"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" (бесплатные серии книг txt, fb2) 📗
На ворчливца все шикали:
— Не мешай! Видишь, начальник думает… — Был период сплочения группы вокруг Гильденстерна, и у действий Макконнелла на глазах убывал коэффициент разобщающей эффективности.
Наконец Гильденстерн произнёс:
— Мне одно непонятно: что за стихийная доминанта конституировала прорыв. — Он, забываясь, всегда говорил мудрёно.
— А человеческим языком? — Это Макконнелл потребовал.
Гильденстерн пояснил:
— Все вторжения демонов в разных локациях Эр-Мангали обязательно держатся на механизмах стихийных проклятий. Есть проклятие Метки, проклятие Клетки, есть проклятие Древа, проклятие Льда и Огня, есть проклятие Камня, Воды и Воздуха… — Да, пояснял не для средних умов. В этих проклятиях впору бы было совсем заблудиться, вместо того, чтобы выйти на твёрдую почву.
Хэмфри сказал:
— Видимо, здесь поработал воздух. В том, что сейчас перед нами, воздуха больше всего… — Издевался, наверно, но тонко: не подкопаешься. И по-доброму, не по-плохому, и Макконнелл-то не ухватится.
— Точно, проклятие Воздуха! — просиял Гильденстерн. — Слышите, что ли, как там, вдалеке, дует ветер?
Слышать — не очень-то слышали, а вот увидеть пришлось. Я присмотрелся к мельканиям в небе — надо же: тучи… Но ведь с какой небывалой они пролетали скоростью. А над самой высокой скалой, на которую открывался вид, формировался уже небольшой чёрный смерчик.
— Он? Демон воздуха? — сделал прикидку я.
— Да… левитация, — пробормотал Гильденстерн. — Шар Свинючины… Если же разложить по цветам, то голубой «страх покоя», синий «покой»… Да, в сочетании с фиолетовым «трауром»…
Траур над той, высоченной скалой, продолжал разрастаться. Шквальный ветер налетел и на нас. Только тут Гильденстерн и очнулся от размышлений:
— Да, давайте-ка отойдём от обрыва… Собственно, можно спуститься уже и к подножию. Нет оснований здесь далее оставаться…
Экспедиция тут же с поспешностью стала спускаться. По пологому склону, ногами. Не по воздуху прямо в обрыв.
А за спинами нашими камни с обрыва взлетали в воздухе. Камни, ну да… Но мы знали уже: дело в воздухе, не в камнях.
Только Кеннет остался в плену своих прежних стереотипов.
— Демона воздуха, вроде бы, в списке не было…
— Был, — возразил Гильденстерн.
— Отчего же его не назвал переводчик Барни?
А ведь сам признавал, что перерожденец Барни не понимает по-сидски.
Мы спустились опять к тому обгорелому лесу, принадлежность которого к дикой природе Эр-Мангали не вызывала малейшего подозрения.
Кай Гильденстерн, перед тем, как указать нам дальнейший путь, вытянул карту и сделал на ней пометку.
— Будем опять, как тогда у болота, ходить по периметру? — проницательный Хэмфри, конечно же, угадал.
— Да, — закивал Гильденстерн, — чтоб нанести на карту.
— Так ведь там было конца-края не видно! — возмутился Макконнелл.
— Это внутренний слой демонического мирка. Внешний периметр, я думаю, не такой протяжённый.
И, разумеется, так оно и оказалось. Всё-таки Кай Гильденстерн — он на месте своём не случаен.
3
Второй голос в истолковательной полифонии
(утомлённый тенор от Коннелла Р. Макконнелла)
Я устал объяснять Гильденстерну всю нелогичность его поведения и команд. Я понимал: бесполезно — на данном этапе. На участке пути сразу после Содома вектор участников экспедиции на центробежность и независимость поменялся на вектор обратный, центростремительный. Я понимал, что первично моё состояние и настроение. Нужно много энергии, чтобы будить людей, побуждая их к поиску личной ответственности и свободы. Не хватает энергии — люди, подобно стаду, соберутся вокруг официального руководителя.
Ладно, думалось мне, ну и пусть! Я скажу ещё своё слово. Как-никак, основной разговор ожидается по водзвращении с Эр-Мангали. Там, на Юрбурге, на заседании Чрезвычайной Комиссии, где заседают полномочные представители высших и наивысших кругов Галактического Альянса.
Вот с такими вот мыслями я и ходил по континенту с экспедицией этой посредственности — Гильденстерна — и наблюдал за диковинами, что внезапно явились на Эр-Мангали после падения «Карантина», а сейчас попадались у нас на пути почти что случайным образом.
Немаловажно, что сам Гильденстерн каждый раз затруднялся определить, что такое на сей раз попалось! Но, тем не менее, если не ум его вывозил, то немыслимая везучесть.
В частности, мы посетили (вернее, вплотную к нему подошли) демонический мир, где, по мнению Гильденстерна и джерихонского вора Флойда, властвовал демон стихии воздуха. И, хоть в подробностях вовсе не разглядели основной демонической сущности в эпицентре, но могли наблюдать динамические последствия её активности, то есть особые вихревые потоки воздушных масс.
Как обычно, исследовательская стратегия Гильденстерна заключалась лишь в том, чтобы само явление не исследовать, а ходить по периметру аномалии с самым примерным картографированием результатов. И, поскольку вторжение мира «воздушного демона» в основное пространство Эр-Мангали, окаймлялось эллиптической в плане горной грядой, то по контуру данной гряды мы и бродили.
Всё это было невыразимо скучно, так как горы там были скалисты и очень однообразны, но Гильденстерн будто не уставал на них любоваться. Лишь под конец вышеуказанного обхода мы обнаружили снова явление странного типа. С гор низвергался огромнейший водопад. Столько воды… мы затруднялись ответить, откуда ей взяться: там, наверху, вроде бы, не было водоёмов, да и погода стояла совсем не дождливая.
— Вновь аномалия! — У Гильденстерна готов ответ. Будто и так не понятно, что аномалия.
Я присмотрелся к вершине скалы, из-под которой и лил водопад, и обнаружил: вода прилетает из воздуха. Не конденсируется из туч, а появляется, словно откуда-то телепортируясь. Чтобы уж дальше лететь по воздуху Эр-Мангали и разбиваться внизу о местные, здешние камни.
Под водопадом разлилось широкое озеро, ну а из озера вытекала река — тоже чужая река, к Эр-Мангали она ранее не относилась. Аномальная, то есть, как и водопад на входе.
Аномалия в чём? Эта река была как бы приподнята над поверхностью почвы. То есть, текла она не по низине, как это бывает обычно, а куда надо, туда и текла, не особенно сообразуясь с рельефом. Ровно текла — через луг, через лес. А, чтобы быть в середине поглубже, горбилась гладью своей, покрывая деревья, встречающиеся на дне, толщей своей едва ли не до верхушек.
— Демон воды! — произнёс Гильденстерн удовлетворённо. Надо же, сам догадался, у подчинённых не спрашивал.
Правда, что мы увидели? Воду, но только не демона. И, по всем по приметам, вода была, как вода. Только вела себя аномально.
Но и реку пришлось, так сказать, обойти по периметру. Гильденстерн — он, конечно же, раб стереотипных решений.
Я спросил:
— Ты уверен? Река — это же река. Это линия, а не замкнутая фигура.
Он ответил… Да я и не понял, что он ответил. Глупость какую-то. Я и не стал её запоминать.
3
Третий голос в истолковательной полифонии
(вдохновлённый тенор-баритон от Хэмфри Флойда)
Двигаться нам вдоль реки — это было довольно долго. Кто-то скулил (да понятно: Макконнелл скулил), что, во-первых, река никогда не закончится, во-вторых, когда это произойдёт, Гильденстерн всё равно нас погонит назад по другому берегу.
Ну и ладно. Ну и погонит. Словно это несчастье — идти себе вдоль реки.
— Вот увидите, — мрачно пророчествовал скандалист, — перейти через реку нам не удастся ни вброд, ни вплавь. Почему не удастся? Да Гильденстерн не позволит! — И глядел свысока, будто изрёк типа высшую истину, никому не доступную; эх. ну тоже мне, Гаррис! — А моста через реку не будет, помяните мои слова! — Можно подумать, парень придумал мост, а не факт, что его не будет. — А не будет моста потому…
