Абиссинец 1890. Том 7 (СИ) - Насоновский Сергей (лучшие бесплатные книги txt, fb2) 📗
В правлении просидел до вечера. Переписывал ведомости, сверял даты в рапортах и дважды переделывал копию, в которой обнаружилось расхождение с журналом. Когда Парамон наконец отпустил меня, пальцы уже сводило от работы пером.
А вот кузница встретила меня стуком молота. После дня за бумагами он был куда приятнее скрипа пера. Архип Федорович работал у наковальни. Я дождался, пока он закончит, поздоровался и положил рисунок на свободный край верстака.
— Наконечники опять? — Кузнец вытер руки о фартук.
— Нет. Теперь дело другое имеется.
Он внимательно посмотрел на чертеж, затем перевел взгляд на меня.
— У тебя, Андрей, простого-то бывает что-нибудь?
— Бывает, а как же. Только с простым-то я сам управляюсь.
Архип хмыкнул, прижал загибающийся угол бумаги молотком и склонился над рисунком. Я объяснил подробно, чего хочу. Без рассказов про Добрецова и учебный класс из будущего, разумеется. Сказал, что припомнил виденный прежде образец, а теперь задумался, нельзя ли сделать похожий.
Кузнец выслушал, не перебивая. Потом ткнул грязным ногтем в один рисунок, следом в другой.
Следующие полчаса мы больше рисовали, чем говорили. Архип задавал вопросы, я отвечал, исправлял, кое-где признавался, что еще не определился. Кузнец на такие признания не сердился. Зато стоило мне уверенно сказать что-нибудь, чего я толком не понимал, сразу останавливал.
— Не торопись. Ты сперва сам разберись хорошенько, а потом уж и мне растолкуй.
С винтовкой или револьвером в руках я чувствовал себя уверенно, а здесь эдаким дурнем выходил.
Наконец Архип отодвинул рисунок в сторону.
— Значится, так. Два черновых образца сделаю. Чтобы в руках повертеть, проверить задумку можно было. Тебе хватит.
— Мне пока именно образцы и нужны. Без заряда, без взрывателя.
— Добре, завтра с винтовкой приходи. Хотя нет…
Архип еще раз посмотрел на рисунок. Видно было, что работа его заинтересовала, хотя показывать этого он не собирался.
— Так когда зайти?
— Ладно завтра загляни. Постараюсь, но не обещаю, дел хватает!
— Этого хватит? — Я достал полтину.
— Добре, и рисунок свой оставь. Но гляди, я посмотрю, сколько времени уйдет. Возможно, придется добавить.
На следующий день Архип встретил меня у двери.
— Рано ты явился.
— Ну, как вышло. Вот и винтовку принес. — Я снял берданку с плеча.
— Ну, коли пришел, заходи.
На верстаке лежали мои чертежи. Бумага потемнела по краям, возле одного вопросительного знака отпечатался здоровенный черный палец.
Первое, что бросилось в глаза: в железе моя затея выглядела гораздо грубее, чем в памяти. Два темных корпуса с длинными хвостами, местами светлые полосы от напильника. Никаких выкрутасов, зато теперь передо мной лежали настоящие вещи, которые предстояло испытывать в деле.
Я потянулся к ближайшему образцу.
— Холодный, бери, не бойся, — разрешил Архип.
Я перевернул его, посмотрел сбоку, потом сравнил с рисунком.
— Похоже, — сказал я. Кузнец пожал плечами.
Я положил оба рядом. Первый собирался оставить для испытаний с зарядом, второй задумывался как болванка для учебных стрельб.
— Сколько еще должен, Архип Федорович?
— Ну давай еще столько же.
Я выложил деньги на верстак.
— Заворачивай и ступай. Потом расскажешь, что вышло, а то дел у меня невпроворот, — начал выпроваживать меня Архип.
Я завернул железки, забрал свои чертежи-рисунки и вышел. За спиной снова застучал молот, а я прижимал сверток, чтобы длинные хвосты не проткнули мешковину.
С испытаниями пришлось повременить.
Крестный с Овсянниковым скоро собираются отправляться в Камень-Рыболов. И Завьялов уже начинает входить в курс дел. А как оказалось без меня ему совсем в этом деле не обойтись.
Когда я зашел Макар сидел за столом. Перед ним лежал раскрытый журнал.
— Подь сюда, Андрей. Тут вчера одну лошадь приняли, а в другой бумаге ее же отправили. Не пойму, она у нас есть или нет?
Пришлось разбираться.
К обеду лошадь нашлась в конюшне, а в бумагах обнаружилась ошибка в дате. Макар наконец отпустил меня. Только велел далеко не уходить: к вечеру ожидали рапорты с постов.
За порохом я отправился к Албазову.
Денис Палыч сперва решил, что я опять собираюсь на охоту, и поинтересовался, не выбили ли мы с Илькой всех зайцев в тайге. Но когда я развернул перед ним сверток, улыбаться перестал.
— Это Архип тебе сладил?
— Он.
Албазов взял один образец, перевернул, провел пальцем по следам напильника.
— А чего с ним делать-то собираешься?
Я объяснил свою задумку. Денис Палыч слушал внимательно, изредка поглядывая на лежавшую рядом берданку.
— Стало быть, чтобы за укрытие можно было достать?
— Угу.
— Летать-то она у тебя будет?
— Вот это и хочу проверить. Сперва эту пустую.
Бездымный порох у Албазова нашелся. Немного, правда, но мне удалось уговорить его поделиться. Однако отдавать сразу он не торопился.
— Где пробовать станешь?
— За Гнилым логом место присмотрю, чтобы подальше от жилья и дороги.
Денис Палыч положил образец обратно.
— И меня дождись, вместе сходим. Самому любопытно, да и Степан с меня спросит, ежели что учудишь.
Сговорились, что выйдем следующим утром, а до вечера мне опять пришлось сидеть в правлении. Когда закончил последнюю выписку, пальцы уже плохо разгибались. Я убрал перо и потер чернильное пятно на среднем пальце.
К утру один из образцов был снаряжен одолженным порохом. Полноценного взрывателя у него по-прежнему не было, только фитиль. Второй оставался лишь учебной болванкой, в которую я засыпал песок, по весу пороха.
Теперь я смотрел на них иначе, уже с некоторой опаской.
До Гнилого лога мы пошли пешком. Я нес берданку и ранец, Албазов забрал сверток с образцами. По дороге он почти не разговаривал.
Солнце уже пригревало. На открытых местах снег осел, возле стволов темнели проталины. Под ногами то хрустела корка, то сапог проваливался в рыхлую кашу.
Пришлось пройти дальше, чем я рассчитывал. В первом подходящем месте обнаружилась свежая дорожка от саней, во втором за деревьями тянулась тропа. Албазов даже обсуждать их не стал.
— Дальше идем.
Наконец выбрались туда, где лог расширялся перед крутым заросшим склоном. Мы обошли место, проверили подходы. Свежих следов людей не нашли.
Денис Палыч остановился возле выступавших из земли валунов.
— Здесь и останемся.
Я снял ранец. Пока возились, спина под полушубком взмокла, зато пальцы быстро прихватило холодом. Пришлось растереть их и снова надеть рукавицы.
Для начала взялись за болванку. Снаряженный образец оставили в стороне.
Я зарядил холостой, и скоро раздался первый выстрел. Берданка дернулась сильнее, чем я того ожидал. Я успел заметить темную железку над белым склоном. Она поднялась, перевалила по дуге и рухнула в снег далеко не там, где я рассчитывал.
Албазов проводил ее взглядом.
— Улетела.
— Это я тоже заметил, — вздохнул я.
Денис Палыч взял у меня винтовку, осмотрел ее. Я тем временем достал тетрадь, сделал запись и отправился за болванкой. Найти ее оказалось труднее, чем ожидал. Пришлось идти по собственным следам назад, снова смотреть от камней и возвращаться.
Когда принес находку, снег набился уже в оба сапога.
— Ну что, изобретатель, — спросил Албазов, — все так, как задумал?
— Угу, только пока больше пешком хожу, чем стреляю.
— Ну это тоже польза.
Со вторым выстрелом вышло не лучше. Болванку унесло в сторону. Я выругался, но тетрадь открыл и это тоже записал.
Третий раз железка легла ближе к намеченному месту. От радости я даже приподнялся, но Денис Палыч тут же меня осадил:
— Один раз и с закрытыми глазами попасть можно, это еще ничего не значит.
Дальность выходила примерно в сто пятьдесят шагов, но нужно было больше опытных выстрелов, да и с меткостью предстояло разобраться.
