"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" (бесплатные серии книг txt, fb2) 📗
Ну а мне были также любопытны слова переводчика. Я стоял недалече и шёпот его мог слышать, а потому и сумел прознать, о чём заводил разговор наш начальник. Так ведь о том же самом! О вероятных локациях демонических вторжений на Эр-Мангали.
Жаль, в ответах Немого, переданных Мэри Бастинде, было трудно сыскать знакомые ориентиры. Но характеристики демонов, которые он отметил, отсылали нас к Чёрной скале (огненный демон и каменный), к Мутному ручью (болотный), к Джерихону (ледовый)… Кроме них ещё где-то находился древесный, и суккубоподобный, и ещё один каменный, и драконоподобный чешуйчатый — но переводчик не смог указать адресов. Хорошо, если сам Гильденстерн разобрался в сидской оригинальной речи, в ней же не встретишь человеческих обозначений.
После того, как многообразие демонов было ими исчерпано, Гильденстерн и сидянин заговорили о связанной с ними философии сидских проклятий, а затем — о событиях после их встречи в подвалах дворца содомского. Эта последняя тема Мэри Бастинде совсем не понравилась!
— Хватит болтать! — закричала она. Наступил тот момент, когда вам, мои гости, пора самоопределиться. Кто не хочет перерождаться, пожалуйте вон отсель!
— Хорошо, мы уходим уже! — сообщил Гильденстерн.
А потом оказалось: куда-то пропал Мак-Кру.
Вроде, был только что, затем оказалось — нет. Гильденстерн и занервничал:
— Кто видал, куда он пошёл? — Сам-то он занят был, разговаривал с перерождённой начальницей и с основным поселковым переродителем. Да и я вот пытался, насколько мог, быть хоть чем-то полезным. Но другие-то — те, в основном, откровенно скучали, либо с презрением отворачивались от неаппетитных фигур ксеносекса, продолжавшегося на ковре. Нет, чтобы взять и товарища покараулить — не хватило ответственности.
Впрочем, и Гильденстерн-то хорош. Лучше бы сразу оставил кого-то следить за Мак-Кру, чем постфактум спрашивать.
— Я не видел, — с нахальною миной пропел Макконнелл, — но ведь каждый же знает, куда он пошёл. Алкогольное квасить да перепихиваться.
— Перепихиваться — не думаю, — покачал головою Брандт.
А Макконнелл:
— Да кто его, невменяшку, о чём-то спросит? Переродят, да и дело с концом, даже не с одним.
Я сказал:
— Клевета! Мы в Свободном Содоме совсем не такие; здесь всё добровольно… — Но мой голос мне и самому показался неубедительным. Я-то помнил Содом и его порядки не по самым последним его состояниям. Человеческим помнил, перерождённым ещё не полностью. Кто их действия, этих перерожденцев, мог до конца предсказать — с их презрением к людям простым, недоперерождённым?
— Срочно ищем его!.. С позволения госпожи, — Гильденстерн поклонился Мэри Бастинде сравнительно вежливо. — Мы ведь не можем уйти и оставить товарища.
— Позволяю! — сказала она. — Даже дам переводчика. Вдруг ваш друг уже лыка не вяжет, так он растолкует его слова.
— С поцелуями? Нет, спасибо! — вспомнил начальник стилистику недавнего перевода. Впрочем, мог бы и поделикатнее при госпоже. — Кен, не подскажешь ли, где во дворце наливали спиртное.
— Где-то в буфетной или на кухне, — ответил я. — Но во дворце их с десяток, буфетных, да и кухонь немало…
Чтоб скорее найти, экспедиция разделилась. Часть пошла за заботливым доктором Хойлом, часть за мной и за переводчиком.
Я, признаться, не думал, что поиск буфетных комнат мог представитьб известные сложности, но во дворце Мэри Бастинды произошли кое-какие перепланировки, вследствие коих в нём мог заблудиться даже такой старожил, как я; как я был рад, что меня и коллег по коридорам сопровождал этот талантливый юноша!
Не прошло и минут десяти, как мы встретили Фреда Мак-Кру — пьяного вдрызг, но, как будто бы не изнасилованного — кстати, в новой буфетной — такой раньше здесь и не было — со специальными дастарханами под анатомию перерожденцев.
— Вот ваш приятель, — сказал переводчик, — заберите его, если сможете.
Да, мы смогли. Фред Мак-Кру возражал, но брат Дик и брат Джек — они шли вместе с нами — быстро его скрутили.
Мне захотелось сказать переводчику что-то приятное; чтоб не смущать своих спутников, я, однако же, посвятил благодарственный комплимент не безупречнейшей технике поцелуя, а лингвистическим знаниям.
— Где вы, — спросил я, — в таком совершенстве освоили сидский язык?
— Кен, не прикалывайся, — отвечал переводчик к моему изумлению, — будто не знаешь, как я говорю по-сидски: так же, как ты по-испански болтал с латиносами!
— Барни?! — воскликнул я полностью ошарашенно. — Ты, мой старый приятель? Ну ничего себе молодо выглядишь!.. — Сбил меня возраст перерождённого тела, даже смешно…
— А о тебе, пожилом сморчке, такого не скажешь!..
Да, что из Барни за переводчик, мне долго гадать не надо. Никаких языков не знает, интуитивно догадывается. Я-то, глупец, в его шёпот старался вслушаться, а негодник кривлялся!
Но в каком он теперь, позавидовал я, юном теле!.. В долговязом, конечно, нечеловеческом… Но, думал я, чем Чужак не шутит?..
Барни в момент уловил моё настроение. Произнёс, издеваясь:
— А я стариками брезгую! Я же, ты знаешь, не чёртов геронтофил!.. Правда, могу познакомить с другими перерожденцами, ты найдёшь себе пару, почему бы и нет?
Я запоздало припомнил, что я в экспедиции. Нехорошо бы перерождаться на середине. Может быть, после, когда-нибудь…
Но и у Барни внезапно поменялся настрой. С жуткой тоской он промолвил:
— Не перерождайся, друг! Всё ерунда… Назад-то пути не будет…
— Так не советуешь? Но почему, скажи?
— Мы, понимаешь, всё-таки больше не люди. Скот, понимаешь? Съедобный разумный скот.
— Ты… — Я не очень-то быстро соображал. — Ты о случае с доктором Хойлом и мародёрами?
— «О случае»? — передразнил меня Барни. — Нет, не об этом последнем случае. О предыдущих!
— И предыдущие были? — спросил с содроганием я.
— Да. Но не случаи. Чётко налаженный бизнес. — Барни умеет пугать. Впору остолбенеть.
— Хойл торговал с мародёрами человечиной?
— Нами. Перерожденцами. Не скажу «торговал», но наверное, дань выплачивал. Чтобы сытно питались, а к нам сюда не ходили…
Да, вот такой новый штрих и к портрету доктора Хойла. Знать, сохранил он и в перерождении предприимчивость чрезвычайную.
Но с Гильденстерном я новостью этой поделился не раньше, чем ушли мы уже из посёлка Свободный Содом. Подобру-поздорову, как говорится.
Не отвлекаясь на второстепенные мелочи.
5
Вновь первый голос в истолковательной полифонии
(заздравный бас от Фредерика Мак-Кру)
В целом Свободный Содом показался совсем не страшным. Перерожденцы, которые в нём обитают, много трусливее тех либертинов, что жили раньше, и не важно, что первые — перерождение из вторых.
Правда, ошибочным было бы утверждать, что экспедиции в нём вообще ничего не грозило. Не грозила лишь грубая сила, ну а мягкая — очень даже. Против неё не особенно эффективны плазмоганы и бластеры. Ты ведь не станешь стрелять по толпе безоружных людей, даже если у них, например, по два таза с возбуждёнными детородными инструментами.
Но толпа есть толпа. Её сила в количестве, в эмоциональном воздействии, в соблазнении каждого радостью подчинения большинству. Скажем, Барбер — морально нестойкий элемент экспедиции — мне признался, что даже раздумывал, а не переродиться ли в молодое здоровое тело, пусть и сидского образца. Да и мне, вероятно, угрожало бы то же самое, потеряй я сознание в результате своих индивидуальных исследований. Трудно им разве сотворить с бессознательным телом, что им захочется, а когда всё случится, поставить уже перед фактом. И наврать: дескать, сам ты того хотел!
От Содома пошли мы на юг. Как сказал Гильденстерн, из беседы с экспертами-перерожденцами выходило, что нам теперь надобно в эту сторону. Там разместили они тех существ демонических, каковых мы доселе не посещали.
