"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" (бесплатные серии книг txt, fb2) 📗
Но «срисовали» как будто-бы не Сантьяго. Вроде, скрывались, но точно не от него. Было похоже что Кая пасут.
Оказалось, однако, не Кая. Когда Бьорн от него отлепился, ребята пошли за Бьорном. Ишь ты, подумалось, издали что-то заходят.
Кажется, лысому скоро не поздоровится.
Не поздоровилось. Остановили шагов через сто. Взяли в клещи, один полицейский зашёл к нему сзади, второй появился спереди. Тот, передний представился, после чего спросил:
— Бьорн Ризенмахер?
— Ну да.
— Пройдёмте к машине.
— Это что, — спросил Бьорн, — из-за тех разногласий с майором на тему шпанок? — Лучше бы зря не болтал, не подсказывал ценных идей.
— Там, в машине, узнаете.
— Я арестован?
— Почти. Задержан по обвинению.
— Но тогда вы должны мне зачитать обвинение при задержании… — Молодец этот лысый, знает свои законы.
— Хорошо, — сдался тот, что держался спереди. — Бьорн Ризенмахер, он же Кай Гильденстерн, он же Майк Эссенхельд, он же Клаус э… Кухенрейн, вы обвиняетесь в насильственном и самовольном оставлении места ссылки в горнорудной колонии на планете Эр-Мангали…
— Что? — вскричал в изумлении Бьорн. — Это я, что ли, Гильденстерн? Что за ссылка такая? На какой на такой планете?..
3
По дороге Сантьяго отстал. Кай замечал его только до встречи с восторженным Бьорном, да и то боковым лишь зрением.
Ну и ладно. Вокруг-то всё было спокойно, да когда б и не так… что-то Каю подсказывало, что уж Сантьяго в пути наверное не потеряется. Он намного страшнее для Юрбурга, чем тот для Сантьяго.
Через костюм с коммуникативной функцией — Кай надел его, как только вернулся в гостиницу — он связался с агентом Лоренцером. Напрямую, без Лизхен в посредниках.
Правду сказал. Ничего же такого не сделали, чтобы надо было соврать. Были намёки, что вызволенный Сантьяго сможет помочь при заходе в артефактохранилище — ну так именно то же и сделали. Ладно, не сделали, но попытались честно. Сделали бы, если б лежала на месте Корона Сида. Что не лежала, так Лизхен свидетель: претензии к охранявшим. Правда, те невидимки, к тому же все умерли, но ведь известно, кому служили. Выскочке Фенбонгу, нынешнему судье.
Если на то пошло, так для Лоренцера и отрицательный результат должен быть оучше совсем никакого. Ясно теперь, что Корону достать — это дело совсем не простое. Требует новых идей, новых планов и способов.
И, что важно, теперь не осталось иллюзий о том, что по слову собравшейся Чрезвычайной комиссии Кая сразу возьмут и экипируют.
Лоренцер слушал. В целом, благожелательно — так показалось Каю. Выслушал всё, прежде чем что-то сказать. Заговорил тяжело и устало.
— Да, — объявил. — Я согласен. Попробовать надо было. Нам бы иначе не выяснить, что с ресурсом. Лучше суровая правда, чем сладкая ложь, будто Альянс может драться с Короной Сида. Но… Вместе с тем, эта правда — она чересчур сурова. Очень жаль, что её невозможно было добыть без значительных жертв и заметнейших разрушений.
— Но Сантьяго сработал чисто! — заметил Кай.
Оптимизма, однако, он Лоренцеру не прибавил.
— Я на другое и не рассчитывал, помня Сантьяго по Эр-Мангали. Но и соперники чёртовы — они тоже ведь всё рассчитали! Выкрали первыми этот ценнейший из артефактов, а потом просто ждали, когда туда сунутся мои люди. Ведь беспроигрышный вариант: если охрана даже не выстоит, кто виноват будет? Тот, кто проламывал дверцу!
— А откуда известно, что это мы?
— Неизвестно, что это не вы, вот что существенно.
— Если Лизхен расскажет следствию подкорректированный вариант… Если, конечно, не заупрямится…
— Нк заупрямится. Она мой человек. Я ей сказал, какие давать показания… Скверно лишь то, что они не имеют большого веса. Каждый ведь знает, что Лизхен — именно мой человек. И можно не ждать от неё неудобной правды для шефа.
— Что она скажет, коль не секрет?
— Что похититель пришёл в одиночку. Что иногда засыпал, а потом истребил невидимок, а её приковал наручниками к трубе.
— Это Сантьяго, — подметил Кай. — В этом портрете каждый узнает Сантьяго.
— Верно, узнает. Узнали бы и без неё. Кто, как не он, мог подобное сделать. Кроме того, он бежал из тюрьмы от превентивного приговора. Тут уж за что ни поймай его — будет один результат. А потому никому твой Сантьяго не интересен. Интереснее ты. Если удастся тебя ухватить за руку, то от меня тогда много чего потребуют… Чёртовы неоднородные разведслужбы! — Лоренцер шумно сглотнул, голос его зазвенел неподдельной болью. — Почему бы им всем не служить сообща на благо Альянса? Я нахлебался уже из-за их интриг — чуть не сгнил там, на Эр-Мангали джерихонско-зеонским шофёром! А уж Салливан с Нулбрайтом — стыдно сказать, чем они там занимались, когда выскочки типа Фенбонга их потеснили отсюда… Не хочу! Не хочу больше вкладываться настолько. И тебя я прикрою, но не абсолютно, понял? А, если понял, езжай-ка скорее куда-нибудь в старый Юрбург… Как для чего? Да ищи себе срочно алиби!
4
Не удержался Сантьяго. Угробил двоих полицейских. Даже не полицейских, а если смотреть внимательней, то парней из дружины Альянса, заправляющей ныне в Юрбурге. Командированных для усиления сил городской полиции из звездолёта «Маджестик». Что бы другое могло означать это слово на рукаве?
А зачем их угробил? Сказать, будто он пожалел этого лысого широкомордого парня? Нет, неправда. К нему не изведал ни капли жалости. Что заставило действовать — необычная мотивация задержания.
Бьорна хотели упрятать, за то, что он Кай.
Старые темы, известные по планете Эр-Мангали — те имена героя числом четыре. Вроде бы, Юрбург оттуда далековато. Да вот на тебе: вылезли полностью, сочинённые там. Лишь оказалось, что Бьорн Ризенмахер — лицо реальное.
— Ой! — сказало лицо. — А чего они оба рухнули?..
А Сантьяго в ответ:
— Ерунда. Тепловой удар.
Этот Бьорн — он знаком с настоящим Каем. И легко может вывести на него. Значит, Сантьяго поступил совершенно разумно.
— Это что же, мне можно идти?
— Можно. Но было бы лучше сменить имя и адрес.
— Что?! — Последняя реплика Бьорна совсем ошарашила.
— Имя и адрес. Они тебя могут выдать.
— Тут ошибка. Вот эти два полицейских. Ведь они же искали другого, совсем не меня…
— Эх, они сами не знали, кого они ищут. Но теперь их обоих скосил тепловой удар.
— Это не я!
— Разумеется, нет. Но попробуй найти доказательства! Знаешь, что? Помоги мне тела усадить на вот эту скамейку. Будем думать, что парни спят. Будем ждать, что очнутся.
Вроде, всё. Нет, не всё:
— Имя, адрес… Так это серьёзно?
— Да, вполне. На свободу отличный шанс.
— Но ведь я… Но ведь мне… — Парню нужна не такая свобода, о которой сказал Сантьяго. Бьорн хотел бы свободно пойти в экспедицию. И духовно расти в мирных поисках экзотических шпанок.
5
Нет, ну серьёзно! Искать себе алиби — странный приём для героя. В свете того, что героев обычно не судят. Нет, не то и не так: не судят других — победителей. А герой на суде может, кажется, и проиграть. Если он — герой эпоса, а не сказки.
Выбрался в город настолько самопогружённый, что и сам никого не замечал практически, и, наверное, не был никем замечен.
Хм, подумалось, от кого я пытаюсь спрятаться?
Нет, сначала — понятно. Чтобы быстрей оказаться в центре, две остановки проехал в вагончике монорельса. В нём — совершенно намеренно не выделялся из пассажиров, прятал и взгляд, и лицо от возможного наблюдателя, чтобы никто не засёк его время выхода из района, что примыкает к университету.
Но потом? А потом он ходил по одному из привычных своих маршрутов. И на нём себя вёл исключительно скромно, не бросаясь в глаза. Не преследуя избранной цели, а следуя старой программе. Так ходил он обычно, со студенчества повелось. Трудно сломать наработанный паттерн.
