и дальше стоит строить в таком затратном как по деньгам, там и по времени стиле. Николай Николаевич говорил, что они делают и панельные дома, хоть и с помощью специалистов со стороны. Так что нечего рассусоливать. Нужно заказывать сразу три таких домика — два для детей и один для учителей. А может, и все четыре.
Вечером, когда постоянные обитатели Добробора уже привычно собрались возле костра, я все еще гонял в голове эти мысли и вдруг улыбнулся. Как же хорошо заниматься всего лишь директорскими рутинными делами, не ломая голову, как похитить еще одного ребенка или выжить после встречи с какой-нибудь новой нечистью. А ведь раньше такая ответственность пугала до чертиков. Да уж, все действительно познается в сравнении.
Эпилог
Думал, уснуть не получится, но то ли привык к вечной суматохе и напряжению, то ли за день накопилась усталость. В общем, ожидаемый звонок вырвал меня из глубокого сна и ответил я крайне недовольным тоном:
