Русская Америка. Голливуд 2 (СИ) - Дорохов Михаил Ильич (читать книги онлайн бесплатно серию книг .txt, .fb2) 📗
— А это уже не ваше дело, — усмехнулся Ростовцев.
Машина остановилась у неприметного длинного одноэтажного здания. Мы вышли из авто и вскоре оказались внутри морга.
Холод исходил от кафельных стен, от столов, от самого воздуха, пахнущего формалином, хлоркой и чем-то сладковато-приторным. Я шёл по узкому коридору за Сергеем.
Его пустили сюда как официального душеприказчика и представителя общества, к которому принадлежали погибшие. Меня же он провёл с собой, нахмурив брови и тихо сказав дежурному полицейскому что-то вроде: «Это работодатель. Ему тоже нужно проститься».
Коп, молодой парень с нездоровым цветом лица, получил в руку несколько баксов и лишь пожал плечами: делайте что хотите, лишь бы не мешали. М-да, порядки здесь простые…
Коронера мы ждали недолго. Ростовцев настаивал на личной беседе с ним до формального осмотра тел родственниками. И что самое главное — уже был знаком с «криминалистом».
Дверь в конце коридора открылась. К нам вышел мужчина лет пятидесяти в белом, чуть запачканном халате. Очки в тонкой металлической оправе, усталое, умное лицо.
— Мистер Ростовцев? Не могу сказать, что рад видеть — сами понимаете, это будет странно звучать в этих стенах. Вы просили встречи?
— Да, доктор. Благодарю, что нашли время. Это мой знакомый, мистер Иван Бережной. Он… наниматель моих «коллег».
Коронер кивнул мне и протянул руку:
— Доктор Элвин Кернер.
— Иван Бережной…
Кернер оценивающе смерил меня взглядом, а затем жестом пригласил нас следовать за собой. Мы вошли в небольшой, ярко освещённый кабинет, заваленный бумагами и медицинскими журналами. Элвин предложил сесть.
Сергей Владимирович начал без предисловий:
— Мы здесь потому, что хотели бы услышать ваше личное мнение о случившемся. Как специалиста.
Кернер снял очки и начал протирать их краем халата.
— Мистер Ростовцев, официальное заключение будет готово через два дня. Там масса формальностей… Не скрою, есть и… нюансы. Но начальник полиции сказал мне не афишировать результаты раньше времени.
— Доктор, — мягко прервал его Сергей Владимирович, — У меня погибли два товарища. Бывшие военные. Я хочу знать, что с ними произошло. Не для газет и не для суда. Для себя. Вы понимаете? Мы же с вами не первый день знакомы!
В тишине кабинета фраза «для себя» прозвучала угрожающе. Кернер посмотрел на офицера, потом на меня, вздохнул. Он, видимо, знал, с кем имеет дело. А вот я, признаться, пока с удивлением наблюдал за действиями Ростовцева. Хотя уже начал понимать, что офицер не просто глава клуба ветеранов…
— Хорошо. Но это строго между нами. Пойдёмте.
Мы прошли через коридор в патологоанатомический зал. Под простынями на двух каталках угадывались очертания тел. Кернер подошёл к первому, жестом указав нам оставаться на расстоянии.
— Вскрытие уже проведено. Оба тела сильно обгорели. Это затрудняет работу, но не делает её невозможной…
Он откинул простыню. Вид был ужасен. Но я заставил себя смотреть. И не такое видел в «прошлой жизни».
— Вот этот, — Элвин указал на тело слева, более массивное, — Его нашли у выхода. Признаков активного вдыхания дыма и пламени нет…
Доктор взял со столика длинный металлический пинцет и аккуратно указал на область шеи. Даже сквозь слой сажи и обугленной кожи была видна странная, неестественная вмятина, тёмная полоса.
— Видите эту деформацию, джентльмены? И более тёмный оттенок тканей под ней? Это не от огня. Пламя оставляет иные следы, оно обугливает равномерно или там, где тоньше одежда. Здесь мы видим чёткую линейную травму. А здесь видите — шов, сделанный мной. Когда я делал разрез, то обнаружил сильную механическую деформацию тканей…
Ростовцев, не моргнув глазом, спросил:
— Струна?
Кернер покосился на него, но ответил:
— Похоже на то. Удушение струной выглядит похоже. Деформация присутствует в виде подкожных гематом и повреждений хрящей гортани. Так что… Сначала он был задушен, а только потом уже горел.
— Пожарные сказали, что он полз к двери, — вклинился я в разговор.
— Это вряд ли, — горько усмехнулся доктор, — С таким не ползают. Скорее всего, его задушили и отпустили. А он уже упал рядом с дверью.
— А второй? — тихо спросил я, и голос мой стал хриплым.
Кернер перешёл ко второму телу:
— А этого нашли сидящим. Это совпадает с локализацией ожогов — больше пострадали низ живота и ноги, видимо, огонь подбирался снизу. Но причина смерти, опять же, не в пожаре, — коронер пинцетом указал на область груди, где среди обгорелых тканей проглядывали несколько небольших, почти аккуратных тёмных отверстий, — Я освободил его от «нагара». Обратите внимание. Три колотых раны. Между рёбер. Очень точных. Орудие — узкое лезвие, скорее всего, длинный стилет или штык-нож. Удар в сердце и лёгкие. Он умер почти мгновенно. И уже потом его усадили на стул. Вот тут не берусь сказать — зачем?
— Либо его застали врасплох… — задумчиво протянул я.
— Либо так… — согласился Кернер.
— Что довольно сложно, учитывая их опыт и подготовку, — вздохнул я, — Чудеса. Убийцы должны были быть настоящими профи.
Ростовцев молчал, его лицо было каменным. Только небольшая пульсация на скуле выдавала напряжение.
— И вы укажите всё это в отчёте? — спросил он наконец.
— Разумеется, я подал предварительное заключение наверх, — ответил Элвин, снова накрывая тела простынями. Но…
— Но? — подхватил офицер.
— Но для официального заключения нужно указать причину. И если мы укажем «насильственную смерть от колотых ран и асфиксии с последующим поджогом», это запустит большое расследование. А шеф полиции Ли Хит, насколько я знаю, с ночи пребывает в бешенстве из-за всего этого… Убийство и поджог. Полиция… — доктор снова вздохнул, — У полиции сейчас много дел. Гангстерские разборки, бутлегеры. Им не нужна лишняя головная боль. Могут надавить, чтобы списать всё на «несчастный случай во время пожара, причину установить не представляется возможным». Бюрократия, мистер Ростовцев. И чья-то… возможная незаинтересованность. Я говорю это только вам. И только потому, что вы уже меня дважды выручили…
Тут я всё понял. Кернер был честным профессионалом. Но не хотел лезть в бочку против слова начальства. Интересно, а что за общие дела связывали его с главой офицерского клуба?
— А кто-то уже проявлял «заинтересованность» в этом деле? — спросил Ростовцев.
— Пока нет, — покачал головой Кернер.
— Чем убили второго охранника? — поинтересовался офицер.
Кернер задумался.
— Того, что нашли на стуле? Узким, гранёным лезвием. Причём достаточно длинным. Не кухонный нож. Скорее, оружие, военное или сделанное по его образцу. Штык, или охотничий стилет. У того, кто наносил удары, была твёрдая рука и знание анатомии. Попасть так между рёбер… это уметь надо!
Ростовцев кивнул:
— Я тоже подумал на штык, когда вы описывали рану. Интересно…
Его лицо оставалось непроницаемым, но я увидел, как в глазах офицера мелькнула какая-то догадка.
— Доктор Кернер, — произнёс он наконец, — Я благодарю вас за помощь. Пожалуй, нам пора. Волошин заедет к вам на днях. Завезёт нашу… благодарность.
Кернер медленно кивнул. Он всё понял.
Уже на улице офицер закурил и обратился ко мне, выдыхая дым в холодный воздух:
— Доктор Кернер — хороший специалист. Даже, можно сказать, редкий. Нам повезло.
— Вы давно знакомы? — спросил я.
— Скажем так, нам приходится с ним периодически видеться… — усмехнулся Ростовцев.
Я промолчал, не влезая в ту тему, что меня не касалась. Меньше знаешь — крепче спишь.
— Теперь мы точно знаем, что имеем дело с убийцами, — добавил офицер, снова выпуская струйку дыма, — И полиция нам в этом не помощница.
— Мне показалось, что у вас есть догадка, когда доктор сказал про штык.
— Скорее, есть мысли — как выйти на убийц. Но об этом позже. Я думаю, что за этим поджогом последует какое-то предложение. Или угроза. Волошин найдёт для вас замену Николаю и Владимиру. А я выделю вам ещё двоих людей. Судя по всему — кто-то хотел «послать знак» или вам, или Уорнерами. Поговорите с ними. И будьте начеку…
