Сумрак - Vey Eka (книги серия книги читать бесплатно полностью txt, fb2) 📗
Она сделала шаг, остановившись у этой границы, где взгляд зацепился за фреску на стене, на которой изображены две руки, тянущиеся друг к другу, но разделённые пропастью.
– Ты узнаешь всё позже, – прошептал Архитектор, стоявший рядом. – Время не пришло.
С этими словами он указал на дверь, которая вела на выход из замка. Эми шагнула через линию, чувствуя, как этот шаг делает её уязвимой. В её голове ещё звучал его шепот, а сердце наполнялось странной тяжестью.
Глава. – Район Похоти – «Страсть».
Они вышли из Башни в тишину. Небо было затянуто тусклыми облаками, но не было ни ветра, ни дождя – только глухое, неподвижное ожидание. Архитектор шёл впереди, его шаги были ровными, будто он знал дорогу наизусть. Эми следовала за ним, всё ещё чувствуя на себе невидимую тяжесть той линии, через которую она переступила.
Перед ними раскинулся мост, ведущий через Реку Двойственности. Вода под ним сверкала и переливалась, как жидкое зеркало. То она становилась ослепительно светлой, почти золотой – в такие моменты казалось, будто в глубине её струй сплетаются лица любимых, детские смехи, отблески надежд. Но стоило моргнуть – и вся река темнела, превращаясь в чернильную гладь, где скользили очертания искажённых теней, страха, боли и одиночества. Образы появлялись и исчезали, как сон на грани пробуждения.
Архитектор остановился у перил и посмотрел вниз.
– Здесь многие теряли себя, – тихо произнёс он. – И немногие находили.
Эми подошла ближе. В её отражении в воде мелькнула чужая улыбка – слишком знакомая, чтобы быть случайной. Она вздрогнула.
– Когда-то здесь шёл мальчик, – начал Архитектор, не глядя на неё. – Он был добрым, любознательным, но слишком уж доверчивым. Он смотрел в реку и увидел там себя – таким, каким хотел быть. Умным, сильным, любимым. Река показала ему мир, в котором всё получалось легко. Где никто его не отвергал. Где его любили просто так.
Он замолчал на секунду, словно вспоминая.
– Он поверил. И шагнул в воду. Думал – доплывёт до берега, где его мечта станет реальностью. Но река не терпит слепой веры. Она питается ею.
Эми прищурилась, пытаясь разглядеть, есть ли на дне тот мальчик. Или хотя бы след его.
– Он утонул? – спросила она.
– Почти, – ответил Архитектор. – Его вытащили. Но он уже не был тем же. Больше не верил реке. И себе – тоже.
Он наконец повернулся к ней.
– Река отражает то, что внутри тебя. И если ты не знаешь, кто ты – она покажет тебе того, кем ты боишься быть.
– А если знаешь?
– Тогда ты просто проходишь по мосту. Не оглядываясь. Не слушая голосов в воде.
Эми снова взглянула вниз. И в глубине вдруг увидела себя – но не такую, как сейчас. Там была Эми, смеющаяся и безмятежная. С кем-то рядом. Возможно, с тем, кого она когда-то потеряла. Или с тем, кого ещё не встретила.
Она отвернулась.
– Пойдёмте, – сказала она.
Архитектор кивнул. Они шагнули на мост. В лёгкой тишине, нарушаемой только журчанием воды под ногами.
Архитектор заговорил, как будто продолжая мысль, которую не договорил:
– Город начинается здесь. Он – как зеркало той самой реки. Только глубже. Страшнее.
Эми чуть нахмурилась, останавливаясь на краю мостовой.
– Он ведь… живой, да?
– Не совсем, – тихо усмехнулся Архитектор. – Он скорее – полуживой. Как человек, забывший, зачем он живёт. Или зачем умер.
– Сумеречный Город расползается от Замка Раздора, будто чудовище, раскинувшее свои щупальца. Четырнадцать районов – по семь на каждую сторону. Грех и Добродетель. Один за другим. Словно два сердца, которые бьются не в унисон, а в борьбе.
– А мы идём в район Похоти или что-то наподобие?
– Я провожу тебя пока только к нему. Дальше ты сама продолжишь путешествие по СВОЕМУ району, – сказал он, нарочно выделяя слово, которое пугало Эми.
– Скоро ты увидишь: каждый район – не просто место. Это ощущение. Это решение. Это выбор, когда ты думаешь, что выбора уже нет. Там живут Долоровцы. И Сияющие. Но есть и третьи – Сумеречные.
– Сумеречные?
Архитектор кивнул, сдержанно:
– Те, кто выбрал не выбирать. Кто предпочёл навсегда остаться здесь. Они сняли с себя вину, как старую одежду, – и надели вместо неё маски. Теперь они не знают, где заканчивается маска, и начинается их лицо.
– Они… были как мы?
– Да. Когда-то. Кто-то из них был Долоровцем, но решил не выполнять задания, никогда не узнавать, что с ним было, отдался полностью своему греху и просто живет. Или понял, все разгадал – и решил, что это не важно, Сумрак стал важнее по той или иной причине. Кто-то был Сияющим, но не смог или не захотел идти дальше. Отказался от права быть избранным. Они остались. Создали дома. Семьи. Работают. Растят детей.
Эми остановилась.
– Дети?
– Да. Дети от тех, кто уже не помнит, кто он. Представь, – он повернулся к ней, его голос звучал глухо, – ребёнок, рожденный от тени. От маски. От отказа. Он с самого начала не знает, что он – подделка. Он не был никем до того, как стал кем-то. Его форма задана Сумраком. И он не может выйти из него.
– Это… жестоко, – прошептала Эми.
– Это естественно, – отозвался Архитектор. – Для Сумрака. Здесь всё живёт по инерции. Всё – тени реальности. Даже чувства. Даже боль. Особенно боль.
– Они сами этого хотели, – продолжал он. – Им надоело сражаться. Надоело помнить. Надоело надеяться. Это город для уставших. Для тех, кто больше не хочет спрашивать «зачем».
– А Вы?
Архитектор не ответил сразу. Он шёл молча, пока они не подошли к проулку.
– Я не знал, кем был, и был ли вообще кем-то.
Он сел на край фонтана и посмотрел в воду, где не отражалось ничего.
–Я просто строил этот город вместе со Светоносным стражем, по приказу Высших сил, и ничего кроме Сумрака у нас с ним нет.
Эми подошла ближе, опустившись рядом.
– Вы не хотите уйти?
Он посмотрел на неё. В его взгляде был сумрак – не тот, что окружал их снаружи, а тот, что живёт внутри.
– Мы пришли, дальше ты сама. Добро пожаловать в «Страсть»!
Эми шагнула вперёд, и Сумрак, словно отступая, уступил место другому – куда более плотному, тягучему миру. Мир страсти. Воздух стал гуще, как будто его можно было пить – и он обжигал горло, оставляя на языке привкус цветов, дыма и чего-то… сладостно-гнилого. В ноздри ударил аромат экзотических лепестков, разогретых тел, томных духов. Всё вокруг пульсировало, как живое сердце.
«Добро пожаловать в Страсть», – прозвучал в голове голос Архитектора, но уже как отголосок сна.
Узкие улочки были украшены алыми и фиолетовыми тканями, развевающимися над головами, как ленивые языки пламени. Из окон текло тёплое сияние – неяркое, интимное, словно лампы здесь горели не на электричестве, а на вожделении. На стенах – фрески, гравюры, мозаики. Все – живые, едва шевелящиеся. Поцелуи, объятия, сплетённые тела.
На углу первого переулка – магазин с витриной, где манекены были облачены в одежду, скорее обещающую наготу, чем скрывающую её. Корсеты, цепочки, шёлковые маски, тонкие перчатки. За стеклом продавец с лукавым прищуром демонстрировал клиенту что-то, скрытое коробкой. Клиент смеялся – низко и жадно.
Чуть дальше – кинотеатр. Неоновая вывеска «In Carnem» (во плоти) вспыхивала, дрожа, словно пульс. На афишах – лишь силуэты, только намёки. А внутри, наверное, всё остальное. Эми не заглядывала туда. Пока.
На перекрёстке – аллея, покрытая лепестками цветов. Они светились в темноте, как бы приглашая: сорви меня. Но Эми знала: если сделать это с неправильным намерением – они увянут в руке, превратятся в пепел. Это место чувствовало желания, читало их, на самом дне.
Один из садов – почти скрытый за мозаичной аркой – пел звуками. Слышались стоны, хриплый смех, шёпот на всех языках, какие знала Эми. И на тех, которых не знала. Изнутри несло смесью благовоний и греха.
Зеркала – повсюду. Одно – на фонарном столбе, другое – в стене дома, третье – просто стоит у скамейки. Все они отражали не её лицо, а… желания. То, кем она могла бы быть, если бы позволила себе всё. То, что кто-то хотел бы в ней увидеть. То, чего она боялась.
