Звездные Рыцари (СИ) - Винокуров Юрий (электронная книга txt, fb2) 📗
Из-за редкости рождённых одарённых было чрезвычайно мало. Но конкретно у клана Ястребов, кроме меня, было всего четыре одаренных подростка разного возраста, причём каждый из них родился в семье простолюдинов. Мне было просто доминировать над ними.
Кроме этого, несколько раз я встречался в спаррингах с вновь инициированными, которые ежегодно попадали в клан Ястреба после честной делёжки по окончании Голодных Игр, согласно вложенным усилиям и конечному результату.
Как я говорил, мой отец быстро продвигался в иерархии, словно локомотив, вытаскивая клан Ястребов с самых низов. Поэтому число инициированных одарённых с каждым годом было всё больше и больше.
Но, надо признать, это была полная катастрофа. Всех инициированных, которых я встречал, я — пятнадцати- или шестнадцатилетний подросток — превосходил на голову. Притом, что у большинства из них были явные проблемы с психикой, о которых они не распространялись (да и, честно сказать, мне было неинтересно). Но я так понимал, что выжившие в Мёртвых мирах получили психическую травму на всю свою жизнь.
Собственно, Ульрих ставил их со мной в спарринг просто для разнообразия, чтобы я иногда мог сражаться в полную силу против других одарённых. Потому что даже неполноценный рыцарь-страж Ульрих с его тремя Звёздами, используй он все свои внутренние резервы, размазал бы меня по площадке за секунду. Короче, не было в этих «победителях» Голодных игр ничего особенного.
Дальше они поступали в учебные лагеря, которые принадлежали, в зависимости от возможностей новых владельцев, либо самому клану, либо кланы послабее отправляли в так называемые государственные центры обучения, принадлежащие Золотой Лиге, где из них уже выковывали настоящих Звёздных рыцарей.
Трагедия с моим кланом и смерть отца, надо признать, сильно ударила по моей самооценке. В один момент миф о справедливости сильных мира сего рассыпался в прах, а мои перспективы стали чрезвычайно туманными. Высадка на Скверне, чуть было не закончившаяся моей смертью, также не добавила мне энтузиазма. Но… внутри я был тот же самый Виктор — всегда первый, всегда лучший. И это, уже слегка подзабытое, ощущение не давало мне окончательно сойти с ума.
Прямо сейчас я просто бросил «Gladius» Александру, вынул свой меч из ножен, отбросил ножны в сторону и принял стойку для фехтования.
— Раз тебе не нравятся мои слова, — сказал я, — давай просто покажи, что ты умеешь делом.
Впервые за наше знакомство на губах Александра проявились какие-то эмоции. Его губы искривились в кривой усмешке. Он задумчиво посмотрел на меч у себя в руках и поднял на меня взгляд.
— Ну, раз вы просите, — улыбка его стала шире, — но не ждите от меня чего-то экстраординарного. Мои навыки лежат немного в другой плоскости.
И он тут же ринулся в атаку.
Ну, что я могу сказать? Техникой фехтования он владел неплохо, вот только хуже, чем я, — гораздо хуже. Отбив его несколько яростных атак, я немного расслабился, когда внезапно Александр применил «Рывок». Я буквально услышал, как затрещали мои сухожилия, когда с помощью невероятных усилий умудрился изогнуть своё тело, пропуская остриё меча мимо себя. И рефлекторно ударил рукояткой своего меча ему по запястью, в последний момент еле сдержавшись, чтобы не использовать «Выброс силы».
Это спасло руку Александра от жёсткого перелома. Но даже при этом, лицо его искривилось от боли, хотя он не издал ни звука, когда я выбил меч из его руки. А ещё он сделал лишних полшага, которые обученный человек не сделал бы. Я улыбнулся, глядя на это. Вот в чём отличие обученного одарённого от только что инициированного. Да, он может применять техники, но всё его тело, весь его предыдущий опыт, особенно если он опытный боец, рассчитан совсем на другие скорости и усилия. А новые знания и новые силы приводят лишь к «сбоям» в привычном ведении боя.
— Простите, эсквайр, — кивнул Александр, потирая ушибленную руку. — Я всего лишь хотел сказать, что мечи — не моя основная квалификация. По роду моей службы у меня не было времени на честное фехтование, если вы понимаете, о чём я.
— Думаю, что тебе ближе ножи, — уточнил я.
И снова Александр улыбнулся.
— Ножи лучше, но в случае чего я справлюсь и голыми руками. Не хотите небольшой рукопашный спарринг?
Я оценивающе оглядел наглеца с ног до головы, но не успел открыть рот, когда вмешался Вальтер.
— Прошу прощения, милорд эсквайр, разрешите мне. Заодно вы оцените и мои навыки. Это сэкономит время всем.
Александр оценивающе посмотрел на своего будущего спарринг-партнёра. Я же после короткого размышления решил, что это хорошая идея, поэтому махнул рукой.
— Валяйте. Только без травм.
— Это уж как получится, — усмехнулся Вальтер и ринулся в атаку.
Что ж, это было недолгое, но интересное зрелище. Вальтер был моложе и превосходил своего соперника как ростом, так и весом. Вот только Александру, судя по всему, это совсем не мешало, даже наоборот. Создавалось впечатление, что он привык сражаться с противником больше и сильнее себя.
Мне потребовалось буквально десять секунд, чтобы остановить бой.
— Достаточно!
За это время Вальтеру прилетело четыре удара, один из которых (ударь Александр в полную силу) точно бы доставил сильный дискомфорт печени отставного пехотинца. При этом Вальтер не попал по Александру ни разу, хотя я видел, что его рукопашный бой на уровне.
— В нашей будущей миссии нам вряд ли придётся вступать в рукопашную, — донёс я бойцам своё видение. — Хотя, в случае тебя, Александр, я думаю, что пару трюков я тебе показать всё же смогу. Кстати, не помню, чтобы эсквайр-инструктор Фридрих показал вам что-то, кроме «Выброса энергии», «Рывка» и «Вспышки».
Теперь уже в глазах Александра появился жгучий интерес. Похоже, я нашёл то, что этому человеку действительно интересно, а интересно ему было учиться сражаться и убивать как можно более эффективно.
— Принеси мне очищенный от веток, но ещё не рубленный ствол дерева с кухни.
Александр без разговоров выполнил требуемое. Я же в это время размял ребро ладони. Притащил он примерно двухметровый обрубок дерева, где-то десять сантиметров в диаметре. Я прислонил его к металлической стенке контейнера и кивнул.
— Александр, без применения «выброса» сможешь сломать это ладонью?
Александр посмотрел, прищурившись, и отрицательно покачал головой.
— Ногой, возможно. Рукой точно нет.
— А с помощью «выброса»? — продолжил я.
— Скорее всего, да. Надо пробовать, — сказал Александр и сделал два шага вперёд. — Можно?
— Нет, нельзя, — сказал я. — Ваше тело, с формированием Источника, уже начало меняться. Кости становятся крепче, органы очищаются и работают лучше. Фактически, вы все молодеете на глазах, при том, что ваше тело уже превращается в оружие. Но для этого нужно время. Время, которого у вас может не оказаться. Но, в отличие от вас, я уже родился с Источником. Поэтому моё тело уже готово к испытаниям.
С этими словами я, не поворачивая головы, практически без замаха, рубанул правой ладонью по бревну, использовав «Выброс силы». С громким треском оно сломалось пополам. Я же продемонстрировал им всем свою руку, кожа которой даже не покраснела.
— Так вот, возвращаясь к вам… У вас тоже есть возможность повторить это без вреда для организма. Александр, используй «Выброс» и ударь меня в живот.
Я развёл руки в стороны приглашающим жестом.
— При всём уважении, эсквайр. Всё, что вы рассказали, очень впечатляет, но я и без «Выброса» могу вас покалечить. Если же я…
— Разговорчики! — рявкнул я, при этом весело улыбаясь. Адреналин уже выбросился в кровь, я чувствовал себя прекрасно. — Исполнять!
Всё-таки хорошо, когда у человека военное прошлое, пусть и такое мутное, как у Александра. Он просто кивнул, встал в боевую стойку и также без замаха врубил свой кулак мне под рёбра.
Послышался звон, как будто кто-то ударил молотом по наковальне. На этот раз Александр зашипел, яростно тряся отбитую руку.
