"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" (бесплатные серии книг txt, fb2) 📗
Как я и думал, чудо спасения мною практически всей экспедиции от тяжеленного сидского онгемётного танка на ножках так и осталось начальником нашим практически не замеченным. Я не дождался никакого поощрения, даже словесного, в коем совсем не нуждался! Полагаю, однако, что факт моего успеха всем другим в назидание следовало хоть как-нибудь положительно подкрепить, пробуждая в участниках экспедиции здоровую соревновательность.
В отношении же подробностей вышеуказанного события почитаю за важное сообщить следующие детали: поражение мной данного сидского танка произошло метким выстрелом в основание огнемётного шланга, что привело к детонации огненного боекомплекта, к повреждению корпуса танка, к абсолютной потере функционала, касаемого и стрельбы, и ходьбы данной технической единицы, а заодно и к погибели то ли двоих, то ли троих (было трудно с уверенностью определить) особей сидской долговязой наружности, находившихся там, в глубине, когда корпус разворотило.
Между тем, как я занимался осмотром уничтоженной мной машины, а остальные участники экспедиции приходили в себя от горящих деревьев и ксеногрунта у них под ногами, Кай Гильденстерн уже думал о том, куда повести нас дальше. И не придумал же ничего получше того, чтобы двигаться вслед за пожаром, распространяющимся по Шпанскому лесу! А почему? А потому, что так легче и безопаснее. Не потому, что полезнее для Галактического Альянса!
Мы, разумеется, встретили с негодованием эту недухоподъёмную мотивировку. Мы почти взбунтовались, отказываясь от предложенного Гильденстерном облегчённого способа следования, требуя неукоснительного соблюдения всех пунктов плана, предложенных нам комендантом, как бы опасны и тяжелы они ни казались «герою» карантинной баталии.
Но Гильденстерн, в яростной злобе своей насмехаясь над нашим порывом, заявил:
— Мы пойдём только так, как будет выгодно мне! Кто не захочет, пускай в Бабилон уматывает.
Сказано было и грубо, и несправедливо. Кен, возмутившись, назвал его эгоистом, но Гильденстерну, понятно, и горя мало. Знал, негодяй, что вернуться в начале пути нам ни за что не позволит беспокойная наша совесть. Знал и смеялся над нашей попыткой неподчинения, ибо также предвидел, что нам самим, без начальника, целей, поставленных перед его экспедицией — ну никак не достичь. То смеялся, то нас уговаривал:
— Надо чуть подождать. — Мол, пройдёт полденька и жара как не бывало… Но реально потеряно в том ожидании было более суток!
Мы подчинились — а что было делать! После того, как пожар ушёл далеко на север, нам продвигаться стало немного быстрее и легче (лес абсолютно лишился своей агрессивной фауны), правда, продукты горения (я полагаю, совсем не полезные для здоровья) продолжали висеть над лесным пепелищем. Местность чадила — но Гильденстерну и дела мало. Типа, всех шпанок не стало — ну так и ладно.
Вёл нас формально Брандт, но в такой ситуации и без него бы управились. И уж тем более без постылого Гильденстерна, что-то и дело вынимал свою старую и неудачную карту местности, что-то демонстративно на ней отмечал и, не обмолвившись словом, прятал обратно в свой сидский рюкзак (он не сменил его на ранец в стандартах Альянса).
Шли не по карте. Просто смотрели, куда идём. Обходили места, где хоть что-нибудь тлело. Раз не дотлело — могло возгореться снова.
Шпанский лес выгорал достаточно неравномерно. Где-то — полностью прогорел, до ровного места, крытого слоем золы и пепла, где-то — ещё сохранились лишённые жизни стволы — обгоревшие, но вертикальные, укреплённые в почве. Лишь кое-где — сообразно причудам ветра — нам попадались участки деревьев, совсем не затронутые огнём.
Шли много дней. На всеобщее недоумение Брандт отвечал, что идти — не ехать. Шпанский лес — он огромен (понятное дело, был), незаметно его не проскочишь без вездехода. Но, он так утешал нас, раз лес был не бесконечен, то и нынешняя прогоревшая территория также однажды незаметно для нас закончится.
— То-то я замечаю, что конца-то и не заметно, — говорил я ему, но получалось, как об стену горохом — Брандт вообще не понимал сарказма.
А потом мы упёрлись в такое, о чём не могли и подумать. Силовая стена проходила по лесу. То есть, не то чтобы по лесу, если учитывать, что с этим лесом сделалось — но за стеной лес был всё-таки лесом, а не пепелищем. Значит, как только до этой стены добрался лесной пожар, он прекратился — барьер не позволил распространяться дальше.
Но не только пожар. Экспедиция тоже за стену не распространилась. Силовые поля — это штука упрямая.
— Ну и что теперь дальше? — спросил я у Брандта и Гильденстерна. Конструктивно спросил, заинтересованно.
— Дальше, — ответил мне Брандт, — Кизячий овраг. А за Кизячим вскоре — стена Джерихона.
А Гильденстерн меня вовсе проигнорировал. Он наносил силовой барьер на свою примитивную карту.
— Я имею в виду, дальше куда пойдём?
Брандт сообщил:
— Не в овраг. Он глубокий и там неизвестно чего повстречаешь. Надо вокруг обойти, вдоль дороги на Джерихон…
Можно было подумать, что силовая стена хоть кого-то могла пропустить хоть к оврагу, хоть к дороге вокруг него.
Я сказал рассудительно:
— Здесь стена на пути! Путь вперёд нам ею закрыт. Так куда же пойдёт экспедиция?
— А, стена? — Брандт с трудом пораскинул мозгами. — Ну, тогда мы пойдём… может, влево, а может, вправо.
Браво, браво железной логике! Хорошо, что хоть вправо и влево не одновременно! Но куда же тогда — вот в чём остался вопрос?
Тут Гильденстерн догадался посоветоваться с народом. Даже странно: явил нам такую сообразительность! Он спросил:
— Как вы думаете, для чего здесь стена?
Хэмфри сказал:
— Это не наши поставили. Значит, сидяне. А для чего… Ну, чтобы тупо спасти хоть небольшой участок Шпанского леса.
А Моралес ему:
— Для чего им спасать этот лес? Что они, экологические активисты?
А Гильденстен:
— Судя по всем подожжённым лесам под Бабилоном, Сид не особенно дорожит лесными богатствами. Может, не лес, что-то другое хотел защитить. — И без него было, в общем-то ясно, что что-то другое.
В это момент зеонский сектант брат Джек (или брат Дик, я их не очень-то различаю) объявил:
— Там, за стеной — сидский военный лагерь.
— А, — сказал Гильденстерн, — вот они что прикрыли. Быстро сработали, молодцы. Их бы иначе сожгло этим самым пожаром.
— Нет, не особенно быстро, — промолвил второй сектант. — Эта стена давно уже здесь стояла. За два месяца до пожара уже была!
— А откуда ты знаешь? — прищурился Кен из Содома.
— Мы сюда подходили, — ответил брат Джек (или как его там).
— С разведкой?
— Ну да, с разведкой.
— К Джерихону ходили? — спросил Гильденстерн. Он-то, бедный умом, сразу не разобрался, что сектантов бы стоило выбрать в проводники, а не Брандта, который здесь ездил на вездеходе давно и неправда.
— Нет, — промолвил брат Джек, — Джерихон нам совсем был без разницы. Мы надеялись выйти к Зеону. Он, кстати сказать, поближе…
— Да, я помню, — сказал Гильденстерн и зачем-то взглянул на Брандта. — Но, я слышал от бишопа Пита и от Онодэры, что посёлок давно захвачен. Там теперь…
— …сидский военный лагерь, — закончил зеонец. — Он появился пораньше вот этой стены.
Я не вытерпел:
— То есть, вы приходили сюда, зная, что вместо Зеона здесь Сид?
— Да, — сказал Дик, — а что в этом есть такого? Мы же не к Сиду решили переметнуться. Нас на разведку послал Бабилон. Комендант потребовал…
Всё разъяснилось. А я уже думал худшее.
А Гильденстерн, он, хоть худшее думал, но видно, что не осуждал!
4
Третий голос в истолковательной полифонии
(грустное контральто от Кеннета Барбера)
Испытания, что обрушились на мою долю, заставляли подумать не раз и не два о тщете моих личных способностей к предощущению будущего. Чуть не погибнув от алчущих яйцекладов разнузданных насекомых, чуть не сгорев от нелепых снарядов из сидского огнемёта, чуть не сгорев средь пылающих елей и сосен Шпанского леса, я вслед за тем, повинуясь жестоким приказам начальника, шёл по ужасному пепелищу эр-мангалийской природы, в каковое почти без остатка преобразился лес, недавно исполненный шпанских страстей и чистого воздуха.
