Оружейникъ. 1794 (СИ) - Ясинский Григорий (читать книги без сокращений txt, fb2) 📗
Один взял пистолет, повернул его замком к себе и нахмурился. Его товарищ потянулся за вторым. Я ждал знакомого вопроса о кремне, но оба пока молчали. Когда первый провёл пальцем по месту, где прежде находилась полка, я едва не улыбнулся. Вчера Беляев рассматривал оружие точно так же. Теперь он стоял рядом со мной и ждал, пока остальные разберутся.
Я оглянулся на Арсеньева. Он оставался поодаль со своими знакомыми, Ржевский стоял с другой стороны поляны. Всего нас набралось не больше десятка. Возле экипажа переминался пожилой лекарь с красным носом. Не хотелось думать о том, что его помощь здесь все-таки понадобиться, поэтому я перевёл взгляд на дорогу. У поворота стояла ещё одна карета, тёмная, с закрытыми дверцами.
Слова «дуэльная пара» в мастерской были для меня прежде всего названием заказа. Заказ требовалось закончить к утру, и я его закончил. Здесь Арсеньев то и дело переступал с ноги на ногу, а Ржевский слушал что-то, склонив голову к своему знакомому. Я пытался представить их на местах, которые укажут секунданты, и невольно искал, где буду стоять сам. В стороне, наверно. Достаточно близко, чтобы видеть, но достаточно далеко, чтобы ничем уже не помочь.
— Если мы всерьез рассматриваем эту пару, то необходимо произвести выстрелы из двух пистолетов, — потребовал один из секундантов Ржевского.
Беляев пожал плечами.
— Разумеется.
Я достал коробку с капсюлями. Проверять оба пистолета всё равно пришлось бы. Сам на месте Ржевского я тоже не согласился бы стреляться из незнакомого оружия только потому, что противник его хвалит. Но пока господа не возражали против самой переделки, да и мне самому хотелось поскорее показать, что она вообще работает.
— Сначала покажу порядок.
Секунданты освободили место у стола. Один придвинулся ближе и смотрел на мои руки, пока я готовил первый пистолет. Передав ему оружие, я остался рядом. Он осмотрел замок и задержал взгляд на пустом месте возле ствола.
— И всё?
— Всё.
— Просто взвести?
— Да.
У края поляны уже стояла приготовленная доска. Секундант поднял пистолет, а я следил за курком, стараясь не вспомнить вчерашнюю осечку. Чашечку я проверил, замок тоже. Господин нажал на спуск, тут же раздался выстрел.
Он опустил руку и сразу повернул оружие, даже не взглянув на доску. Снова осмотрел замок, затем что-то негромко сказал товарищу. Я не расслышал слов и посмотрел на Беляева, но тот уже передавал второй пистолет своему секунданту.
На этот раз я только наблюдал. Секундант Арсеньева подготовил оружие, а господин со стороны Ржевского сам установил капсюль. Мне хотелось проверить, как он сел, но я удержался, ведь люди должны были освоиться без моей руки над каждым движением.
Второй выстрел прозвучал так же быстро. Я забрал оружие и осмотрел оба замка. Всё было цело, поэтому можно было наконец заняться вопросами, которые мне задавали. Ещё ночью я мог задержаться над любой мелочью столько, сколько считал нужным. Здесь приходилось смотреть, как чужой человек делает всё по-своему, только не поправлять его потому, что мне было бы спокойнее самому. До сегодняшнего утра я, кажется, не вполне представлял, сколько у меня осталось таких поводов вмешаться. Пистолеты были готовы, но отдавать их в чужие руки оказалось отдельным делом.
К столу подошёл Ржевский.
Ему протянули разряженный пистолет. Он несколько раз взвёл курок, разглядывая его движение, потом сам повернулся к Арсеньеву. Я насторожился, ведь пока они стояли врозь, я даже почти забыл, зачем нас привезли на эту поляну.
— Признаюсь, Сергей Николаевич, если бы вчера вы назвали меня не шулером, а владельцем плохих пистолетов, я бы оскорбился сильнее.
Арсеньев усмехнулся, Ржевский рассмеялся и протянул пистолет мне. Я взял его, с облегчением отметив, что никто не собирается отвечать на шутку новым оскорблением.
— Прошу вас.
Я показал порядок обращения ещё раз. Ржевский слушал внимательно, лишь возле капсюля замешкался и посмотрел на меня. Дождавшись моего кивка, он закончил приготовления, поднял оружие и выстрелил. Я успел заметить, как он взглянул на доску, прежде чем снова принялся изучать замок.
— Быстро.
— Именно, — сказал Беляев.
Арсеньев тоже потянулся за пистолетом. Утром в кабинете я уже показывал ему всё необходимое и теперь почти не вмешивался. Выстрел прошёл без осечки.
Господа обступили меня со всех сторон, один спрашивал о замке, другой просил показать чашечку, кто-то предложил зарядить пистолет ещё раз. Я отвечал охотно, поворачивая оружие так, чтобы всем было видно. Даже холод на время перестал мешать, пока я объяснял и слушал, что именно осталось непонятным.
Особенно приятно было слышать вопрос, на который у меня находился ответ. За последние дни таких случаев мне не хватало.
Беляев дождался паузы и обратился к обоим противникам.
— Господа, раз уж мы снова разговариваем, я обязан ещё раз задать вопрос, который обязан задавать до последнего момента. Есть ли возможность закончить дело между вами без стрельбы?
Я замолчал. Ржевский вернул пистолет секунданту и сухо ответил:
— Я не стану просить прощения за то, чего не делал.
Из его компании вышел солидный господин, до сих пор почти не участвовавший в разговоре. Я отложил оружие и повернулся к нему.
— Вчера вопрос стоял иначе. Арсеньев назвал вас шулером. Вы потребовали удовлетворения. Если Сергей Николаевич сейчас признает, что у него не было доказательств сознательного мошенничества, а вы в ответ признаете, что удача в тот вечер действительно была полностью на вашей стороне, вы оба сохраните лицо. Тогда нам не придётся выяснять, насколько хорошо стреляют эти новые пистолеты по людям.
Ржевский нахмурился.
— Вы предлагаете мне признать, что я сам виноват в том, что меня приняли за шулера?
Мне хотелось сказать что-нибудь в поддержку этого господина, но я не знал, будет ли от моих слов польза. До сих пор меня слушали только, как оружейника. Стоило вмешаться в их спор, пришлось бы говорить уже от имени Романа Резникова, человека, чьё место среди этих знакомых дворян я ещё только пытался понять. Я закрыл рот, прежде чем успел произнести хотя бы слово, нужные слова наконец то нашёл Арсеньев, мне оставалось не испортить ему момент.
— Хорошо. У меня не было доказательств. Слово шулер с моей стороны было неправильным и недостойным. Всему виной шампанское!
Ржевский не ответил сразу. Я успел подумать, что упоминание шампанского он может принять за попытку уйти от извинения. Но он кивнул.
— Вот это верно подмечено, боюсь, оно и меня не обошло стороной! С моей стороны удача действительно благоволила мне сильнее, чем обычно, кто знает, возможно в следующий раз она повернется вам, — признался он.
Беляев тут же подался вперёд.
— Значит, всё?
Они еще немного поговорили и в итоге пожали друг другу руки. Я смотрел на них, затем на секундантов, никто не возражал, никто не собирался возвращаться к условиям дуэли. Честно, я был рад, что вся проверка ограничилась стрельбой по доске. Остальным участникам тоже хватило этих нескольких выстрелов.
Фёдор рядом шумно выдохнул и поднял воротник.
— И ради этого я встал сегодня затемно, — пробормотал он.
Я отвернулся к футляру, пряча улыбку. Лекарь забрался в экипаж одним из первых, так и не достав инструментов. Я проводил его взглядом и потянулся за вторым пистолетом, но Ржевский снова попросил его. На этот раз он подготовил оружие под моим наблюдением, уже не требуя подсказок, и сам выстрелил. Я подождал, пока он вернёт пистолет. Торопить не хотелось, сам вчера, после удачного выстрела, сразу принялся готовить следующий.
